Максим проводил их взглядом. Что за ерунда такая? Какая свадьба? Какой галстук? Он мог бы подумать, что девчонка ошиблась, если бы она не назвала его имени. Он чувствовал подвох. Тревога все сильнее и дальше проникала в его душу. Но он все же решился.
Правда, костюм не стал надевать. Облачился в светлые брюки и рубашку и направился в сторону особняка. Несмотря на сомнения, галстук он все-: таки прихватил. Затолкал его в карман, потому что галстук был так себе и совершенно не подходил к его рубашке. Он и купил-то его только потому, что он смахивал на галстук, который он носил в Баджустане. Ксения тогда высмеяла эту деталь его одежды и, кажется, сказала, что он из тех людей, что надевают их только на свадьбу или на похороны. И ведь как точно заметила — словно с первых минут их знакомства знала о нем абсолютно все.
Максим почти бегом преодолел склон, на вершине которого возвышался особняк. Толкнул калитку.
Не заперта, во дворе нет собаки. Он безбоязненно пересек двор и поднялся на крыльцо. Входная дверь была открыта. Максим вошел. Большая гостиная справа пустовала, но рядом, видимо в столовой, сиял белоснежной скатертью длинный стол и уже расставлены тарелочки для закусок и бокалы для вина.
— Эй, есть кто живой? — спросил он вполголоса. Затем повторил чуть громче.
— Есть, — ответил кто-то за его спиной.
И он обернулся.
— Ты не узнал меня? — Худенькая женщина в длинном, облегающем фигуру темном платье протянула ему руки. — Ты забыл меня, Максим?
— Т-ты, — едва выговорил он и отступил назад, — что за шутки? Откуда ты взялась?
— Здесь живут моя мама и моя дочка, — сказала она тихо. — Ты видел Катю. Она приходила за тобой. Говорят, она очень похожа на меня.
— Да, — ошарашенно кивнул Максим, — только она черненькая… я все никак не мог понять, кого она мне напоминает.
— Ты совсем забыл меня. — Голос Ксении дрогнул. — Я думала, ты не оставишь меня, а ты исчез сразу, как мы прилетели в Бишкек. Мне рассказали…
— Но о тебе было кому заботиться, — скривился Максим. — Давай не будем об этом. Он не позволил мне даже проводить тебя в госпиталь.
Ксения печально улыбнулась:
— В другие моменты ты был настойчивее…
— Твоя программа все-таки состоялась. — Голос его совсем охрип. — Я видел рекламу.
— Программа? Состоялась? — Ксения покачала головой. — Никакой программы нет и больше не будет. Ее прикрыли вчера. Вернее, рекомендовали не выпускать в эфир накануне каких-то важных переговоров с Баджустаном. Ты можешь догадываться, что это за переговоры… — Она устало махнула рукой. — Что и требовалось доказать.
— Поэтому ты здесь? Приехала зализывать раны?
— Возможно. — Она в упор посмотрела на Максима. — Я приехала, чтобы выйти замуж. В прошлом году недалеко отсюда я встретила человека, которого вскоре полюбила на всю жизнь. Я бесстыдно подглядывала за ним в бинокль, пробовала даже подвезти на своей машине, а после, когда увидела, что он смотрит на меня как на пустое место, окончательно сошла с ума. — Ксения умоляюще посмотрела на Максима. — Ты помнишь хотя бы ту полуголую дуру, которую встретил в лесу прошлым летом? Ты помнишь, как я с тобой поздоровалась? Физкульт-привет… Помнишь?
— Ты? Ксения? Не может быть? — Максим закрыл глаза, потом быстро открыл их. Взгляд его стал осмысленней. — Ты знала, кто я такой, и поэтому без всякого страха пошла ко мне в номер?
— Да, я знала, кто ты такой, — улыбнулась Ксения, — иначе, сам понимаешь…
— Но я не понимаю, при чем тут я, если ты выходишь за этого, как его, Кантемирова, — нахмурился Максим. — Или тебе доставляет удовольствие мучить меня?
— При чем тут Егор? — удивилась Ксения. — Я выхожу замуж за тебя. Конечно, если ты не против.
— Я? Против? — Максим растерялся. — Но я… я не задумывался об этом. Я думал, ты забыла меня.
Этот Егор… Он наверняка богат, а что я могу предложить тебе…
— С Егором все давно кончено. К тому же я ушла с телевидения. У меня есть предложения от ведущих телекомпаний Красноярска. Теперь все зависит только от тебя, приму ли я их или откажусь.
— Ксюша, — Максим нежно и боязно взял ее за руку, — если ты шутишь, то очень жестоко…
— Скажи, — она смело обняла его за шею, — скажи, ты по-прежнему любишь меня или нашел себе новую пассию?
— Я по-прежнему люблю тебя, — Максим не выдержал и отвернулся, — но это не повод для шуток.
— Ты — глупый! Ты очень глупый и упрямый тип! — Ксения погладила его по щеке. — Женщина просится за тебя замуж, а ты брыкаешься.
— Я не брыкаюсь, — улыбнулся Максим, — видишь, даже галстук прихватил.
— Галстук? — Ксения расхохоталась. — Это чудовище? Его опять подарила тебе какая-то женщина.
— Нет, я его сам выбирал, — рассмеялся Максим, — посмотри, он похож на тот, который я носил в Баджустане…
— Кто здесь вспоминает Баджустан? — раздался вдруг за его спиной знакомый бас, и в дверях возник Ташковский с огромным букетом в руках. — А ну подайте мне этого негодяя! Красивые женщины умоляют взять их замуж, а он изо всех сил сопротивляется. Дайте мне его, и я сверну ему шею. — Он обнял Максима и погрозил ему пальцем. — Не смей отказываться, а то не подарю свою новую книгу.
— Ты думаешь, я буду ее читать? — засмеялся Максим.
— Заставим. — Из дверей кухни выступил Юрий Иванович Костин. Из-за его плеча выглядывала счастливая мордашка Анюты. Она была в светлом полотняном комбинезоне, который не скрывал сильно округлившийся живот.
— Мерзавцы, — выдохнул потрясенно Максим. — Как ловко все подстроили. Никогда бы не подумал…
— Никогда не говори «никогда», — пригрозила Ксения и обняла его. — Пошли в столовую. Сегодня помянем и вспомним всех, кого нет с нами. А свадьба от нас не убежит, правда, Максим?
— Не убежит! — улыбнулся Максим. Он с обожанием взглянул на любимую, победно оглядел собравшихся и с облегчением поцеловал Ксению в губы.
Абакан
Октябрь 2002 года
Примечания
1
ВПШ — Высшая партийная школа.
2
КУОС — курсы усовершенствования офицерского состава.
3
Емельяново — село под Красноярском, вблизи которого расположен аэропорт.
4
РСЗО — ракетные системы залпового огня.
5
БМД — боевая машина десанта.
6
Уайтхолл — улица в Лондоне, где находятся некоторые важнейшие министерства и правительственные учреждения Великобритании.
7
Одинокие скалы.
8
