— Это не тварь. Это несчастное перепуганное существо. Он разумен, между прочим.
— Кто разумен? Чудовище?
— Он не чудовище. Его зовут Малыш. Он мантикор.
— Малыш! — Мораг закатила глаза, фыркнула и опять принялась мять рубаху на груди. -Ух… Ничего себе Малыш… Тоже подарок из холмов… из Сумерек?
— Ну… да…
— Какого же дьявола этот несчастный и разумный на меня кидался?
— Он не кидался. Ты первая на него налетела, миледи. Он защищался.
— Хм… — Она приподняла бровь, длинную, с надменным изломом… ту, которая меньше четверти назад свисала лоскутом в слепую глазницу. — А ведь верно. Значит, из Сумерек он, говоришь… А куда же его хозяева смотрят? Что он делает в Соленом Лесу?
— Ну… он случайно туда попал. Он спал несколько сотен лет, проснулся, оказался в незнакомом месте и перепугался. Принцесса! Ты сейчас сказала, что хочешь отблагодарить меня. Ты можешь это сделать. Не убивай Малыша. Запрети охоту на него. Пожалуйста!
— Вот как? А он, значит, будет гулять по лесам и бросаться со страху на любого, кого встретит?
— Нет! Если его не трогать, он не причинит вреда. А потом, я обещаю, я уведу его отсюда. Я отправлю его домой, на тусторону.
— На ту сторону?
— Да. Обещаю. В скором времени. Пожалуйста. Мне нужно два-три дня.
Узкая смуглая рука мяла одежду на груди. Обрезанные пряди, не схваченные венчиком, упали принцессе на лоб. А венчик я забыла в лесу. И меч забыла. Он, наверное, так закопанный в песке и лежит.
— Бог с тобой. Только давай быстрее. Если он будет безобразничать, ничего не обещаю.
Эх, кто бы что бы говорил про безобразия!
— Век буду благодарна, миледи! Сделаю для тебя все, что пожелаешь.
— Пожелаю. Говоришь, ты знала мою мать? Расскажи про нее. И… что это за история про исчезновение? До меня доходили какие-то темные слухи… — Она поморщилась. — Слуги шепчутся… в городе какую-то околесицу сочиняют… ничего не разберешь.
— Я сейчас мало что про это могу сказать… Очень плохо помню. У меня память… знаешь, как палимпсест, словно затерта и расписана заново.
Затерта? Может, она и вправду кем-то затерта? Тот, кто охотится на принцессу, тот кто убил Каланду — стер мою память?
— Эй… ты чего? Что-то вспомнила?
— А? Нет. Мне кое-что пришло в голову. Госпожа моя, ты знаешь, что за тобой идет охота?
— Ты про эти покушения?
— Да! Ты знаешь, что там, в лесу, в тебя стреляли? Если бы не прибежал человек с криком о чудовище, ты бы получила стрелу меж лопаток!
— А ты в каждой бочке затычка! Ты следишь за мной, что ли?
— Я искала мантикора и случайно набрела на ваш овраг…
— Вечно ты чего-то ищешь и случайно набредаешь. Да, я знаю, что стреляли. Мне доложили, что он уже пойман. Это мой человек, мальчишка-загонщик. Только он не в себе, говорят. Не соображает ничего.
— Первый попавшийся… похоже на то…
— Что ты бормочешь?
— Тот, кто охотится на тебя, госпожа, спешит. Ему почему-то надо уничтожить тебя как можно быстрее. Миледи, покушения еще будут.
— Нетрудно догадаться. Где три, там и четыре.
— Три? Ах, ну да, точно! Первый был…
— Этот придурок, младший Вальревен.
— Где он? Он умер? Он сошел с ума?
— Да он и так… недоумок. У Вальревенов через одного с придурью.
— Где он?
— А черт его знает… Вроде, старый лорд в поместье свое увез. Думаешь, из него можно что-то вытрясти? Кадор с ним разговаривал. Пусто. Почему ты решила, что этот охотник спешит?
— Миледи, ты видишь, кого он выбирает в исполнители? Случайных людей. Вернее, из твоих людей он выбирает случайных.
— Тот, в Нагоре, не был моим. Кстати, так и не размотали, кто он такой. Но дрался он, скажу тебе, отменно. Зуб даю, он убийца наемный. Причем, не из Амалеры.
— О… — только и сказала я. Теория рушилась.
Мораг собрала рубаху на груди в комок. Потом вдруг встала и вышла из арки в комнату. Шагнула к столу, оперлась на край руками, да так и застыла, ссутулившись и приподняв плечи. Я подождала, глядя ей в спину. Пауза затягивалась.
— Миледи…
— М? — глухо.
Я быстренько подобралась к ней.
— Тебе нехорошо, миледи?
Еще пауза. Мне стало страшно. Мораг невидяще смотрела на ютерову алхимическую посуду, загромождавшую стол. Потом выдохнула сквозь зубы.
— Фффууу… Нет. Мне хорошо. Каррахна! Похоже, опять это дерьмо начинается.
— Какое… что начинается?
Она повернулась, неловко задев ютеровы склянки. Какая-то банка грохнулась на пол, но не разбилась, а покатилась на середину комнаты, пересыпая внутри себя серый, похожий на грязную соль, порошок.
— Дерьмо. — Принцесса посмотрела на меня.
Огромные глаза были непроглядны и напомнили мне вдруг жуткие очи Эрайна. Прорези в маске, а за ними — ничего. Вернее сказать — никого.
— Да что с тобой, Мораг?!
— А… Со мной это постоянно. То одно дерьмо, то другое. Я же сумасшедшая. Ты разве не знала? — Она попробовала засмеяться, но только скривилась и сплюнула на пол. — Какого рожна я тебе это все рассказываю?..
— Но я же тебе все рассказываю!
— А ты и должна рассказывать… раз я приказала. Сравнила тоже!
— Мораг! Может, я смогу помочь…
— Мне уже помог… этот твой… Ветер. Или второй, как его…
— Он ведь вылечил тебя!
— Да… Но взял плату.
— Какую?
— Не знаю. Что-то взял. Или засунул. Мне что-то не хватает… или что-то лишнее. — Она с силой выдохнула. — Хуже, чем было.
— Хуже? Не может быть!
— Не ори! Я тебе поору. Не на площади.
— Ох, прости…
Она зажмурилась.
— Знаешь что… иди-ка ты отсюда. Проваливай побыстрее.
— Миледи…
— Пшла прочь!
Пререкаться чревато, это я уже успела уяснить. Быстро поклонившись, я поставила флягу на стол и потопала к двери.
— Стой.
Я замерла.
— Иди сюда.
Вернулась. Мораг держалась за горло. Ее заметно трясло, шрам налился кровью, по впалой щеке к челюсти ползла капелька сукровицы.
— …! — сказала принцесса. — Каррахна, дерьмо, как не вовремя!
Я молчала, боясь пошевелиться. Небо, да что с ней?
— Мне… надо… чтобы ты рассказала. Все. До конца. Господи, лучше сдохнуть!
— "Не вовремя"? Мораг, такое уже было?
— Да черт! Со мной такое бывает. Постоянно.
— Тогда, может, это не Вран?
— Может, не Вран. Сейчас… навалилось слишком сильно. Не прикасайся ко мне! — Я отдернула руку. — Бред… Бред! Почему все люди как люди, только мы с Гертом какие-то уроды? Почему?
Ну что я могла ей сказать? Мне было до умопомрачения ее жалко. Каланда, что ты с ней сделала! Каланда… Или это не Каланда?
— Мораг, скажи, ты… причастна? Ты проходила обряд?
— Не помогает. Ни причастие, ни исповедь, ничего.
— Нет, я не о церковных таинствах. Тебе известно, что Каланда была эхисерой?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
