Избирательная кампания в Московской области показала (это, может быть, и есть самое важное!), что нашествию нуворишей, ставших миллионерами на разворовывании государственной собственности, распоясавшемуся криминалу и всевластию продажных чиновников может быть положен конец.
Произошел как раз тот случай, когда, казалось бы, всемогущие новые русские капиталисты с изумлением обнаружили, что кроме денег в России работают и другие ценности, причем такие, которые они высокомерно презирали — порядочность и честное имя.
С самого начала выборной борьбы по всем средствам массовой информации шли сообщения, что с большим отрывом лидируют Селезнев и Тяжлов.
Мы этому не верили, потому что получали от своих представителей иную информацию. Знали, что хотя и с небольшим перевесом, но впереди идем все-таки мы. Поэтому не стали впадать в панику и кидаться с опровержениями в газеты и на телевидение. Такая суета только показала бы нашу неуверенность.
Мы верили в успех и не отвечали на провокации. Это была правильная позиция.
Однако случались и неприятные сюрпризы.
В самом начале избирательной кампании Громов встретился с Лужковым и сообщил, что будет бороться за губернаторство в Подмосковье. С Юрием Михайловичем Громов был давно и неплохо знаком. Лужков без колебаний сказал, что поддержит его, и не только из личной симпатии, но и потому, что Москва кровно заинтересована, чтобы область стала развитым и сильным регионом.
Кто мог подумать, как все повернется, когда поддержка будет нужнее всего.
Это случилось в очень символический момент, когда Лужковым была создана партия «Отечество» и Громов был приглашен войти в ее политсовет.
Собрание политсовета проходило торжественно в Колонном зале. Шло обсуждение предстоящих выборных кампаний. Решалось, где партия «Отечество» выставит своих кандидатов и кого будет поддерживать на предстоящих выборах. Борис Всеволодович был в полной уверенности, что, когда речь зайдет о выборах в Московской области, Лужков скажет, что «Отечество» поддержит члена своего политсовета Б. В. Громова.
Вот заговорили о Подмосковье, и вдруг Лужков, сидевший рядом с Громовым, произнес:
— А вот тут нам следует хорошенько подумать.
Это был гром среди ясного неба!
Несмотря на то, что Громов уже несколько лет занимался политикой и повидал немало, к подобному повороту он оказался не готов. Ему показалось, что он ослышался.
— Нам стало известно, — продолжал Лужков, — что рейтинг Громова самый низкий среди всех кандидатов.
Сказано не где-то в коридоре. На политсовете! Публично! Это следовало понимать как официальное заявление руководства партии!
— Вы еще вчера обещали поддерживать меня, — сказал Громов на всякий случай.
— Положение изменилось. Ваша избирательная кампания ведется из рук вон плохо. Партия не может поддерживать кандидата, у которого нет реальных шансов.
На другой день выяснилось, что по всем федеральным структурам распространено жесткое указание — Громова не поддерживать. Все стало ясно.
В первом туре Лужков поддержал Тяжлова, который тут же стал руководителем партии «Отечество» в Московской области.
Б. В. Громов:
— В воскресенье прошел первый тур выборов, в понедельник стало известно, что я набрал больше всех и теперь, во втором туре, мне предстоит бороться с Селезневым.
Позвонили из приемной Лужкова и сообщили, что Юрий Михайлович поздравляет с выходом в финальный тур.
Дней за пять до второго тура мы с Лужковым случайно встретились, и он примирительно сказал: «Надо было тебя поддержать, тогда, пожалуй, не было бы второго тура».
Верное замечание. Мне действительно до пятидесяти процентов в первом туре совсем немного не хватило.
Селезнева, своего главного соперника, я знал мало, хотя почти ежедневно видел его в президиуме Думы. При мне его выбирали спикером, и я за него голосовал. Смотрел на него с симпатией, как на бывшего редактора «Комсомольской правды», газеты, которая мне всегда нравилась. Мы здоровались, когда встречались в коридорах Думы, вот и все.
В это же время я несколько раз встретился с Зюгановым. Первая встреча с ним была, когда я работал в МВД, он пришел ко мне с просьбой подписать обращение «Слово к народу». Вторая — в Саратове во время выборов в Госдуму. Главным моим соперником тогда был коммунист. Говорили о том, что не следует сталкивать лбами меня с КПРФ.
— Ваш не победит, — сказал я Зюганову. — Давайте лучше сотрудничать.
— Ну, это мы посмотрим, — не согласился Зюганов и начал проводить митинги в пользу своего кандидата. Что же, это его право.
Вновь мы столкнулись на выборах губернатора Подмосковья. Теперь я сам напросился к нему на встречу. Зюганов меня принял в своем кабинете руководителя крупнейшей думской фракции. Припомнили прежние разговоры, и я сказал:
— Геннадий Андреевич, мы опять сталкиваемся. Давайте лучше договоримся и разойдемся по-мирному.
— Нет, Борис Всеволодович, мы уже приняли решение. От нас идет Селезнев, и он будет избран губернатором.
Последние сутки выборного марафона запомнились на всю жизнь. Всю бесконечную ночь мы, не отрываясь, следили за тем, как меняется ситуация. Ведь какая огромная была проведена работа! За время предвыборной кампании объездили всю область. Причем оказалось много таких мест, где люди при встречах говорили, что до нас в их краях еще никто из начальства с царских времен не появлялся.
К последнему туру выборов мы знали положение во всей области предельно четко и не сомневались в победе, хотя и без большого перевеса.
До середины дня по всем средствам массовой информации единодушно сообщали, что побеждает Селезнев, хотя по нашим данным мы шли, как говорится, грудь в грудь. Напряжение нарастало. Действительно, был момент, когда я даже проигрывал Селезневу. Постепенно положение менялось в нашу пользу.
Утром стало ясно, что хоть два процента, но мы выиграем. Действительно, разрыв в итоге составил всего два с небольшим процента. Это были очень трудные выборы.
Мы, как и раньше, не нанимали никаких пиар-компаний, хотя предложений была масса. Причем все, предлагавшие свои услуги, рассказывали о том, как они выигрывали безнадежные избирательные кампании для полных дураков-кандидатов, и пугали нас тем, что будут помогать нашим соперникам.
На втором этапе некоторые представители центральной прессы стали выступать в нашу поддержку. Газета «Московский комсомолец» приняла такое решение и сообщила мне об этом. Перед вторым туром канал «ТВЦ», по команде Лужкова, сделал пару поддерживающих нас передач.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
