на морщинку меж тёмных бровей, на поджатые губы учёного. На то, как посерело его лицо. Устал.
Я же не чувствовала ничего, кроме удивительной безмятежности. Непривычной. Несвойственной мне. Подозрительной. И… разве мы уже что–то сделали?
— Блоки? — спросила раньше, чем осознала, насколько глупо сейчас выгляжу. Разумеется, они самые! Неспроста он полулежит в кресле и до сих пор не прикоснулся к кофе с конфетой, что подала Маруська до начала процедуры. — Почему? Информация представляет для меня опасность, да? Ты их потом снимешь или мне самой придётся?
— До высадки на К-7412 не лезь, затем… у тебя всё получится.
— Ладно.
Я испытывала смешанные чувства. Было неприятно, что Дамир подчистил мне память, притом принял решение в одностороннем порядке. Однако я знала, что его поступок продиктован заботой о моей безопасности, и в глубине души получала удовольствие от осознания, что небезразлична ему.
Отчего–то вдруг показалось, что причина установки блоков несколько иная.
Я не могла объяснить, откуда взялась эта идея, но её определённо стоило проверить.
— То есть о мыслях Дитера ты не расскажешь? — уточнила нейтральным тоном. Незачем показывать эмоции.
— Почему же? Расскажу, — огорошил мужчина. — Тебя насторожило то, что он слишком много знает о планете и отчего–то уверен, что всё пройдёт гладко, тогда как у руководства академии и совета иное мнение. Это всё.
— Но ты поставил мне блок.
Дамир выпрямился в кресле, сделал глоток кофе, лишь после этого наклонился в мою сторону и, обдав терпкой кислинкой первоклассной арабики, выдохнул: «За ним спрятано послание».
Мой взгляд замер на его губах. Красиво очерченных. Притягательных. Они были слишком близко. Так близко, что достаточно было лишь немного качнуться вперёд, чтобы почувствовать их сладость.
Однако я не позволила себе слабости раствориться в ощущениях.
Нельзя.
Не позволено.
Запрещено.
Не сейчас!
— Спасибо, — ответила, нащупывая конфету в кармашке и быстро её разворачивая. Хотела с независимым видом её съесть, вместо этого рука дрогнула, застыла на полпути.
А дальше…
Дамир легко перехватил моё запястье и бессовестно ухватил шоколад, мягко коснувшись губами кончиков пальцев, мгновением ранее державших лакомство.
И я впервые в жизни не на шутку испугалась. Дёрнулась, вжалась в кресло, глядя на опешившего мужчину распахнутыми глазами и не зная, что и думать, как действовать, куда бежать. И убегать ли.
— Идарика, даже самые сильные менталы — не сухари, а живые люди. Мы способны испытывать яркие эмоции, пусть и не так часто, как остальные, — спокойно объяснил Дамир, откинувшись в своём кресле и предоставляя мне свободу действий.
— Я… я не ожидала, — призналась смущённо. До сих пор в голове не укладывалось, что я могу быть столь впечатлительной, чуткой, отзывчивой. Тело горело огнём, колючей щекоткой нервов по коже скользило электричество, сердце колотилось как сумасшедшее.
— Не стоит бояться своих реакций…
— Я не боюсь, а предпочитаю ими управлять, — ответила немного резко.
— Ты настолько умна, что порой я забываю о твоём возрасте. Приношу свои извинения. Это целиком и полностью моя вина.
— Не извиняйся. Для меня это хороший опыт, более того, он получен в безопасной зоне, — заметила я с улыбкой, найдя отличный аргумент, чтобы не накручивать себя. — Будь здесь Кирилл, он бы до конца жизни троллил меня, а если ещё кто — подумать страшно!
Я практически обрела внутреннее равновесие, как вдруг поняла, что у моей первой в жизни яркой эмоции непристойного характера был свидетель. Даже два. И то, что они электронные, не делало их безопасными. Кирилл тот ещё жук! Взломать электронный замок и кофемашину для него не составит труда.
Повернулась к Марусе. Та и не думала принимать невинный вид. Её и взламывать не надо, с удовольствием сдаст.
Однако я оказалась не права.
— Момент, где Дамир впервые в жизни приносит извинения не удалю! — упёрлась Маруся. — Он пойдёт в семейный архив!
Я застыла с глупо приоткрытым ртом, но тут у Дамира пиликнул браслет, он удивлённо выгнул брови, а затем обернулся ко мне. Выглядел при этом взволнованно и бледно.
— Ида, возможно, мы не увидимся до вашего отлёта, поэтому я выдам тебе пакет необходимых данных без предварительной подготовки. Анализировать будешь сама, блоки держи круглосуточно, Дитера не подпускай на пушечный выстрел, — скороговоркой выпалил он.
— Это разумеется.
— В дела Кирилла не лезь, ничего лишнего ему не рассказывай, — нашёл, чем удивить Дамир. — Они с Дитером продолжили копать тему пиратов с Окраинных Миров, так что им придётся работать с такими профи, что шила в мешке утаить не смогут, не хватит ресурсов. Их обоих выпотрошат не раз, так что тщательно продумывай каждое слово во время разговора. Уверен, по возвращении с Кашки Кира переведут в спецведомство, а ты станешь старостой.
Плечи устремились к земле. Только не это!
Я не шутила, когда говорила Нариссаль, что не хотела становиться у руля, предпочитая отсидеться в уголочке.
Да, я нашла подход к более зрелой и опытной во многих сферах команде, но меня безмерно раздражали бесконечные отчёты и доклады! Они отнимали драгоценное время!
— Жаль.
— Не жаль. Так надо, — отрезал Дамир. — Следующее. Дитера уберут, как только его раскроет группа.
— Благодарю за подсказку! — Я коварно улыбнулась, хотя понимала, что в ближайшем времени провернуть затею не светит.
— Помни, что в группе у тебя нет друзей и доверенных лиц, с ними ты пройдёшь лишь часть жизненного пути, и во что это выльется поймёшь спустя много лет. Сейчас ты можешь доверять только нам с Марусей. Да, дорогая?
Хранительница компромата важно кивнула.
— А то, что Кирилл…
— Кир может взломать лишь ту часть данных, которую я ему позволяю, — ответил Дамир без улыбки, хотя в обычных обстоятельствах непременно бы хмыкнул и, возможно, даже подмигнул мне. — Маруся — верный друг
