Она стиснула кулаки и встала в нечто, напоминающее боевую стойку.
– Лучше смерть, чем запечатывание!
И, сжав зубы, бросилась на меня. В этот раз она смогла собраться. Её волосы вытянулись, превращаясь в оружие. Стремясь захватить меня, подставить под удар кулаков из чакры или костей. Она открывала свои порталы, атакуя одновременно с нескольких направлений и стараясь не подпускать ближе.
Она быстрая. Быстрее, чем все, кого я встречал ранее, кроме Эя. До восстановления баланса Инь и Ян и обретения собственного Покрова, я бы мог сравняться только под всеми режимами и Вратами. Сейчас держусь и так, наслаждаясь поединком.
Уворачиваюсь, отправляю молнии, Расенганы, иногда, и вовсе, режу кунаями. Ближний бой у неё не очень. Но вот когда использует свои техники манипуляции волосами, выходит интереснее. У Джирайи похожий стиль, просто лучше. Не в мощи, конечно, а вот в техничности ей бы поучиться у наставника.
Попробовала атаковать техникой огня, но вышло плохо. Создаёт долго, требуется концентрация. Так бывает, я тоже могу техники применять без ручных печатей чисто на способностях Риннегана. Но большого количества тренировок это не отменяет. Да и, зачастую, быстрее сложить несколько фигур из пальцев, которые забиты на уровень рефлексов.
Кагуя же, получив от меня две Сферы Молнии, чуть не лишилась головы и больше подставляться с плохо знакомыми техниками не решилась.
Несколько минут реального времени мы сражались. Она даже пробовала иллюзии, но я ушёл Крыльями и ответил молнией.
А потом телепорт и Расенган в лицо прекратил бой. Она осталась лежать на спине, тяжело дыша.
Когда я остановился недалеко, неразборчиво, из-за сломанной челюсти, прохрипела:
– Убей, но не запечатывай.
И тихо, почти не слышно, прошептала:
– Пожалуйста…
Я хмуро смотрел на женщину. Она, вообще, смертна? Ведь столько раз получала летальные повреждения мозга. Хотя, если испепелить…
Вместо этого я демонстративно поднял бровь:
– Зачем убивать или запечатывать, Кагуя? Кто нам расскажет, с чем, возможно, придётся столкнуться в будущем? Раз люди твоего клана сильнее тебя, к ним нужно готовиться.
Её раны на глазах исчезали. С хрустом вправив целой рукой челюсть, она села прямо, даже в побеждённом и побитом виде сохраняя царственную осанку. Страх уходил из её глаз, сменяясь расчётливостью. Хм. Крепкая духом женщина, однако.
Я наклонился и, протянув руку, усмехнулся:
– Предлагаю быть гостьей на нашем острове.
– Пленницей, – прищурилась прародительница всей чакры на планете.
– Со всем комфортом и уважением, Ооцуцуки-сама.
– Как зовут тебя, тюремщик, – хмуро поинтересовалась Кагуя, тем не менее, цепляясь за протянутую ладонь и вставая.
– Ясуо.
– А клан? – взмахом руки указала Кагуя на сдерживающих Десятихвостого друзей и родных.
– Узумаки.
– Я запомню, – величественно кивнула она и протянула руку в сторону ревущего Десятихвостого. – А с ним как поступите, Узумаки. Запечатаете?
– Есть пара домашних заготовок на этот случай…
Глава 40
Десятихвостый лежал, придавленный цепями чакры и выросшей гравитацией. Призывной зверь, присосавшийся к его боку, вырос настолько сильно, что стал больше всего похож на самого обычного клопа. Такое же огромное брюхо, раздувшееся позади, в десятки раз больше его изначального размера.
Какой же родоначальник всех биджу огромный – взглядом не охватить, если встать поближе. Цепи чакры от наших женщин дрожат, но справляются. И хотя используется сила, которая высасывается из монстра, её ядовитость медленно разрушает систему каналов чакры.
К сдерживанию присоединился Наруто, забирая ядовитую чакру и вливая её в формируемые трансформацией огромные цепи с помощью Хоноки, Минато и Хинаты.
Дольше ждать не стоит, несмотря на украденную у него энергию, зверь всё равно рано или поздно вырвется, слишком велика мощь.
Вытащив из подсумка свиток, отменил трансформацию, и он скачком вернулся к обычному размеру мне по пояс. Мерцание, и длинная бумажная лента разворачивается, облепляя Призывного Зверя.
Сев на колено, приложил руку к свитку и выдохнул, активируя его. Засветился длинный ряд символов, и в следующий момент бумага вспыхнула и опала пеплом, оставив горящие кандзи висеть в воздухе. Закрыв глаза, стал формировать итоговый результат и процесс тщательнее. Печать была предназначена для уничтожения биджу, а не Десятихвостого, нужны изменения.
Пальцы заплясали в воздухе, складывая печати: ещё контур для хранения природной энергии, два преобразователя, клапан сброса силы.
Ладно, вроде, готова. Запуск.
Символы закрутились в воронку возле твари, начиная походить на раскрученный бур. Прищурившись, направил его в Призывного Зверя. Его раздувшееся брюхо вспучилось и лопнуло, выбрасывая содранную плоть и кровь. А точнее, чакру.
Тупая тварь лишь заревела и сомкнула челюсти плотнее на бесконечном источнике еды. А вихрь становился сильнее, с каждым мгновением вытягивая всё больше, запечатывая, преобразовывая и пуская собранное в усиление себя самого.
Пять секунд, десять, и вот вихрь вломился в тело самого Десятихвостого, медленно расширяясь. Попутно втягивая в себя и верещащее наследство Хоноки. Десятихвостый заревел, забился в путах, заливая окрестности осязаемой злобой и жаждой крови.
– Всё равно удержим! – яростно закричала побледневшая Карин.
Их цепи затрещали, растягиваясь, звякнули созданные Наруто, принимая нагрузку. А печать работала, перемалывая плоть и чакру, медленно растворяя монстра. У него уже не хватало куска сбоку, и моя техника начала выпускать природную энергию.
Не здесь, а на одном из участков пустыни за тысячи километров. Мне не нужно, чтобы монстр поглощал её и восстанавливался, да и последствия для местности будут не очень хорошие.
Мясорубка отлично действует, только слишком медленно. Мама и Кушина уже посерели, прокачивая сквозь себя отраву, у них нет помощи Исобу, как у сестры, который перерабатывает для неё большую часть поступающей силы Десятихвостого.
– Вот значит как. Ты хочешь уничтожить его, а не запечатать, – задумчиво произнесла Кагуя. – А высвободившейся силой исправить вами сотворённое.
– Да. Ты против?
Если она сейчас начнёт мешать, всё сорвётся. Печать набрала силу, но недостаточно, чтобы монстр не мог сбежать. И мне её надо контролировать вручную, она не создавалось под такое, ведь обычного биджу бы убило к этому моменту. Даже Кураму.
И он не восстановится. Печать корёжит не просто плоть, а разрывает саму суть на куски, как печать Шинигами. Именно поэтому всё так медленно.
На пару секунд в тональность рёва Десятихвостого влез другой голос, и Мясорубка резко усилилась. Похоже, мы переработали одного из созданных Орочимару биджу, было очень похоже на чакру Восьмихвостого.
– Он – моё наследство, источник силы. Уничтожать его расточительно. Но в вашем случае выбора нет, – поморщилась женщина и, немного помолчав, закончила: – Вы не справляетесь.
– Справимся. Он слабеет!
– Так и вы на последнем издыхании, – пожала плечами Ооцуцуки.
Монстр вздрогнул, а на его боку проступил вытягивающийся вперёд силуэт. Потом рядом с ним ещё один. Четырёх и Пятихвостый стремились освободиться, почувствовав ослабление держащей их воли. На несколько секунд стало чуть легче, а там и Мясорубка сожрала ещё одного биджу второго поколения.
Техника резко выросла, вгрызаясь сильнее. Монстр забился в путах, и мама, побледнев, осела на песок. Ещё пять секунд под выросшей нагрузкой продержалась Кушина, но упала без сознания и она. А вокруг цепей, созданных Наруто, уже стояли Минато с Хинатой, положив руки на одно из звеньев.
Карин чуть ослабила свои цепи, передавая больше нагрузки на работу остальных.
Десять секунд. Двадцать. Тридцать. Минута.
Заливая бронежилет кровью из носа, упала наземь и сестра. Остались одни трансформированные цепи – кажется, Наруто даже умудрялся откачивать через них чакру твари.
