Вождь вознес Кулика на ту высоту, на которую тот, в силу своих природных данных, сам бы никогда не поднялся. Вождь его и раздавил, когда тот не оправдал оказанного доверия. Но раздавил не сразу. Несколько раз давал ему шанс исправиться, реабилитировать себя. Кулик, например, не раз женился на «политически неблагонадежных» женщинах. Второй брак заключил с дочерью кулака, да к тому же немца. В третий раз вообще женился на дочери начальника царской контрразведки в Финляндии Кире Симонич. В мае 1940 года, когда Г. Кулик получал Звезду Героя, она вдруг исчезла. Кулик, не зная, что жена арестована по указанию Сталина, оберегавшего своего любимца от недостойных связей, написал заявление об объявлении всесоюзного розыска.[433] А когда понял в чем дело, — погоревал… и женился в четвертый раз на подруге своей дочери.
Кулика часто называют тугодумом, пьяницей, недалеким и малообразованным генералом. Ссылаются при этом на то, что, уже будучи начальником артиллерийского управления РККА, маршал ратовал за артиллерию на конной тяге, «потому что по нашим дорогам ни одна машина не проедет», называл автомат «буржуазной выдумкой» и отдавал предпочтение безотказной трехлинейке со штыком.
Думаю, что даже эти его суждения, не совсем правильно относить к откровенно глупым. Их надо рассматривать в контексте событий того времени. Ну а если давать оценку деятельности Г.И. Кулика в целом, то представляется неверным слишком уж упрощать и примитизировать его личность, как это делают многие, пишущие на исторические темы. Не будем забывать, что он один из самых боевых советских генералов. Причем не паркетных. Кулик прошел шесть войн. И за исключением последней, прошел их достойно. Пять раз был ранен, трижды — тяжело. Дважды контужен. Воевал в Испании, отличился в ходе боевых действий на реке Халхин-Гол и при прорыве линии Маннергейма, честно заработал восемь орденов, стал Героем и одним из семи довоенных маршалов. К сожалению, к началу Великой Отечественной он перестал соответствовать требованиям времени, не смог в силу объективных причин проявить себя в первые месяцы войны — ни под Ленинградом, ни под Керчью и Ростовом.
16 февраля 1942 года специальное присутствие Верховного Суда осудило Кулика СССР за сдачу Керчи по ст. 193-21 п. «б» УК РСФСР (самовольное отступление начальника от данных для боя распоряжений),[434] возбудив ходатайство о лишении его званий, орденов и медалей, в том числе и Звезды Героя Советского Союза. Кулик обратился в Президиум Верховного Совета СССР с просьбой об отмене приговора. Но просьбу отклонили. 19 февраля Президиум вынес постановление: «В соответствии с приговором Специального присутствия Верховного Суда СССР лишить Кулика Г. И. воинского звания «Маршал Советского Союза», звания Героя Советского Союза, трех орденов Ленина, трех орденов Красного Знамени и юбилейной медали «XX лет РККА»».
В приговоре и приказе НКО СССР от 2 марта 1942 г., составленном и подписанном Сталиным, говорилось: «Преступление Кулика заключается в том, что он никак не использовал имеющихся возможностей по защите Керчи и Ростова, не организовал их оборону и вел себя как трус, перепуганный немцами, как пораженец, потерявший перспективу и не верящий в нашу победу над немецкими захватчиками». Кроме того, отмечалось, что «Кулик во время пребывания на фронте систематически пьянствовал, вел развратный образ жизни…, занимался самоснабжением и расхищением государственной собственности».[435] Однако позже, в заключении Генерального штаба и письме, представленном в ЦК КПСС 4 января 1957 года заместителем Министра обороны СССР Маршалом Советского Союза И. С. Коневым и Генеральным прокурором СССР Р. А. Руденко, отмечалось, что Генштаб, изучив материалы дела и оперативные документы, относящиеся к боевым действиям на керченском направлении, «пришел к заключению, что к 11–15 ноября 1941 года силы противника на этом фронте количественно превосходили наши войска в несколько раз и что в сложившихся условиях командование войсками керченского направления, а также бывший Маршал Советского Союза Кулик с наличными и притом ослабленными силами и средствами удержать город Керчь и изменить ход боевых действий в нашу пользу не могли. Таким образом, за оставление города Керчи Кулик Г. И. был осужден необоснованно».[436]
Через несколько дней после издания столь грозного приказа И. Сталин немного поостыл и дал указание присвоить Кулику звание генерал-майора. А в апреле 43-го последний вновь стал генерал-лейтенантом и полгода командовал 4-й гвардейской армией. Но опять себя ничем не проявил и был назначен заместителем начальника Главного управления формирования и укомплектования войск. Постановлением Президиума Верховного совета СССР от 3 июня 1944 г. его восстановили в правах на ордена.
Тем не менее, обида и горечь продолжали переполнять сердце и душу Кулика. Он все чаще прикладывался к рюмке. В сильном подпитии все выплескивалось наружу и не оставалось незамеченным. Пришлось опять снимать одну звезду и в третий раз становиться генерал-майором. Одновременно Г. Кулика исключили из партии с формулировкой — за «бытовое разложение и высказывание недовольства по поводу отношения властей к его заслугам»
С генералом В. Гордовым Кулик сошелся в Куйбышеве, после того как Сталин предоставил ему последний шанс для исправления, назначив заместителем командующего Приволжским военным округом. Но Кулик не воспользовался этим шансом.
Свои «пожитки» он переправил к новому месту службы на двух самолетах, включая коз, овец, несколько пчелиных ульев и даже любимую корову, к молоку которой привык. Сам же накачался в дороге совсем другими напитками.
Герои Советского Союза Гордов и Кулик сдружились. В том числе и на почве недовольства Сталиным. В своих хмельных разговорах они не раз поминали его недобрым словом, что и привело к их увольнению из Вооруженных Сил в 1946 году. А в следующем — к аресту.
Ответы на вопросы, о том, как, почему и при каких обстоятельствах это произошло, мне удалось найти в начале 90-х годов в подвалах Верховного суда, где находился в то время архив Военной коллегии.[437]
Обнаруженные документы свидетельствовали, что 1951 год не стал годом смерти В. Гордова, как и репрессированных вместе с ним генералов Г. И. Кулика и Ф. Т. Рыбальченко.[438] На самом деле Гордов и Кулик были осуждены Военной коллегией 24 августа 1950 года и в тот же день расстреляны в подвале Лефортовской тюрьмы. Генерала Рыбальченко судили и расстреляли на следующий день. Всем троим было предъявлено обвинение в проведении антисоветской агитации, хотя каждому навесили еще по несколько пунктов зловещей 58-й статьи. Ведь согласно указанию вождя все трое подлежали расстрелу. Поэтому добавили создание контрреволюционной организации (ст. 58–11 УК РСФСР), покушения на измену Родине (ст. ст. 19, 58-1б) и на совершение террористического акта в отношении вождя (ст. ст. 19, 58-8).[439]
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
