а потом демонстративно отвернула голову. Типа: “Я на эту кринжатину смотреть не буду”.
– Да думай, как хочешь, – пробурчал я себе под нос. Скептически осмотрев спину и бока рыси, выдал вердикт, – духовное тело отремонтировано. Можно покинуть ремонтного Шинигами.
Гера и вправду поднялась на ноги, чуть пошатнулась. Саша рывком сел, задышал часто-часто. Выдавил:
– Признайся, ты же ей это сам приказал? Вот так унижать меня?
На трагичный голос парня я даже не обратил внимания. Следил, как Гера не спеша, опустив хвост, отходит в сторонку – чтобы снова улечься, только уже на подстилку из мха и сухих листьев, а не на дурачка неблагодарного.
Кстати, дурачок…
ОЯ +300
– Саш. Повтори, ты что сейчас сказал?
– Что? – он нахмурился, встал на ноги. – Я живой человек, а ты на меня свою кошку усадил.
– Унизил, да?
– Ну… – он уловил изменение моего настроения, помялся.
– Она тебя, дебила, собой закрывала. И чуть не умерла.
Шин вдруг возмутился:
– Я – человек! Она – призванный дух! Призвал бы ещё раз!
– Твоя сучья Система нифига не объяснила механику призыва, – отозвался я ядовито. – Ни откат, ни то, сохранится ли у Геры память – вообще нихрена.
Парень зло запыхтел – но резко ответить не осмелился. А я смотрел на него новым взглядом. С Князем ясно – тот нашего японского бога смерти запугал до смерти. А вот моё человеческое к нему отношение Шин воспринял, как слабость. А теперь – пытается сесть на шею.
– Зря ты так про Систему, – сказал он наконец. – Я только не понимаю, как она вообще пропустила ТЕБЯ.
Я удивлённо приподнял бровь, но перебивать не стал. Послушаем.
– Я бы сказал, что ты читер, но не верю, что у НЕЁ такое может быть, – начал Шин. – И ты, блин, на пять уровней ниже меня! Ну не может быть так, что ты сильнее, ещё и настолько. Это же всё лут, это твоё оружие. Копьё, плащ, ножи вот эти. Они ведь какие-нибудь легендарные или мифические. И ты их не заслужил, Максим.
Я думал, что разозлюсь – но мне стало смешно. А из Саши дерьмо так и изливалось:
– Я – боевой жрец, моя сила в моей Вере. А ты доказываешь зачем-то, что я не прав, заставляешь драться мечом. Это не мой билд! Я не буду танком, не буду тупым хилом. У меня свой путь – а вы с этой кошкой сейчас просто не дали мне качаться. Ты забрал себе самые ценные шмотки на старте, а теперь ещё отнимаешь мой опыт.
Мы с Герой переглянулись – и она насмешливо фыркнула. Я чуть улыбнулся и шагнул к ней – ещё подкормить.
– У меня катана, лучшее рубящее оружие. А ты мне рассказываешь, какая она переоценённая. Сам говоришь, что в кендо ничего не понимаешь – а лезешь с какими-то стойками, ударами. Почему я должен это выслушивать?
– По факту разнёс, – усмехнулся я. – Ещё что-то?
– Ты что-то скрываешь. Твоя сила, подготовка, твоя ненависть к Системе, то, как ты легко человека убил… – он вдруг побледнел, выдавил, – если мы партнёры, то мы партнёры. Не ограничивай меня. А поделиться сильным лутом будет справедливо.
Я похлопал в ладоши, с широкой улыбкой ответил:
– Ты прав, конечно. Так не может продолжаться. Я тебя ограничиваю. Герой Системы с уникальным классом, её любимчик – это ты. Нужен же трёхглазой стервозной суке фаворит. Так что, пора расходиться. Моё мнение – вернись к горам на денёк, подкачайся. А потом уже лезь в чащобу. Хотя, прости, я помню: ты сам разберёшься. Показать, где северо-запад, или по мхам и муравейникам найдёшь?
– Стой, в смысле? А почему… Я думал, мы так и останемся… Еда ведь, монстры.
– Так монстры – это же прокачка, – продолжил я бодро. – И еда заодно. Возвращайся к пещере, там даже дров немного осталось. Найдёшь мясо по дороге. Или оно тебя найдёт.
– Максим, подожди, – Шин начал паниковать. – Ты же убьёшь меня. Если бросишь, всё равно что убьёшь! Ты ведь спасал меня! Зря?! Там у пещеры змея дохлая, к ней монстры должны со всей округи сбежаться. Меня порвут, слышишь!
Я покачал головой:
– Ты что, это же прокачка. Погоняй у леса ежей, примани пару птеродактилей, в пещерах рукокрылов поищи… А потом – туда, во всеоружии. Сам всех порвёшь. Может, тоже легендарку какую отыщешь.
Гере полегчало, она уже виляла хвостом и с интересом следила за перепалкой.
– Что, Гер, пойдём? Не будем третировать этого беднягу. У него потенциал – а мы тормозим.
– Икар, нет, постой! – он рванул ко мне. Весь такой из себя обеспокоенный, а в руках – меч наголо.
– ТАК! – рявкнул я, и поднял Клементину, ткнув Шина остриём в нагрудник. – Ещё шаг, и будешь целительство изучать, чтобы новую руку отрастить, понял?
Шинигами испуганно кивнул, выдавил:
– Я-а…
– Ты. Ты не идёшь за мной. А пойдёшь – помнишь про целительство и руку?
Он испуганно закивал.
– А теперь давай честно. Уж не знаю, кто тебя воспитывал. Может, одна бабушка, суперлюбящая. Может, стая диких наглых адвокатов. Но твои попытки показаться жертвой, а обвинить во всем меня… Нет, это так не сработает. Я бы помог простому честному парню. Может, трусоватому, наивному. Отвёл бы к точке сбора, пусть бы распрощался потом. А ты – охреневшая пиявка, паразит. Понял?
– Только не убивай, – выдавил Шин. – Я…
– Вали уже. Вон там – обратно. А там, подальше – пещера. Там – северо-запад. Дальше сам разберёшься?
Он кивнул, засеменил от меня – и вдруг рванул к трупу сильфа, убитого Герой, ухватил рукой туманный шарик лута – и припустил бежать. Рысь вскочила, хлестанула себя по бокам хвостом.
– Да забей, – махнул я рукой. – Выживет, поймёт что-нибудь – может, человеком станет. Мы ничего не проигрываем, а лут… А куда его девать? Как потом из данжа выносить? В округе одни
