В прошлый раз Талгат прошёл этот путь намного быстрее. Тогда он был налегке, да и находился в теневой стороне. Обнаружить его было довольно сложно. Сейчас они шли намного медленнее и с остановками для наблюдений.
Он посмотрел на часы. Надо было, хотя бы примерно, прикинуть, в каком часу они подойдут к основному лагерю. Начинать операцию вечером было бессмысленно. В горах темнеет рано и можно было упустить кого-то из боевиков. В такой обстановке, нарваться на пулю в темноте, было проще простого.
Во время последнего перехода его мысли всё время вертелись вокруг входа в пещеру. С учётом ранения Джея задача по ликвидации базы крайне осложнилась. Нужно было так распределить свои небольшие силы, чтобы их хватило на внезапность операции и на все точки поля её действия. По первоначальному замыслу, Джей должен был с помощью «оптики» снять часовых у входа в пещеру и блокировать выход из неё, но теперь она была разбита, а сам Джей травмирован. Сейчас его мысли перепрыгивали с одного варианта на другой, но никак не могли выдать тот, который подходил бы для него. Палящее солнце казалось, расплавило мозг и не давало сосредоточиться на чём-то конкретном. Пот заливал глаза и соль начинала нестерпимо жечь их. Он решил одним переходом дойти до того места, откуда в прошлый раз увидел лагерь боевиков. Там была довольно большая площадка, где свободно можно было разместиться три человека.
Через час они были на месте. Тропа вывела на уступ примерно два на два метра, но главная его ценность была в том, что он находился в тени скалы. Огромный клинообразный выступ закрывал его от солнца и посторонних глаз. Он словно специально приглашал к себе путников для отдыха после трудного и длительного перехода.
Талгат с Гансом уже сбросили рюкзаки, оружие и стали расстегивать бронежилеты, а Джей всё стоял, прислонившись спиной к стене. Талгат понял, что от боли он не может сделать резкое движение и сбросить груз. Он подошёл и приподнял его рюкзак. Джей с гримасой на лице освободил руки и виновато посмотрел на Талгата.
— Всё нормально! — тихо сказал Талгат и прикоснулся к его плечу. — Сейчас перекурим, и всё будет тип-топ.
Ганс тем временем достал пайки и разложил на земле, но после такой жары особо есть уже не хотелось. Они прислонились спинами к прохладной скале и стали вяло жевать.
Первым закончил свой обед Талгат. Носком ботинка он столкнул в пропасть валявшийся повсюду помёт, клочки шерсти и во весь рост вытянулся вдоль обрыва.
Было видно, что здесь не раз устраивали свои бои хозяева здешних гор, горные козлы. Столкнувшись здесь, на этой площадке, они уже не могли разойтись добровольно. Побеждённый всегда сбрасывался в пропасть. Талгат часто наблюдал это зрелище и у себя дома, и здесь — в «Афгане».
— Кто нибудь видел бой козлов? — спросил он, повернувшись к Джею с Гансом.
Они почти одновременно покачали головами.
— Это зрелище не для слабонервных… В этом есть что-то от древних боёв гладиаторов… Когда побеждённый уже находится на краю пропасти, победитель всегда оставляет за ним право на последний удар… и это часто губит их самих.
— Как это? — укладываясь рядом, спросил Ганс.
— А вот так… В своей последней попытке выжить, побеждённый козёл цепляет рогами рога своего победителя и они вместе летят вниз. Я видел это много раз, когда был здесь, в Афганистане, — он надвинул платок на глаза и скрестил руки на груди. — А сейчас, мужики, час отдыха… Проблемы будем решать потом.
Ровно через час все трое были на ногах. Талгат подошёл к краю площадки и стал осматривать ущелье. Когда Ганс с Джеем подошли к нему, он показал рукой вперёд и сказал:
— Километра через полтора…. вон за тем изломом, расположен сам лагерь, а дальше — пещера… Джей! Ты останешься здесь, а мы с Гансом немного пройдёмся. Посмотрим, чем дышат эти клоуны… Там придётся местами ползти, поэтому посиди пока и понаблюдай за ущельем. — Талгат положил руку ему на плечо. Джей в ответ молча кивнул головой.
Осмотрев ещё раз ущелье, двинулись вперёд по едва заметной тропе. Уже у самого излома остановились перед нагромождением скальных обломков. Они завалили тропу и обойти их было невозможно. Талгат пригнулся и протиснулся между глыбами. Для Ганса этот проём оказался мал и ему пришлось перелезать через весь завал. После этого они очутились на нешироком, но довольно длинном уступе. Он был открыт со всех сторон и был идеальным местом для наблюдения за лагерем.
— Странно…. Почему они не поставили здесь охранение?… Более идеального места и не придумать, — Ганс навёл бинокль на лагерь.
— Наверное, им и в голову не могло прийти, что такие идиоты как мы сунемся к ним…. да ещё и через горы… — улыбнулся Талгат и кивнул в сторону ущелья. — Попробуй их здесь, найди!
— Действительно, никто бы и не подумал!
С прошлого раза, когда Талгат был здесь один, в лагере ничего не изменилось. Те же палатки, «спарка» с направленными вдоль ущелья стволами. Единственное, что сейчас удивляло его, так это полное отсутствие людей. «Похоже, что жара не только нас мучает, — подумал он. — Даже часовых не видно… Действительно, клоуны!» Улёгшись на живот, они стали тщательно осматривать лагерь, каждый, по-своему комментируя увиденное. До лагеря было метров пятьсот. Солнце светило у них из-за спины, и он был виден как на ладони. Прошло минут десять-пятнадцать, но никто на территории лагеря не показывался.
— А где же люди? — тихо спросил Ганс. В его голосе Талгат уловил и вопрос, и тревогу.
— Сейчас не время торчать на солнце… Мы ведь под собой многое не видим.
— А вход в пещеру?
— Он там, дальше…. во-о-н за тем уступом… Как впечатление?
Ганс пожал плечами.
— Если они все живут в этих палатках, то особых проблем я не вижу. Утром, на рассвете, двумя выстрелами из гранатомёта эту проблему легко снять… Только вот…. все ли они здесь?
— В прошлый раз я нащитал их около двух десятков… Чёрт знает, сколько их там, в пещере?… Если мы заблокируем выход из неё, то с этими мы справимся.
— Не могут же они жить там! Зачем тогда столько палаток?… Смотри! — Ганс рукой показал в сторону скалы, за которой была пещера. По направлению к палаткам шли три полуобнажённых человека.
— Там, за этой скалой, как раз напротив входа, находится озеро… Наверное, ходят туда купаться… Эта тропа как раз спускается к нему. Отсюда его не видно… Как только солнце уйдёт за скалы, попробуем проскочить дальше…. во-о-н до того выступа, — Талгат показал рукой на кусок скалы нависший над тропой. — Там тропа уходит вниз и с неё хорошо виден вход в пещеру.
Оии ещё с полчаса лежали на нагретом солнцем выступе, наблюдая за жизнью лагеря. Трое человек, что пришли со стороны озера, зашли в первую палатку и больше не выходили. Казалось, что здесь не боевой пост, а какой-то альпинистский лагерь, оставленный его обитателями на время восхождения. Лишь стволы «спарки», да БМП за палаткой говорили об обратном.
