Читаем без скачивания Ник-7 - Анджей Ясинский

— Можно создать персональный ад для человека, — усмехнулся я. — Или рай. Ну, а выйти — по определенной команде. В общем, тут все сложно. Я пока разбираюсь, как это сделать.

— М — да… — Энхилье снова с интересом посмотрел на меня. — В общем‑то понятно, почему вас деньги не интересуют.

Я развел руками:

— У каждого свои недостатки, — и улыбнулся.

==Ник==

Внизу проплывал тот большой лесной массив, о котором говорил торговец. Остров плыл в сторону обещанных красот с озерами, а пока внизу находилось что‑то вроде нашей тайги. Конечно же, я не смог пройти, то есть пролететь мимо. Когда до окончания леса осталось километров пятьдесят, я десантировался вниз. С собой из оружия ничего не взял, ибо смысла не было.

Мягкая подложка из толстого слоя листьев слегка пригнулась, приняв мой вес. Птицы лишь на мгновение замерли, отреагировав на мое вторжение, а затем принялись за свое. Я вдохнул свежий запах листвы, перебиваемый тонким ароматом лесных ягод, каких‑то цветов и прочей зелени. Но простоял я недолго, видимо место я все же выбрал неправильное. Из густого кустарника, как ни странно, хорошо скрывающего или рассеивающего аурные энергии, почему я и не заметил, с глухим ворчанием выбрался… Медведь, не медведь, а может обезьяна. Да, есть что‑то такое, будто скрестили медведя и гориллу. От мишки — вытянутая морда лица, менее подвижная, чем у обезьян, и с огромными хищными зубами, и длинные когти на пальцах или лапах. От обезьяны — телесная конституция, хотя скорее что‑то среднее. Может это легендарный «бэр»? Хотя вряд ли, те вроде как повымерли давно, да на обычных мишек больше походили.

Зверь замолчал и с интересом стал меня оглядывать. Я тоже не остался в долгу. Прикольная зверушка, если встанет на задние лапы — будет метра два, два с половиной. Судя по цветным сполохам в ауре, и аппроксимируя на человеческие эмоции зверя, он был озадачен. А ментальный слой четко передавал именно это ощущение. Поэтому и для аппроксимации было от чего отталкиваться. Задумавшись, я пропустил момент резкой смены настроения животного — оно резко встало на задние ноги, зарычало — заорало, поударяло себя по груди, что еще больше приблизило его по похожести на гориллу, и бросилось на меня. Мой ментальный удар, на который я рассчитывал, но не успел правильно сформировать из‑за быстрой смены обстановки, прошел вскользь и не особо тронул мишку — все‑таки буду так его называть, раз уж он мне сперва показался медведем. Поэтому я развернулся и просто побежал. Ну его нафиг! И убивать вроде бы не за что. В принципе я так и хотел пробежаться по лесу, но без подобного сопровождения, которое и через десять километров не отстало. Я летел между деревьями, порой запрыгивая на них и распугивая птиц, получал удовольствие, на которое и рассчитывал, но этот проклятый мишка все никак не отставал. Мне это надоело, и я спрыгнул прямо перед огромной глыбой мяса. Тот как раз остановился, вынюхивая, куда я делся.

Он снова зарычал, встал на ноги и замахал лапами. Я пожал плечами и подсадил ему в ауру конструкт, который должен был усыпить зверушку. Только почему‑то это на него не подействовало — он как‑то мотнул головой и мой конструкт просто отвалился от него. Я так сильно удивился, что почти проморгал быстрый рывок животного в мою сторону. В последний момент я успел провалиться в ускоренное восприятия и там отметил, что зверюга тоже движется ускоренно. Не так как я, но все же. Даже в этом состоянии мишка почти умудрился меня достать — его когти, длиною в ладонь уже почти коснулись моего лица.

Я поднырнул под его лапу, перетек влево — вперед и оказался за спиной мишки. Тот уже начал разворот, но не успел, а я успел и ударил ладонью ему по затылку. Это я попытался на практике проверить, что такое «хэнш». Рука стала горячая и с нее стекла капля ртути в голову мишке. Ну, так ассоциировалось это действие у меня. Сложная наука оказалась, даже для меня, понимание ее — на грани умопомешательства и развала психо — эмоциональной матрицы. Плохо без учителя — видимо снова что‑то не так сделал: средний палец расцвел волдырем, как от ожога, и весь покраснел, пришлось оперативно лечить. Я пока только один прием изучил с незамысловатым названием «камень». Да и то, не уверен, что в любой момент смогу повторить этот прием. По сути это энергоинформационная программа для любого живого организма. Ударом я обеспечил попадание сгустка энергии в самое удачное место — голову существа, причем таким незамысловатым образом, то есть путем физического контакта, обойдя странную аурную защиту животного.

Вот реально, не знаю, как это фигня работает! Однако результат, что называется — налицо. Или на морду, если быть совсем честным. Мишка умер сразу, это несомненно — все говорило об этом: и остановка сердца, и резкое снижение аурной энергетики, даже то, что упал на землю. Вот внутри тела энергоканалы продолжали гнать энергию, чего обычно не бывает у мертвых. Однако результат был впечатляющим — башка зверя реально стала менять цвет на серый, стальной или каменный, с какой стороны посмотреть. А может просто теряла пигментацию или еще чего. Как в кино — волна распространялась сверху вниз, постепенно меняя цвет с незаметного естественного на серый. Смерть мишки не остановила процесс. Не знаю, откуда энергия берется для продолжения процесса, но я столько ее не вкладывал в «мыслеформу», как эта хрень называется. Видимо используются резервы самого животного. Интересно, как может работать такое био — программирование, если сам организм уже мертв? Или не мертв? Хм… И еще странная природная защита была у мишки — как он ловко отцепил мой конструкт! Вернее, проклятие — оно не дотягивало до параметров конструкта. Там грань тонкая. Можно конечно поискать еще такого мишку, посмотреть как у него устроена голова и аура, да только не вижу большого смысла — прикольно, да, но не экстраординарная штука.

Кстати, на острове жрачка скоро закончится — я только на неделю рассчитывал, а срок этот уже выходит. Раз уж тут такая оказия случилась, почему не воспользоваться? И я возникшими почти прозрачными лезвиями отрубил мишке лапы, вырезал кое — какие куски мяса, пока до них не добралось окаменение. Постукал палкой голову зверюшке — рукой постеснялся, чтобы не сказать — побоялся — вдруг не меня перекинется? Звук как у камня. Понятно, что не камень, но внешне очень на него похоже. Дождался окончания процесса. Проверил, что дальше тела животного процесс не пошел. Гравитационным ударом расколол голову бывшему мишке — внутри все тоже каменное, но хрупкое — рассыпалось в пыль, а череп — нет. Странная хрень какая‑то. Не люблю необъяснимых опасных вещей. Даже то, что я сам это умею делать, не мешает мне не любить. Мало ли как оно может повлиять на меня самого. Однако это не значит, что я не продолжу заниматься этим странным «хэншем». Еще интересно, что нельзя бросить вот такой конструкт — мыслеформу на расстояние, работает только при прикосновении. Боюсь ошибиться, но мне кажется, что просто так, без контакта, такая мыслеформа просто не может запуститься, не зря она так и зовется — «мыслеформа». То есть главное тут — «мысль». Теоретически, кстати, можно воплотить много мысленных форм. Ладно, посмотрим.

Так, еще кое‑что можно протестировать. Оборачиваю мясо силовым коконом, цепляю к нему комп, уменьшенную копию летучего движка, задаю программу полета (управляющий навигатор, кстати, пригодился демоновский, от их огненного плетения, которое наводилось на жертву и рубило его огненными мечами — это еще на реке было до Оробоса. Как обычно, я его серьезно доработал, и он стал намного круче) и жму виртуальную кнопку «старт». Нечто круглое и красное поднимается в воздух, крылья над «этим» натужно разрывают воздух — немного не рассчитал размер «стрекозы» и поднимаемого веса. Ничего, должна справиться. И если не сбойнет, то доберется до острова, вон он — чуть вперед улетел. Стрекоза, будто поняв мои мысли, еще поднатужилась и медленно, как беременный бегемот, стала подниматься вверх. Кстати, тут можно будет попробовать использовать классическую архитектуру дронов — четыре вентилятора и платформа. Вроде как проще, но сложнее обеспечить постоянное вращение пропеллера в одну сторону. Сейчас это просто изменение размеров и формы крыла, а там принцип другой. Ладно, тоже подумаем.

Проводив «стрекозу» взглядом, я посмотрел на остатки мишки.

— Извини, мишуня, незачем было за мной гнаться. Но в конце концов, все мы там будем. В земле.

Я развернулся, выстрелил нитью в дерево, зацепился и как человек — паук полетел вперед. Напомнило мне мое попадание в этот мир, и как я убегал от эльфов. Сейчас это кажется таким смешным…

— Что это такое? — торговец привел рукоятки в нейтральное положение и постепенно остановился в воздухе. В последнее время он практически только так и перемещается — опыт дело наживное, но тренироваться надо постоянно. По крайней мере, для него. Вон, Ламия и Какабис уже друг за другом гоняются, крутятся как дети, а торговец лишь на половине пути, который прошли его сопровождающие.