произнесла Самара, так и не дождавшись, что он сам отложит бумагу.
- Да, сейчас, - только после этого он взглянул на разложенную по чашкам, на этот раз немудрёную, еду.
Горохов отложил бумагу, стал быстро есть, обдумывая что-то и вспоминая то, что тоже нужно будет ещё записать. Ел молча, и казачка не решалась с ним заговорить. А когда доел и отставил от себя пустую тарелку из-под гороховой каши, сказал ей:
- Тебе уже нужно ехать. Посуду уберёшь, когда вернёшься.
Да, было ещё жарко, и жара должна была простоять до пяти часов, но инженер хотел, чтобы она добралась до лодки Палыча именно в жару, пока людей на пристани не будет.
- Еду, - сразу ответила Самара.
- Давай всё повторим, - он взял в руки бумагу и карандаш, но к работе не приступал, смотрел на казачку. – Зачем ты едешь на пирс?
- Купить антибиотики от клеща. Мой мужчина словил клеща, лежит в температуре, – отвечала Самара, надевая брюки.
- Что ты ему скажешь?
- Скажу: от этой жары можно сойти с ума.
- Что он должен ответить тебе?
- Говорят, что будет ещё жарче.
- Верно, - Горохов кивнул. – Что ты сделаешь после этого?
- Скажу ему, что его будут ждать в полночь у скалы, что похожа на клык. И объясню, где это.
Он поймал её руку и крепко сжал её:
- Молодец… Всё верно. Выпей побольше воды, - подтянул её к себе, поцеловал в щёку. – Будь осторожна, я очень надеюсь на тебя.
- Осторожна? Кого мне в песках бояться, всё попряталось, в такую жару даже вараны прячутся.
- Опасайся людей, они поопаснее варанов бывают.
- А в городе Тарасова бояться? – догадалась Самара.
- Всех, но его в первую очередь, - ответил Горохов и начал писать.
Стимулятор действовал, инженер не чувствовал утомления, почти не ощущал болезни, писал и писал. Особенно старался рассказать про «санаторий», про реактор, что там видел. Горохов неспроста акцентировал внимание на этом здании, он был уверен в целесообразности армейской операции, которая позволила бы захватить и сам этот удивительный куб, и кучу всякого другого неизученного оборудования. Да, армейские операции - это дорого, да и не всегда они бывают удачными. Но одно дело ловить какую-нибудь опасную, но небольшую банду по пескам, там действительно армия малоэффективна, и совсем другое дело - захватить целый дом. Дом-то точно никуда не убежит, вот только оборудование из него могут вывезти, пока солдаты будут сюда добираться. В общем, весь его рапорт склонял руководство к привлечению армейских, хотя сам он прекрасно понимал, что такая вероятность весьма невелика. Он исписал весь лист и едва смог уместить на нём всё, что успел выяснить, и всё что обо всём этом думал. Свернул бумагу и спрятал её в шов палатки. На входе, там, где никто искать не додумается. Сел. Запил таблетку большим количеством воды. Спать, конечно, он не хотел, взял сигарету… И тут приехала Самара, он узнал её квадроцикл по звуку двигателя. Горохов заволновался: что так рано? Неужели что-то случилось? Он даже прикуривать не стал. Ждал, когда она войдёт и всё расскажет.
А она вошла и сказала:
- Я всё сделала, мужик с лодки будет ждать нас в полночь на берегу под скалой.
- Сделала? – удивился инженер. – Так быстро?
А она, не раздеваясь, стала пить воду; на лице у женщины, через переносицу, там, где стык маски и очков, черная полоса от пыли. Казачка явно устала, оторвалась от фляги с водой и произнесла:
- Не так уж и быстро, два с половиной часа меня не было.
Горохов взглянул на часы. Чёрт, под этим стимулятором, за писаниной, он и не заметил, как пролетело время. Он встал, обнял её.
- Ложись поспи, нам ночью ещё придётся покататься по степи.
И стал надевать пыльник. Нет, он точно не смог бы сейчас уснуть.
- А ты куда? – спросила она удивлённо.
- Пойду взгляну, что там на буровой. А то заметят, что инженер сутками не появляется на участке. Этого допускать нельзя.
Она, может, и поняла его, но смотрела всё равно с укоризной. Считала, что это он зря.
Глава 51
Луна. Звёзды. Лодка Палыча уже стояла на якоре в десяти метрах от берега, Палыч, он осторожный, к берегу не подойдёт, пока не убедится, что это безопасно. В рубке горит свет. Горохов и Самара спускаются к реке.
- Эдуард Павлович! – окликает инженер с берега.
В их сторону тут же развернулся прожектор. Горохов и казачка жмурятся, прикрывают глаза руками. А хозяин лодки включает лебёдку, выбирает якорь, заводит мотор и уже через пару минут протягивает сверху, с лодки, руку Горохову.
- Ну, здорово, дорогой.
Палыч человек опытный, он при Самаре инженера по имени называть не будет.
- Здорово, дядя, - отвечает инженер, пожимая руку.
У них свои и весьма давние отношения. Это далеко не первое дело, в котором Эдуард Павлович прикрывает его и выполняет роль связного. Палыч хотел втянуть инженера на палубу, но тот не спешит влезать на лодку.
- Подожди, - Горохов оборачивается, - Самара, выкопай то, что мы тут прятали.
- Ладно, - говорит казачка и идёт выкапывать сумку-холодильник и сумку с бумагами.
А сам инженер полез вверх на обрыв, там в кузове квадроцикла сидел умный бот, которого на участке всё звали помбуром.
- Помбур - произнёс Горохов, когда добрался до квадроцикла, - работать.
Бот сразу вылез и пошёл за инженером, и они спустились к реке.
- Заходи в воду, - Горохов указал место, - тут. Там должна быть сумка, опусти в воду руку. Ищи.
Почти сразу бот вытащил из воды баул с медью.
- Давай его сюда, - инженер указал на палубу, - закидывай.
Потом бот закинул на палубу выкопанные Самарой сумки. И после приказа инженера влез на лодку сам. Горохов обернулся к казачке:
- Подожди меня у квадроцикла.
Только после этого Горохов забрался на палубу. И там они с капитаном обнялись. А после стали спускать вещи в трюм лодки.
– Ого, тяжёлый. А ты сам как? - спрашивал Палыч, беря баул с медью и стаскивая его вниз.
