повернулся спиной к непрошеному собеседнику. Так вот. Дело не в том, что канат разматывается. Если окажется, что дело и не в способе, каким канат закреплен наверху, – тогда в чем же? Уж наверное, не сам собор крутится против часовой стрелки! И все же… Мысли Винченто устремились к новым, еще неведомым глубинам…
– Я вижу, мессир Винченто, вы уже обнаружили мой маленький сюрприз.
Деррон отчетливо понимал теперь, как пойдет игра, как она уже пошла. Но он мог сделать еще один отчаянный ход и решил не упускать шанса.
– Ваш маленький сюрприз? – с расстановкой произнес Винченто и медленно развернулся в сторону Деррона. Его брови сдвинулись, словно предвещая бурю. – Так это вы прислали ко мне этого странного монаха сегодня ночью?
Упоминание о монахе было подтверждением замысла берсеркера – если подтверждение вообще требовалось.
– Да, это я все устроил! – сказал Деррон, указывая на маятник с собственнической гордостью. – Должен признаться, сударь, что на самом деле я здесь уже несколько дней. Поначалу со мной были друзья, которые помогали мне в сооружении этого маятника.
Деррон сочинил все это на ходу, и, разумеется, его ложь не выдержала бы тщательной проверки. Но если она подействует так, как рассчитывал Деррон, Винченто и не подумает проверять его…
Рассказывая молчаливому, угрюмому старику о том, как он с вымышленными друзьями подвешивал маятник, Деррон представлял себе берсеркера – ловкую тварь, похожую на кота, на обезьяну, на дьявола, которая подвесила канат с грузом так, чтобы…
– …И вот, мессир Винченто, вы видите перед собой твердое доказательство вращения Земли!
Глаза старика удивленно блеснули, но эти слова явно не стали для него открытием. Значит, отчаянный ход Деррона все же был оправдан. Теперь надо попробовать выиграть… Винченто застыл в ожидании, точно статуя, не мигая, задумчиво скривив губы.
– Конечно, почтенный мэтр, – продолжил Деррон, – я последовал вашему примеру и примеру нескольких наших современников, оставив честь этого открытия себе, но решив сохранить его в тайне для своих будущих ученых изысканий. С этой целью я отправил нескольким почтенным людям, в разные концы света, послания с анаграммой, в которой зашифровано описание этого опыта. Я уже сказал, что собирался еще некоторое время хранить его в тайне. Но когда до меня дошла весть о ваших нынешних… э-э… затруднениях, я понял, что не могу оставаться в стороне.
Винченто по-прежнему не шевелился.
– Доказательство вращения Земли, говорите? – осторожно переспросил он.
– Ах да, простите! Я не подумал, что потребуются подробные… Хм. Понимаете ли, направление движения маятника не меняется – это Земля вращается под ним…
Деррон сделал паузу – здесь молодому Вальцею должно было прийти в голову, что Винченто к старости, скорее всего, стал туго соображать и вообще впадать в маразм. Деррон изобразил нечто вроде снисходительной усмешки и продолжил, медленно и отчетливо, точно давал объяснения тупому ученику:
– На полюсах нашей планеты такой маятник за сутки описывал бы полный круг в триста шестьдесят градусов. На экваторе он не вращался бы совсем. – Постепенно ускоряя свою речь, Деррон безжалостно изливал на Винченто знания, накопленные человечеством за последующие три с половиной столетия. – Ну а между двумя этими крайними точками угол вращения зависит от широты. Здесь он смещается примерно на десять градусов в час. И поскольку мы находимся в Северном полушарии, видимое смещение направлено по часовой стрелке.
– Хозяин! – закричал сверху Уилл. – Канат привязан так, чтобы свободно двигаться в любом направлении, но тут нечему крутить его!
– Спускайся! – крикнул наверх Винченто.
– Щас, еще погляжу, чтобы потом чертеж сделать…
– Спускайся, говорю!
Полные губы словно выплюнули эти слова.
Деррон продолжал давить, теперь уже с безжалостным великодушием.
– Разумеется, сударь, я всего лишь хотел вам помочь. Я отбросил все помыслы о личной выгоде ради того, чтобы прийти вам на выручку. В былые дни вы достигли значительных успехов, весьма значительных, и я не мог допустить, чтобы вас отбросили в сторону. Мое оружие – к вашим услугам. Я готов охотно повторить этот опыт перед властями в Священном Граде, чтобы весь мир мог видеть…
– Довольно! Мне не требуется ваша помощь! – Винченто бросил это, точно оскорбление. – Не суйтесь в мои дела! Понятно? Не суй-тесь!
В гневе старик словно сделался выше ростом. Деррон невольно попятился назад, уже понимая, что победил. Гордыня Винченто не уступала его гениальности.
Вспышка гнева оказалась недолгой. Деррон прекратил отступать и застыл в молчании. Винченто снова поник под грузом лет, усталости и страха. Он метнул в Деррона последний ненавидящий взгляд и пошел прочь. Теперь Винченто никогда не станет использовать доказательства Фуко. Даже не будет работать в этом направлении. Он постарается как можно скорее выкинуть это из головы. Мелочность и зависть, из-за которых Винченто был вызван в суд, были присущи не только другим людям, но и ему самому…
Из истории Деррон знал, что на суде Винченто не только отречется, но и пойдет дальше, чем требовали от него судьи: он сам предложит написать новый памфлет, доказывая, что Солнце – не более чем мушка, кружащая вокруг мира людей.
«Сударь, я всего лишь хотел вам помочь…» Шаркая ногами, Винченто добрел до конца нефа, и за ним наконец захлопнулась дверь. Вымотанный Деррон привалился к колонне. В наступившей тишине слышался лишь шорох раскачивавшегося маятника. Уилл спустился по лестнице, непонимающе поглядел на Деррона и поспешил за хозяином.
Теперь можно было на время забыть даже о трагедии Винченто. Настоящая победа и настоящая надежда взбадривают, как ничто другое. Они дали Деррону силы для того, чтобы выскользнуть из храма через боковую дверь и спуститься по лестнице, ведшей прямо к монастырю. Если берсеркер не потрудился разнести запасной коммуникатор, встроенный в посох, Деррон сможет сразу же поделиться радостью победы с современным миром.
Враг не потрудился даже заглянуть в келью Деррона. Торопясь к ней по сводчатому коридору, Деррон услышал за ухом сигнал срочного вызова из сектора.
Брат Саил отдувался, хотя вовсе не спешил. Узкая пастушья тропа, по которой шли монахи, вилась вверх-вниз по склонам холмов, через кустарники и чахлые рощицы. Саил старался держаться позади и изо всех сил отговаривал брата Иованна от этой затеи.
– Я думал, – пыхтя, говорил он, – что довольно будет… прочесть несколько молитв… Эти крестьяне… подчас так глупы… ты же знаешь… Они, скорее всего… сильно преувеличили… ущерб, нанесенный волком…
– Ну, тогда моя собственная крестьянская глупость не повредит, – ответил брат Иованн, неумолимо шагая вперед. Они находились уже в нескольких милях от собора, в предполагаемых владениях волка. Крестьяне-проводники отстали четверть мили назад – им было страшно.
– Я говорил о них
