все исправить, - тяжело вздыхаю, устремив взгляд в пол.
- Не надо. Сегодня все изменилось, - лукаво тянет доктор. - Подозреваю, что Соня догадалась о беременности вашей жены, поэтому и смягчилась. Все-таки, скоро станет бабушкой, и это важнее былых обид.
- Что? – вскидываю голову. – Нет, Лиля не беременна.
- Значит, показалось, - тут же идет на попятную, оставляя меня в растрепанных чувствах, и переводит тему: - Знаете, Виктор, я хотел бы забрать Соню к себе. У меня дом, конечно, небольшой, но все лучше, чем тесниться в квартирке на верхнем этаже. Но она почему-то отказывается.
- Вы признались ей в своих чувствах? – прищуриваюсь, сканируя взглядом опешившего мужчину. – Сделали предложение?
- Скажете тоже, Виктор, - хрипло смеется. Кашляет. Теряется, как подросток. – Какое предложение? В нашем-то возрасте…
- У женщин нет возраста, Вячеслав Никитич, - хлопаю его по плечу, - зато у них есть сердце.
- Что ж, наверное, вы правы, - растекается в улыбке, а в обрамленных морщинами глазах вспыхивает огонек надежды.
Тем временем я подхожу к двери, осторожно приоткрываю и сквозь небольшую щель прислушиваюсь к звукам из гостиной. Голоса затихают, но можно различить тихие всхлипы. В принципе, ожидаемо, но в груди все равно неприятно покалывает. Не могу видеть слезы на лице жены.
- Пожалуй, пора вернуться к ним, - киваю доктору.
Из кабинета выходим вместе, однако Вячеслав Никитич тактично остается в стороне, а я приближаюсь к дивану. Протягиваю руку к Лиле, кончиками пальцев касаюсь подрагивающего плеча, ловлю ее заплаканный взгляд и вижу… легкую, светлую улыбку.
«Все хорошо», - шепчет мне одними губами. Посылает воздушный поцелуй, невинно взмахивает мокрыми ресницами и поворачивается к матери, успокаивая ее.
- Внуки. У меня есть внуки, - не сдерживает рыданий София. - После всего, что ты мне рассказала, я не уверена, заслуживаю ли я вообще их... И тебя, - прижимает дочь к груди, гладит по голове, как маленькую, целует в макушку. - Лилечка, я отныне и слова поперек тебе не скажу. Моя девочка, мой ангелочек. Я отвратительная мать.
- Не надо так говорить, - нежно лепечет Лиля. - Я люблю тебя.
- И я тебя, дочка, сильно. Скажи, что я могу для тебя сделать, чтобы хоть как-то искупить вину? – спрашивает, но замечает меня. Стыдливо отводит взгляд. - Впрочем, это, наверное, невозможно…
Лиля тянется ко мне, берет за руку и заставляет сесть рядом. Сжимает мою ладонь, собирается с духом и неожиданно заявляет:
- Мам, мы хотим обвенчаться. Витя сделал мне предложение еще месяц назад, но я все откладывала дату. Ждала, пока ты встанешь на ноги и выпишешься из центра. Если честно, я… - косится на меня виновато, а после заминки продолжает: - Я не могла пойти на венчание без тебя. Я очень люблю мужа, мам. Больше жизни люблю, но… Мне надо твое благословение. Не могу иначе.
- Конечно, девочка моя. Конечно, милая, - на эмоциях выпаливает София. - Господи, я так виновата перед тобой. Ты столько всего перенесла из-за меня, а я по глупости продолжала тебя мучить. Прости меня, - прикладывает ладонь к Лилиной щеке, бережно стирает слезы. - И ты, Виктор, зла не держи, - смотрит на меня с искренним раскаянием в глазах.
- София Павловна, все нормально, - сдержанно произношу. - Я вас понимаю.
- Благословляю вас, - прижимается губами ко лбу дочери, а потом подзывает меня наклониться и по-матерински целует в щеку. - Будьте счастливы.
- Будем…
Я ведь и правда клятву дал. Лиле и самому себе. Несмотря ни на что, я должен сделать ее по-настоящему счастливой.
В скором времени мы обвенчались. Без пафоса и размаха. В кругу самых близких людей. Уютно, тепло и душевно.
Лиля мило волновалась, с трепетом повторяла молитву, сипло и нежно произносила свое "да", дрожащими руками надевала мне кольцо на палец, а я... не мог глаз от нее отвести. Влюблялся заново, хотя сильнее уже невозможно. В свадебном платье она оказалась еще шикарнее, чем я представлял. Белоснежная, воздушная, чистая.
Ангел, спустившийся с небес. Мое исцеление. Смысл бытия.
Она подарила мне новую жизнь. Прежний Виктор Воскресенский все-таки умер, а на его месте возродился совсем другой человек.
В тот день Лиля не только стала моей женой, но и преподнесла свадебный подарок, о котором я и мечтать не смел. После венчания она призналась, что… беременна.
* * *
* Дорогие, сюжетно книга закончена. Я приняла решение поставить на этом моменте официальную точку, потому что морально не выдерживаю негатива.
НО! Я планирую небольшой бонус-эпилог "Три года спустя", однако писать я его буду в спокойной, тихой обстановке. Добавлю сюда, в этот же файл. Поэтому читателям, которые остаются со мной, ценят и разделяют мое творчество, настоятельно рекомендую не переключаться. На самом деле, вас огромная армия. Я вас очень люблю, пишу для вас и не бросаю книги, несмотря на все трудности, тоже благодаря вам. Ради вас я лучше переработаю, потрачу больше времени на текст, но выложусь на все сто процентов. Поэтому остаемся тихонечко тут, в книге, и ждем бонус :) Будет трогательно, узнаем, кем наградил Лилечку Виктор, поживем вместе с ними, одним глазком заглянем к Османовым.
Также приглашаю всех в свою новинку, которая получится не менее душераздирающей и эмоциональной. Запасайтесь платочками и терпением. Я не пишу быстро, я пишу качественно и от души.
Жду очень ➜➜➜
НОВИНКА. История Назара Богданова и его Надежды
" Бывший папа . Любовь не лечится"
- Доктор Богданов, у нас сложная пациентка. Отказывается от помощи. Направлена к нам на реабилитацию после ДТП.
- Была за рулем? – уточняю уже на ходу.
- Нет, пьяный урод не справился с управлением и въехал в остановку, где стояла она с ребенком.
- С ребенком? – сердце обрывается.
- Да, малышу нет и полугода. Не пострадал – она успела оттолкнуть коляску и приняла удар на себя. А сейчас требует отпустить ее домой, к сыну.
- Настоящая мать, - выдыхаю с облегчением. - Отпустим, когда сама пойдет. И не таких упрямых на ноги ставили, - останавливаюсь у палаты. - Как зовут?
- Надежда Богданова, однофамилица ваша.
-
