Читаем без скачивания Львиная охота - Александр Щеголев

- Что с ними? - поймал я одну.

- Приступы, кризы, обострения, - устало сказал она. - Вы медик?

- Нет, милая, - ответил я. - Именно эту из множества профессий я не успел освоить.

Здесь был полевой лазарет. А Секта Неспящих, как видно, вся поголовно записалась волонтерами. Мужчины с такими же нарукавными знаками приносили все новых и новых пострадавших. Я вдруг увидел знакомую врачиху, супругу лейтенанта Шиллинга - она сосредоточенно делала кому-то массаж головы. Я подошел. Ее пациентом был представительный мужчина, сидевший с кожаным портфелем на коленях, терзающий пальцами этот свой портфель так, что за вещь становилось страшно. Пациент глядел в одну точку и тупо повторял: "Только естественное... Только естественное..."

- Привет, - сказал я. - Помощь нужна?

Мадам Шиллинг коротко взглянула:

- От вас - нет.

Ведьма без возраста заметно постарела.

- Я умею горшки выносить, - не отступил я. - А еще могу делать уколы и перевязки. Почему вы гоните меня, целительница?

Она никак не отреагировала. Я ждал, ждал, а потом сказал в никуда:

- Вообще-то место пострадавших в больнице. Как и врачей.

- Это не пострадавшие, это вполне здоровые люди, - все-таки ответила она. - Вы что, ничего не понимаете?

- Чего я не понимаю? - спросил я.

- Абстиненция, - сказала она. - У всего города.

- Больницы переполнены действительно пострадавшими, - сказала сбоку другая женщина. - От Академии весь день возили. Мест не хватало, так их в школы, в отели...

- Я только что из "Виты", - удивился я. - Ничего не заметил.

- Вашу "Виту" приказали не трогать, - опять подала голос мадам Шиллинг. - Кто приказал - вы лучше меня знаете.

- Вы-то почему не в больнице? Врачей, наверно, тоже не хватает.

- Не ваше дело, - рубанула она. - Я уволилась. Послушайте, вы же мешаете, нервируете нам людей.

Я был здесь не нужен. Девочка, улыбнулся я ей, зачем грубишь старикам? Ведь ты - хороший человек. Вчера ты наградила начальника полиции пощечиной. Эх, знала бы ты, что с ним сегодня сделал твой муж... Я засмеялся. Женщина подумала - над ней:

- Вон отсюда, - сказала она холодно.

Вон - это куда? Туда, куда пешеходная дорожка ведет, решил я, возвращая управление автопилоту...

Да, город сильно изменился. Известие о том, что денежное хранилище сгорело, странным образом повлияло на людей. Безволие затопило побережье наводнение, зона бедствия. Истерика и вялость, равнодушные лица и вернувшиеся болезни... "Плаза" вместо "Виты"... и еще - люди вновь увидели жмурь! Или люди вновь захотели жмурь?

Это была "ломка".

Абстиненция, сказала грамотная врачиха. Значит, не таким уж эфемерным оказался бумажный организм, рожденный фантазией бухгалтера-романтика! Но если есть "ломка", значит, была и токсикомания. Деньги были нервной системой, привязавшей нравственных людей друг к другу, посредником между нами и... чем? К какой субстанции пристрастились праведники, ставшие вдруг здоровыми? Страшный, прямо скажем, вопрос...

Человек лежал на газоне, раскинув крестом руки. Штанины закатаны до колен, гавайка надорвана на груди. Часы "Ракета" со специальными звукопроводящими ремешками обтягивали его щиколотки и запястья, а пятый экземпляр часов был прилеплен с помощью биопластыря к солнечному сплетению. Половину лица закрывало длинное мотоциклетное зеркало увеличенного обзора.

- Что видно на горизонте? - громко позвал я.

Жмурик был за горизонтом. Тогда я гадливо наступил на его часы - на те, что были на руках, одновременно на оба. Хотелось на солнечное сплетение, но я сдержал себя. Под ногами хрустнуло. То ли пластик, то ли кость. Человек вскочил, - зеркало улетело в траву, - и сказал, баюкая пострадавшие конечности:

- Ну и глупо! Все равно не берет... не берет, мара поганая. Я-то думал, глушилку наконец раздолбали...

- Желаю вам здоровья, - сказал я раздавленному горем жмурику и пошел, пошел, пошел отсюда...

Мне-то почему плохо? У меня что, тоже абстиненция? То острейшее чувство вины, которое лишает меня воли к жизни... Кони Вардас, Стас, Анджей, юный пограничник. Теперь - индеец Киух. Феликс Паниагуа был сведен с ума при помощи лучевого психодислептика, а я допрашивал его с помощью "отвертки". Применять недопустимо, обронил всезнающий доктор Гончар, а я применил... "Mea culpa"28, - готово было сорваться с моих уст, хоть и не был я католиком, ни даже христианином.

Сядь на скамеечку, вкрадчиво напомнил мне Покойник. Давно пора, Максим. Вытащи камни из карманов и поправь, что сможешь...

Лист бумаги прибило ветром к моему лицу. Я смахнул его и обнаружил в нескольких шагах от себя пожилого человека, который сладострастно вырывал страницы из какой-то книги.

- Мерзость обыденности сжевала меня и выплюнула, - сообщил он мне, словно я его о чем-то спрашивал. - Птичку жалко.

- Какую птичку?

- Если мнение существует, то разделяют его только полные идиоты, отрезал он. - Теперь понял, какую птичку?

Книга, которую он мучительно убивал, имела название: "Даосские уроки. Сексуальная энергия на службе мироздания". Спокойно, это не всерьез, подумал я. Мир переломается и уйдут дикие симптомы... Два санитара в ночных колпаках тащили кого-то под руки - я рванулся к ним:

- Эй, по-моему, вон тому бедолаге нужна помощь.

Они остановились и посмотрели.

- Ну так помоги! - зло сказал один. Второй просто переводил дыхание.

Я побрел дальше. Как же легко разрушилось царство вечной молодости, созданное Словом с планеты Владилена! Достаточно было умереть творцу этого царства. И вообще, когда покойник пытается изменить мир, ничем здоровым это кончиться не может...

Стоп, решительно встряхнулся я. Подойдем к проблеме с другого фланга. Начнем ab ovo29 - с предложения, сделанного писателю Жилову еще весной гигантской информационной структурой, именуемой, как это ни смешно, "Словом". (Тысячи организаций, контор и даже торговых палаток по всему миру именуют себя точно так же, надеясь, что приобщаются к вечности.) Жилова попросили написать что-то вроде продолжения "Кругов рая", на вкус автора. Рассказать народу, чем сейчас живет эта маленькая страна, в одночасье вставшая, после стольких лет мрака, на светлый путь развития. Ходят слухи о каких-то удивительных изменениях? Посмотрите своими глазами и опишите, уговаривали Жилова в издательстве, ибо читательские массы проявляют живейший интерес... А "Слово", как нам хорошо известно, создано под орлиным крылом евразийского Верховного Совета. В противовес группе "Луч" (и всем, кто за ними стоит). Оттого - суровые меры безопасности, разведка и контрразведка, конспиративные телефоны в чужих городах и прочие игрушки. Аналитические центры под видом редакций, разветвленная сеть филиалов и местных отделений. Исполком ООН пока еще нас терпит, говорили в кулуарах, война пока еще не объявлена, но...