Здесь был приведен ответ Жукова на вопрос Эйзенхауэра о том, как Красная Армия преодолевала минные поля. По признанию американца, его изрядно шокировали слова советского коллеги: мол, мы подсчитали, что потери от огня обороняющегося противника при отсутствии минного поля примерно равны потерям от мин, если такое заграждение имеется. А потому пехота наступала так, будто никакого минного поля не было. «Я живо представил себе яркую картину того, что произошло бы с любым американским или британским командующим, если бы он следовал подобной тактике…» – написал Эйзенхауэр.
В мемуарах был описан и другой показательный момент. «Сталин, босс, железной рукой правивший Советским Союзом, был начисто лишен чувства юмора… – констатировал Эйзенхауэр. – Вечером в кинозале мы смотрели советскую картину о взятии Берлина, где был показан и мой старый друг маршал Жуков со множеством орденов и медалей на парадном мундире. Во время демонстрации фильма Сталин сидел между мной и Жуковым. В какой-то момент я повернулся и сказал нашему переводчику, сидевшему позади Сталина: «Скажите маршалу Жукову, что, если он когда-либо потеряет свою работу в Советском Союзе, он сможет, как доказывает эта картина, наверняка найти работу в Голливуде». Сталин молча выслушал переводчика. «Маршал Жуков, – сообщил он мне ровным тоном, – никогда не останется без работы в Советском Союзе».
Командование войск союзников у Бранденбургских ворот Берлина. В центре: Г. К. Жуков, Б. Монтгомери, К. К. Рокоссовский. 12 июля 1945 года
Нет, чувство юмора у Иосифа Виссарионовича определенно было…
7 сентября 1945 года в Берлине возле Бранденбургских ворот состоялся торжественный парад с участием войск всех стран антигитлеровской коалиции. Идея его проведения принадлежала маршалу Жукову, занимавшему в то время должность командующего Группой советских войск в Германии.
От имени Советского Союза маршал Жуков принимал парад, а командовал парадом британский генерал-майор Эрик Нэйрс, комендант английского сектора Берлина. В торжественном строю проследовали военнослужащие и техника армий Советского Союза, Франции, Великобритании и США. Во главе парадной колонны шел советский сводный полк 248-й стрелковой дивизии, отличившейся при штурме германской столицы. Помимо регулярных войск в параде участвовали французские партизаны.
«Трофейное дело». Чемоданчик с бриллиантами у Лидии Руслановой
1 июня 1946 года Маршала Советского Союза Георгия Жукова вызвали на заседание Военного совета по «трофейному делу», иначе называвшемуся «генеральским делом». Как следует из названия, речь шла о расследовании злоупотреблений высшего командного состава, а именно присвоения и вывоза из побежденной Германии большого количества ценностей. Поводом для привлечения к этому делу Жукова стали показания, данные против него в апреле того же года маршалом Новиковым, и доклад Булганина: заместитель наркома обороны сообщал Сталину об имуществе, которым завладел лично Жуков. В докладе были названы изысканная мебель, картины, гобелены, золотые украшения, тридцать килограммов серебряных изделий и около четырех километров дорогих тканей.
9 июня 1946 года Сталин, который был не только главой Советского государства и Компартии, но и министром Вооруженных Сил СССР, подписал приказ об освобождении маршала Георгия Жукова от обязанностей заместителя министра Вооруженных сил. Поводом для этого стало «трофейное дело», а также активно подогревавшиеся властью разговоры о «бонапартизме» маршала Победы.
В секретном приказе о снятии Жукова с должности утверждалось, будто маршал «считал, что его заслуги недостаточно оценены, приписывая себе в разговорах с подчиненными разработку и проведение всех основных операций Великой Отечественной войны…» Затем его назначили командующим войсками Одесского военного округа.
Но на этом вождь не успокоился. «Трофейное дело» набирало обороты. Не упускала власть и других поводов предъявить компромат на маршала Победы. 21 июня 1947 года Политбюро ЦК приняло постановление, согласно которому Жуков получал выговор за незаконное награждение певицы Лидии Руслановой орденом Отечественной войны.
5 января 1948 года сотрудники госбезопасности по личному распоряжению Сталина обыскали московскую квартиру Жукова, а через несколько дней – его рублевскую дачу.
Совершенно секретно
СОВЕТ МИНИСТРОВ СССР Товарищу СТАЛИНУ И. В.
В соответствии с Вашим указанием, 5 января с. г. на квартире Жукова в Москве был произведен негласный обыск.
Задача заключалась в том, чтобы разыскать и изъять на квартире Жукова чемодан и шкатулку с золотом, бриллиантами и другими ценностями.
В процессе обыска чемодан обнаружен не был, а шкатулка находилась в сейфе, стоящем в спальной комнате.
В шкатулке оказалось:
часов – 24 шт., в том числе: золотых – 17 и с драгоценными камнями – 3;
золотых кулонов и колец – 15 шт., из них 8 с драгоценными камнями;
золотой брелок с большим количеством драгоценных камней;
другие золотые изделия (портсигар, цепочки и браслеты, серьги с драгоценными камнями и пр.).
В связи с тем что чемодана в квартире не оказалось, было решено все ценности, находящиеся в сейфе, сфотографировать, уложить обратно так, как было раньше, и произведенному обыску на квартире не придавать гласности.
По заключению работников, проводивших обыск, квартира Жукова производит впечатление, что оттуда изъято все то, что может его скомпрометировать. Нет не только чемодана с ценностями, но отсутствуют даже какие бы то ни было письма, записи и т. д. По-видимому, квартира приведена в такой порядок, чтобы ничего лишнего в ней не было.
В ночь с 8 на 9 января с. г. был произведен негласный обыск на даче Жукова, находящейся в поселке Рублево под Москвой.
В результате обыска обнаружено, что две комнаты дачи превращены в склад, где хранится огромное количество различного рода товаров и ценностей. Например:
шерстяных тканей, шелка, парчи, пан-бархата и других материалов – всего свыше 4000 метров;
мехов – собольих, обезьяньих, лисьих, котиковых, каракульчевых, каракулевых – всего 323 шкуры;
шевро высшего качества – 35 кож;
дорогостоящих ковров и гобеленов больших размеров, вывезенных из Потсдамского и др. дворцов и домов Германии, – всего 44 штуки, часть которых разложена и развешана по комнатам, а остальные лежат на складе.
Особенно обращает на себя внимание больших размеров ковер, разложенный в одной из комнат дачи;
ценных картин классической живописи больших размеров в художественных рамках – всего 55 штук, развешанных по комнатам дачи и частично хранящихся на складе;
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
