первому варианту. Попробуй сам ввести граничные условия — количество объектов, массу. Да, правильно. Объект будет находиться вон там, — отец махнул рукой в дальний конец тира, где во время стрельб зажигались голографические мишени. — Тебе нужно будет локализовать его, это делается с помощью сетки, вот так. Затем ты наводишь на него маркер и даешь команду. Ничего сложного, а?
— И что произойдет? — спросил Ардиан. Слизь слизью, но ему хотелось получше представлять себе, как действует загадочное оружие.
— Увидишь, — неожиданно резко сказал отец, отворачиваясь.
Ардиан подвинул лэптоп к себе и начал играть с панелью управления. Трехмерная сеть, сотканная из переливающихся зеленоватых нитей, плавно перемещалась по электронной карте подвала. Видимо, лэптоп был снабжен какими-то внешними датчиками, потому что на экране исправно отображалось все, что находилось сейчас в тире, включая Ардиана и его отца. Ардиан хмыкнул и повел сеть дальше, в угол, где, как паук, затаился македонец. Совместил сеть с его неподвижной фигурой, включил маркер и вопросительно посмотрел на отца. Ибрагим Хачкай едва заметно покачал головой.
— Сейчас ты не сможешь испытать его в деле. С этой программой запускается только демо-версия, для настоящей работы нужен еще один диск с ключом, а он находится у господина Хризопулоса.
Ардиан разочарованно убрал сетку с фигуры Горана. Конечно, Скандербег не так глуп, чтобы оставлять у них в руках такое мощное оружие. А жаль…
За два часа, отпущенных ему Скандербегом, Ардиан освоил интерфейс настолько, что мог уже самостоятельно варьировать количество объектов воздействия «ящика» и задавать основные параметры серой слизи. В демонстрационном режиме все это выглядело детской игрушкой — Ардиан любил играть в такие, пока не занялся настоящей работой.
В темном углу неожиданно пошевелился Горан. Македонец, казалось, мог просидеть без движения целую вечность, и Ардиан, поглощенный изучением программ «ящика», почти забыл о нем. Когда Горан поднялся со своего стула и вышел из тени, Ардиан невольно вздрогнул. Пальцы его замерли на клавиатуре лэптопа.
Горан оказался очень высоким и худым человеком с изможденным лицом. Выглядел он пожилым и нездоровым, но двигался плавно, словно большой старый кот. В правой руке он держал опущенный стволом вниз короткий черный карабин.
Он приблизился, и Ардиан заметил, что к уху македонца тянется тонкая серебристая нить, почти незаметная в его седых волосах. Микрофон хэндс-фри, совершенно не сочетавшийся с его простой серой рубахой и деревенского вида широкими штанами, придавал ему несколько комичный вид.
Горан произнес что-то на незнакомом певучем языке и чуть повел стволом карабина. Ардиан недоуменно поглядел на отца, но тот уже поднимался со стула, с запинкой отвечая македонцу на том же непонятном наречии.
— Он говорит на сербском, — торопливо объяснил он Ардиану. — Хочет, чтобы мы разделились. Нет, ты остаешься сидеть за столом, а я должен отойти к стене и стоять там.
Словно в подтверждение его слов, Горан показал карабином, куда именно нужно отойти отцу Ардиана. Ибрагим Хачкай втянул голову в плечи и повернулся к сыну спиной. В ту же секунду на лестнице загремели чьи-то шаги — судя по звуку, в подвал спускался сам Скандербег.
И не один, а в сопровождении Петра и скандалистки Хильды. Та уже успела переодеться — теперь на ней были узкие обтягивающие джинсы и черная футболка с зеленоватым фосфоресцирующим черепом. При взгляде на череп Ардиану тут же вспомнились зловещие символы, которыми были записаны команды для управления «ящиком Пандоры».
Скандербег о чем-то коротко спросил Горана по-сербски. Тот кивнул в сторону Ардиана.
— Ну, парень, готов? — В голосе Скандербега не было угрозы, только неподдельный интерес.
Хачкай пожал плечами.
— Вроде бы все понятно. А что мне нужно делать?
«Если он прикажет, чтобы я испытал „ящик“ на отце, — подумал он мрачно, — я его убью. Не знаю как, но убью. Несмотря на Горана, Петра и эту наглую Хильду. Нет, такого просто не может быть, отец нужен ему по крайней мере до вечера…»
— Всего лишь проверить, работает ли эта штука, — ухмыльнулся Скандербег. — Сейчас увидишь на ком.
На лестнице снова послышался шум — кого-то волокли по ступеням. Скандербег отступил в сторону, и в подвал ввалились двое волчьеглазых, крепко державших за руки незнакомого Ардиану тщедушного человечка с лицом голодной крысы. Рот у него был заклеен широкой полосой скотча. Никаких сомнений в уготованной человечку судьбе не возникало, и Ардиан испытал мгновенное облегчение — босс не собирался избавляться от отца. По крайней мере, пока.
Хильда, которую один из волчьеглазых едва не задел плечом, брезгливо поморщилась и, вытащив из кармана платочек, демонстративно поднесла его к точеному носику. По пути в подвал человечек, видно, обмочился со страху.
— Бо, ты не мог найти кого-нибудь более подходящего на роль священной жертвы? — капризно спросила Хильда.
Скандербег искоса взглянул на нее, но ничего не сказал. Охранники подтащили человечка к дальней стене тира и теперь привязывали к креслу на колесиках. Жертва сопротивлялась, но как-то вяло — видимо, силы уже покинули ее.
— Понял задачу? — почти ласково спросил Скандербег. — Сейчас ты убьешь этого жалкого труса, недостойного называться мужчиной. Ты будешь действовать только тогда, когда получишь мой приказ, не раньше. Если ты вздумаешь испробовать действие «ящика» на ком-то другом, Горан немедленно убьет тебя. Горан!
Македонец молча направил ствол своего карабина в грудь Ардиана.
— Все ясно? Тогда держи. — Великан протянул Ардиану маленький лазерный диск. — Отец объяснил тебе, для чего он нужен?
Ардиан кивнул. Взял диск, вернулся к столу и вставил его в тонкую прорезь на боку лэптопа. На экране зажглась пульсирующая красным надпись:
«Введен пароль перехода в рабочий режим. Рабочий режим активирован».
— Хватит копаться, парни! — рявкнул Скандербег. Волчьеглазые немедленно бросили уже основательно прикрученного к креслу человечка и рысцой побежали обратно. Когда они поравнялись с Ардианом, Скандербег поднял отливающую металлом ладонь.
— Покончи с ним, парень! Сотри его!
Хачкаю еще ни разу не доводилось работать при таком количестве свидетелей. Он вдруг понял, что волнуется — не из-за того, что ему по-прежнему угрожает опасность, а потому, что боится опозориться перед теми, кто наблюдает за ним. За ним и за извивающимся в своих путах человечком с крысиным лицом.
Ардиан почувствовал, что у него дрожат руки. Он заставил себя сконцентрироваться на экране лэптопа и быстро ввел нужную последовательность команд. Захватил курсором светящуюся сетку и повел по направлению к жертве.
«Кто это такой? — думал он, стараясь отвлечься от навязчивых мыслей о возможной неудаче. — Такой же предатель, как и тот, кого Скандербег располосовал на куски в этом подвале год назад? Рядовой боец Хашима Тачи? Или информатор полиции? Похоже,
