известны своей хладнокровной мудростью.
Лотэр — красноглазый сумасшедший вампир, выросший среди фанатиков Орды —
мудрый?
— Дакийский, ты не ответил на вопрос.
— У него неплохой потенциал. Если он и его Невеста когда-нибудь остепенятся...
если он сможет сделать Элизабет бессмертной... — Треан и его кузены наблюдали, как
Лотэр, путешествуя по всему миру, пополняет списки своей легендарной книги
должников. — Он неустанно ищет средства превратить еѐ в вампира.
— Женщину? — спросила Беттина. — Никогда не видела ни одной женщины-
вампира.
— В Дакии их намного больше, чем мужчин. Чума, уничтожившая всех женщин-
Орды, обошла наше королевство стороной.
— Но как он сможет изменить еѐ?
— Мы думаем, Лотэр ищет талисман. Легендарное кольцо, которое может
исполнить его величайшее желание.
Беттина приподнялась на локте и посмотрела на Треана.
— Ты когда-нибудь представлял себя с Невестой-вампиром?
Он осторожно повернулся к ней лицом.
— Прежде чем умер мой отец, он сказал мне, чтобы я не
рассчитывал найти
Невесту; если же этому суждено случиться, то мать-Дакия даст мне свою дочь, чтобы
она стала хозяйкой моего дома.
— О. — Беттина сверкнула глазами. От... ревности? — Но теперь ты никогда не
сможешь вернуться.
— Ты думаешь, я бы вернулся? Даже если бы мог? — Треан, не в силах перестать
прикасаться к Беттине, убрал прядь с еѐ лба. — Я остался здесь ради тебя, и сделал бы то
же самое еще тысячу раз.
Казалось, она обдумывала его слова. Я отдал бы все что угодно, чтобы узнать, о
чем ты сейчас думаешь.
— У тебя усталый голос, — наконец, сказала она. — Может, тебе нужно вернуться
в свой шатер и отдохнуть?
Несмотря на огромный прогресс в их отношениях с Невестой сегодня ночью,
изнеможение одолевало Треана. Он не спал ни дня в течение нескольких недель и пил
недостаточно крови, чтобы поддерживать себя в хорошей форме.
— Я смогу уснуть только когда победа в этом турнир... и твоя
привязанность...
станут моими. Я чувствую, что близок к обоим результатам.
Беттина напряглась.
— Близок к победе, значит, близок к убийству Каса. Рассказ о твоей семье только
напомнил мне, как я близка с ним. Он был со мной, когда умер мой отец. Он заботился
обо мне после нападения.
— Это угнетает меня.
— Почему?
— Потому что с тобой должен был быть я! Ты путаешь
преданность с
романтической привязанностью... и дружбу с любовью. Ты никогда по-настоящему не
любила, чтобы видеть разницу между этими чувствами.
— Я знаю, что люблю Каса.
— Тогда ты путаешь два вида любви. На протяжении веков я
видел все еѐ
проявления.
— Одна важнее, чем другая?
— Они разные.
— Ответь мне, вампир, — настаивала Беттина. — Одна важнее, чем другая?
— В нашем случае, да.
— А если я скажу, что могу влюбиться в тебя. И скажу, что люблю Каспиона, как
друга. Что будет с ним? Если ты победишь Гурлава, то убьешь Каса.
— Я в ловушке этого турнира, Беттина, как, в прочем, и ты.
— Кто твой лучший друг? Что если бы у меня не было выбора, кроме как убить
его? Как бы мы смогли с этим жить?
— Мы бы нашли способ, я бы знал, что у тебя не было другого выбора. Со
временем ты простишь меня.
— Возможно, я и прощу тебя, но забыть этого не смогу никогда,
— ответила Беттина. — Кас из-за меня отправился в Дакию.
— Что ты имеешь в виду?
—
Когда
Раум приказал прекратить поиски Врекенеров, Кас исчез.
Он
не
мог
прийти
в
еще большее отчаяние, иначе сошел бы с ума. Должно
быть,
он
встретил
Дакийца, пригласившего его в ваше королевство.
Отчаяние не единственная причина, по которой Каспион осмелился прийти в
Дакию. Мирча мог быть очень соблазнительным, обещая плотские удовольствия,
поражая умы буйных молодых демонов.
— Я многого не понимаю, — сказала Беттина. — Но одну я знаю точно: я никогда
не смогу забыть тот факт, что ты убил Каса.
Раньше Треан верил, что, в конце концов, Беттина забудет и поймет, что у него не
было другого выбора. Сейчас он в этом начал сомневаться.
— Возможно, завтра я умру, — пробурчал Дакийский. — И если это моя последняя
ночь, я не хочу обсуждать будущее до рассвета. Давай не будем думать об этом.
— Чем ты собираешься заниматься? — шепотом спросила Беттина.
В то время как вокруг моросил дождик, Треан снова привлек
девушку к себе,
обрадовавшись, когда она положила руку на его грудь.
— Ничем кроме этого, Бетт.
Глава 35
Треан вернул Беттину в еѐ башню прямо перед восходом солнца; положив девушку на постель, он натянул на нее одеяло.
Остаток ночи они провели, разговаривая о прошлом, о своих надеждах и страхах, но рассвет вернул их в реальность.
—Ты выглядишь усталым. — Беттина казалась обеспокоенной. — Я бы хотела что-нибудь сделать, чтобы остановить турнир сегодня вечером.
—Мы все связаны контрактом.
—Что ты планируешь делать с Гурлавом?
— Я собираюсь его победить.
—Я серьезно. Как убить существо, которому нельзя причинить вреда? Какя смогу защитить свой народ, если ты ранишь его?
—Я этого и не планирую.
— Извини?
—Легенды о первородных не лгут. Если они ранены, то их кровь может причинить много бед.
