на лбу.
— Хорошо, хорошо, я дрянь, — засмеялся Себастьян. — Только отпусти меня уже, Крис, правда же больно…
— Ты где был? Что случилось? — засыпал Кристиан вопросами Себастьяна, позволив тому усесться обратно в кресло. С души словно камень свалился, и от облегчения хотелось то ли сделать какую-нибудь глупость, то ли просто по-идиотски смеяться.
— Где я был… где я только не был, — хмыкнул Себастьян. — Мотоцикл мой вы нашли… Это Донцетти. Его ребята пытались скинуть меня с дороги, и им это удалось…
Удалось, да не слишком. Все-таки Себастьян был Блонди, а потому успел покинуть седло мотоцикла, когда тот свалился с насыпи, и вниз они летели уже по отдельности. Себастьяну повезло приземлиться на несколько десятков метров выше собственного мотоцикла, и при этом ничего себе не сломать. О камни, понятное дело, он побился изрядно, но эти камни он был готов благодарить хотя бы за то, что за ними Донни Донцетти и Ди Филиппо его не заметили. Ну и дым от горящего мотоцикла помог…
А вот дальше… Дальше было веселее. При падении Себастьян ухитрился разгрохать о камни коммуникатор, а стало быть, лишился возможности даже вызвать машину. Как он добирался до космопорта, Кристиан спрашивать не стал, и так было ясно — долго… Можно представить как отреагировали служащие космопорта на появление своего начальника — грязного, злого до чертиков, изодранного буквально в клочья, но при этом еще и веселого тем особенным жутковатым весельем, при виде которого некоторые предпочли бы быстренько застрелиться.
Себастьян не стал торопиться объявлять о своем воскрешении, решив сперва разделаться с Донцетти. А потом как-то про это позабыл…
— Так значит, тот корабль, который разбился недалеко от Агойры — это твоих рук дело? — перебил Кристиан, отметив про себя, что сотруднички у Себастьяна как на подбор — хоть бы один проговорился, что Себастьян жив! Нет, молчали, как партизаны… Себастьян кивнул. — Но патрульные клялись и божились…
— А патрульные тут ни при чем, — хмыкнул Себастьян. — Это Мартин поработал.
— Но зачем?! — не понял Кристиан.
— Я знаю, это мелкая месть, — хищно усмехнулся Себастьян. — Но из-за них я мотоцикл разбил!!! А он мне, между прочим, нравился… А потом я еще наведался в гости к Донцетти. Лично.
— Ах, так вот почему старика хватил удар! — сообразил Кристиан, уже успевший прознать об этом происшествии. — Немудрено…
— Вообще-то, я собирался как следует пострелять, но так даже лучше получилось, — сознался Себастьян. — Сыновья его — жуткие олухи по сравнению с папочкой, пусть живут, вреда от них никакого. Ну а потом…
— А что это за приказ — сбивать без предупреждения? — сощурился Кристиан.
— А это я решил заканчивать с играми, Крис, — заявил Себастьян. — Не то очень скоро объявится еще один Донцетти. Что мне, прикажешь, в бронемашине кататься? На кой мне такое счастье? Пора немного приструнить этих вольных торговцев. Не хотят по-хорошему — я им сделаю по-плохому…
Он замолчал, а Кристиан тяжко вздохнул. Если уж Себастьян начинает действовать такими методами… Но как же хорошо, что он все-таки жив! Пускай и дальше вытворяет, что хочет, воюет, интригует, главное — он жив… Кристиан поспешил загнать эти мысли в дальний уголок сознания, потому что они казались ему несколько неуместными.
— Это уже настоящая война, — сказал он.
— Это всего лишь борьба за выживание, — ответил Себастьян и налил Кристиану вина. — Или я — или они. Выживает сильнейший, Крис. Таков закон джунглей.
Подарок из Гондураса
Сильные ловкие пальцы уверенно скользили по широкой мужской спине. Здесь сжать чуть сильнее, здесь погладить, здесь осторожно надавить… отвести в сторону мешающую длинную золотистую прядь… скользнуть на плечо, на шею… Какая нежная кожа, даже удивительно, при таком-то сложении! На ощупь — как нежнейший атлас вроде того, что возят контрабандой с Манифы, а под этой гладкой нежностью — стальные мускулы, на рельеф которых так и тянет полюбоваться: любой скульптор отдал, скажем, правый глаз, чтобы заполучить такого натурщика! Ну да шиш им, скульпторам, станет он вам раздеваться перед всяким мастеровым, то ли дело настоящий мастер!..
…Зуммер вызова, как обычно, прозвучал совершенно не вовремя.
«Вот так и знал, что нужно отключать переговорник! Каждый раз одно и то же…» — досадливо подумал Кристиан Норт, с огромным сожалением выныривая из водоворота приятных ощущений и стряхивая сладкую истому. Когда теперь еще выдастся минутка на это…
— Что там? — недовольно спросил он, садясь и включая переговорник.
— Господин Норт, вас желают видеть господин Крей и господин Мэрт, — мурлыкнул переговорник. — Срочно. Дело не терпит отлагательств.
— Сейчас буду, — еще более мрачно ответил Кристиан и вздохнул. Если уж эти двое вызывают его срочно, значит, дело и в самом деле не пустячное. Наверняка что-то стряслось, иначе бы его не рискнули потревожить. (Все знали, что у Первого Консула есть маленькие и вполне безобидные слабости, и он очень не любит, когда ему мешают этим… гм… слабостям предаваться.)
Кристиан еще раз вздохнул и виновато покосился в сторону. И вот так уже третий раз подряд им не дают нормально закончить!
— Спасибо, Донован, — сказал Кристиан и начал одеваться. — Сегодня вы превзошли самого себя. Я так понимаю, это что-то новенькое?
— Да, господин Норт, — вежливо ответил Донован, невысокий темноволосый мужчина. — Смею предположить, что вам понравилось бы еще больше, если бы мне дали довести дело до конца…
— Донован, в следующий раз я непременно отключу переговорник! — рассмеялся Кристиан и направился к двери.
Донован только вздохнул — такие речи он слышал от Первого Консула уже который месяц. Увы, дальше обещаний дело не шло, и очень жаль. Потому что сеанс хорошего массажа надо заканчивать, как полагается, а не обрывать посредине!..
…— Ну и что у вас стряслось? — спросил Кристиан, входя в свой кабинет. Здесь его уже ждали Алистер Мэрт и Себастьян Крей, и такое сочетание, вообще-то, было довольно странным. Ну не водилось в привычках у этих господ ходить парой, они вообще нечасто общались… Во всяком случае, Кристиан так полагал. — Война?
— Типун тебе на язык, Крис! — фыркнул Себастьян. — Всего-навсего небольшое ЧП.
— А причем тут тогда я? — продолжал злиться Кристиан. — Это по ведомству Эмиля. Он что, сам разобраться не может?
— Во-первых, Эмиль опять носится по городу и помогает Вернеру кого-то ловить, — парировал Себастьян. — А во-вторых, на мой взгляд, он тут как-то и ни при чем…
— Объясни нормально! — потребовал Кристиан.
— Значит так, пока ты там предавался телесному разврату, — начал Себастьян, получил угрожающий взгляд Кристиана и нагло заулыбался. Взглядами его было не пронять. — Так вот, пока ты расслаблялся, случилось
