– Отец и брат Элеоноры не погибли восемь лет назад, – с вызовом произнесла она. – Из цепких когтей КГБ им помог вырваться начинающий пластический хирург – Владимир Кузьмин, в простонародье Боб, являющийся близким другом Элькиного брата – Анатолия. Боб провел свою первую подпольную операцию и в результате тогдашнее КГБ осталось с носом. – Даша помолчала, в ее голосе не слышалось злорадства. – Вот вы и сложили дважды два: в то дело, которое вы расследовали, обе эти барышни прекрасно вписывались – у одной скрывающиеся родственники за границей, а вторая компьютерный гений. Но вы не знали того, что знали все остальные. Пилюгина с Петровой даже незабудки бы не стали вместе собирать – они терпеть друг друга не могли. Так и произошла ошибка в объекте.
Тут Даша покосилась в сторону Лельки.
– Однако в свое время Боб помог остаться с носом не только КГБ, но и еще одному человеку, правда, уже в полном смысле этого слова. Он модернизировал нос Полянской. Который, между нами говоря, того совершенно не стоил.
– Чтоб ты вся лишаями покрылась! – изрыгнула очередное проклятие Лелька. – Погоди, и на тебя найдутся желающие.
Даша даже не повернула головы, только в израненном глазу полыхнул зловещий красный огонек. Повысив голос, она продолжила с еще большим нажимом:
– К сожалению, вместо гонорара или хотя бы благодарности наш врач-кудесник заполучил ночной кошмар. Лелька пронюхала о родственниках Элеоноры и решила Боба шантажировать. – Даша бросила на Полянскую негодующий взгляд. – Разумеется, сейчас трудно предположить, что сидящая перед вами помятая и туповатая на вид особа на самом деле является злобной хитрой ведьмой, обуреваемой к тому же многочисленными комплексами и желаниями. Ей нужны были только две вещи: мужчины и деньги. Однако с такой внешностью и манерами рассчитывать на богатых любовников не приходилось, тем более с возрастом...
Комитетчики уже вдвоем с трудом удерживали Лельку. Полетаев решительно хлопнул ладонью по подлокотнику:
– Госпожа Быстрова, вы, пожалуйста, прекращайте с оскорблениями, а то я распоряжусь снять наручники с Полянской и оставлю вас с ней наедине.
Даша побледнела.
– Я просто факты констатирую...
– Вот и констатируйте их как можно более корректно.
– Пожалуйста. – Она обиженно поджала губы. – Поняв, что с помощью подпольных операций люди могут избавляться от многих проблем, Лелька решает на этом поживиться. Но остается самая главная проблема – как обеспечить всех желающих не только новыми лицами, но и железными документами? И вот тут-то ей на помощь приходит Анька со своими базами данных миграционных отделений. Я думаю, что именно она произнесла эту идею вслух. Так? – Даша выжидательно посмотрела на Петрову.
Анна виновато кивнула головой.
– Так. Когда я впервые вскрыла иммиграционный сервер в Испании, то действительно что-то подобное высказала. Правда, я имела в виду совсем другое: мол, вместо того чтобы мучиться с подачей документов, можно тихо внести свои данные во все необходимые базы данных и получить вид на жительство в любой стране. Но ведь это было сказано просто так, – поспешила добавить она, заметив пристальный взгляд подполковника, – просто бравада!
– Убил бы того, кто этот Интернет придумал, – пробормотал Полетаев.
– Для тебя бравада, – продолжила Даша, – а вот Лелька сразу поняла, какую пользу можно из этого извлечь. И что даже вносить никуда ничего не надо. Идея проста и чудовищна. По всей стране ищутся клиенты – люди с большими деньгами и с еще большими проблемами. Люди, готовые заплатить практически любую сумму за возможность бесследно исчезнуть...
– В каком смысле? – переспросил Валера и с опаской покосился на Лельку.
– В самом прямом – исчезнуть с поверхности земли как данный конкретный человек. Умереть и возродиться вновь. Клиент, исходя из своих желаний или возможностей, выбирал страну, где хочет жить, оплачивал те самые десятки и сотни тысяч долларов и после этого ждал.
– Ждал чего?
– Ну, насколько я понимаю, двух вещей: подходящего кандидата и пластической операции.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Что значит – подходящий кандидат?
– Одинокий эмигрант или эмигрантка, живущий за границей. Все эти бараны и куры, по всей вероятности, должны были с максимальной точностью описать тип заказчика, а растения, которыми они хотели питаться, означали желаемую страну для проживания.
– Почему именно эмигрант?
– Чтобы не вызывал удивление акцент или плохое знание языка, чтобы связей было как можно меньше. Человека заманивали в Россию, убивали, а его место тут же занимал заказчик. Операции проводились у Боба на даче. Поэтому-то при первых признаках опасности Полянская ее и сожгла.
Боб сидел на полу, упершись головой в колени, и не издавал ни звука. Лелька, скривив рот, смотрела в разбитое окно.
– Ладно, пора заканчивать, – нарушил тишину Полетаев и встал. – Надеюсь, все присутствующие понимают, что ничего из вышесказанного не соответствует действительности. Поэтому убедительно прошу вас забыть, о чем здесь говорилось, и в ближайшее время не отъезжать на далекие расстояния. С каждым из вас будет проведена соответствующая беседа. Ребята, забирайте этих двоих, а с остальными я сам разберусь.
3
Подполковнику не удалось даже дойти до двери, как раздался отчаянный Анин крик:
– Подождите! Сергей Павлович, я вас очень прошу, подождите.
– Что еще? – недовольно обернулся тот.
– Скажите, вы живете в отдельной квартире?
– Что вы имеете в виду?
– Ну, я имею в виду без родителей, бывших жен и так далее?
– Да, – он по-прежнему не понимал, о чем идет речь.
Аня прижала руки к груди и умоляющим голосом зашептала:
– Сергей Павлович, миленький, заберите ее с собой, пусть она у вас поживет, мне просто необходим отдых.
Полетаев сначала озадаченно нахмурил брови, потом, поняв суть просьбы, громко рассмеялся.
– Вы хотите, чтобы я Дарью взял с собой? К себе домой?
– Ну, куда именно вы ее денете, это уже ваше дело, я имею в виду, чтобы прямо сейчас собрать ее вещи...
Даша задохнулась от негодования:
– Ах, вот ты какая?! Я ради тебя жизнью рисковала, глаза чуть не лишилась... На последние копейки сюда прилетела, только чтобы тебя...
– Стоп! – Аня подняла руку и рысью вернулась в гостиную. Выдвинув ящик, она принялась перебирать бумаги. – На, держи, – девушка протянула своей гостье пачку долларов. – Здесь ровно тысяча. Возвращать не надо. Это... это... Это за твою работу частного детектива. Понимаешь? Это твой гонорар. Послушайте, – хозяйка квартиры обернулась к незваным гостям, – может, еще кто-нибудь хочет оплатить услуги госпожи Быстровой? Это позволит ей незамедлительно вернуться домой, я имею в виду в Прагу, и какое-то время там оставаться...
Первым встал физик. Достав из кошелька несколько купюр, он протянул их Даше:
– Это к тем ста долларам, которые я тебе уже дал. Очень, очень благодарен за все, что ты для нас сделала, – он выразительно посмотрел на разбитую комнату.
Молодая женщина непонимающе моргала разноцветными глазами.
Эдуард похлопал себя по джинсам и извлек из заднего кармана деньги:
– Держи, Дашенька, тебе пригодится.
Элеонора раскрыла сумку и со вздохом протянула несколько сотенных банкнот:
– Сволочь ты, конечно, Рыжая, но с другой стороны... Постарайся хотя бы лет пять не возвращаться.
Кудрявый Валера смущенно мял в руках пару бумажек:
– У меня, к сожалению, больше нет. Не ожидал. Но все равно спасибо – теперь буду еще более бдительным.
Комитетчики во главе с Полетаевым в молчаливом изумлении наблюдали за происходящим. Наконец и подполковник не выдержал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Возможно, в словах госпожи Петровой есть определенная логика. Да, пожалуй, я с ней соглашусь.
Он вытащил из кармана чековую книжку, быстро написал сумму и с улыбкой протянул чек Даше:
– На. Ты настоящий детектив. Собирай свои вещи, через некоторое время я за тобой заеду и отвезу в аэропорт.
