Но и в эти два дня жизнь в городе бурлила все больше и больше. Вода принесла свежесть на старые запыленные улицы. А следом за возродившейся рекой в столицу стали возвращаться беженцы. Мало того, на последние деньги тысячи людей из других королевств покупали билеты на корабли и всеми силами пытались достичь берегов Салламбаюра. Разосланные во все стороны эмиссары делали свое дело, и в государство устремился все более увеличивающийся поток рабочей силы. Сюда теперь стремились не только крестьяне, привлеченные возможностью поселиться на плодороднейших землях, но и ремесленники, строители, геологи, шахтеры, сталевары, кузнецы, зодчие и Шабены всех уровней, которые хоть что-то ведали в науках. Вовремя сказанные слова эмиссаров давали обильные всходы. Ну а решающую роль играла фраза: «Великий Загребной взял Салламбаюр под свое покровительство». Иногда еще шепотом добавляли: «Теперь богатства будут стягиваться в Грааль».
К побережьям Салламбаюра шли переполненные корабли из княжества Макдор, Критских земель и королевства Сожженной Пыли. С гор королевства Медвежье спускались тысячи переселенцев. Это были в основном ушедшие когда-то из Салламбаюра люди, которых тяжелая жизнь среди сурового климата не очень-то и прельщала. Впоследствии сборщики подати королевства Медвежье находили лишь опустевшие деревни и поселки, все жители которых до единого устремились к реке Ледяной.
Мало того, с острова Зари к материку ушли двести кораблей, по самую ватерлинию осевшие от тысяч беженцев-островитян. Многим правление князя-узурпатора было не по нраву, а эмиссары поработали и там. Усиленная агитация велась среди специалистов-литейщиков, Загребной приказал уделить им особое внимание. Людям, умеющим обращаться с металлом, обещали сразу предоставить дом и полное государственное обеспечение всей семьи в течение полугода. Таким образом, остров Зари сразу же лишился доброй половины своих кузнецов, сталеваров и производителей оружия. Причем многие корабли успели сделать по две, а то и по три ходки. Лишь потом князь Буйкале спохватился и поставил заслон из всех своих военных кораблей.
Такой наплыв новых подданных оказался хоть и желанным, но совершенно неожиданным. Уже на пятый день после окончания траура столица Салламбаюра напоминала улей, в который пасечник поместил сразу несколько пчелиных семей.
Испытывая постоянную нехватку времени, Семен и Виктория буквально разрывались на части, пытаясь всюду успеть и все наладить лично в этой неразберихе. Свои обязанности они распределили так, чтобы сферы влияния не пересекались, но все равно постоянно случались накладки. То группа администраторов и порученцев, возглавляемая Загребным, приходила на новый строительный объект для литейного производства и заставала там Викторию, распределяющую новых людей на работы. То принцесса лично с поднятой рапирой останавливала отряд рабочих, выходящий из столицы, и отправляла их на разборку старой городской стены. Как потом оказывалось, этих людей ее отец спешно за час до того отправил на добычу железной руды к реке Усоле.
Самый трудный момент наступил на двадцать пятый день. Город был переполнен, а продуктов для прокорма такого огромного количества людей не оказалось – интенданты проворонили. Поливное хозяйство в пустыне возрождалось невиданными темпами, но пока было бы смешно требовать от согбенных в круглосуточной работе крестьян хлеб из нового, пока несуществующего урожая. Поэтому пришлось королю вместе с Загребным посетить главный банк Салламбаюра.
Встреча прошла в деловой обстановке. Семен расстался сразу с сорока уникальными камнями, и Брюнт заверил, что уже через час в соседних королевствах начнется скупка продуктов через подставных лиц. Само собой, такой всплеск активности не пройдет даром, оптовые продавцы постараются сразу же взвинтить цены, но зато с долгосрочными кредитами самого банка королевство Салламбаюр может вполне сносно протянуть до первого урожая. А большего и не требовалось.
Загребной на этом «саммите трех» заявил, что в скором будущем обязательно придется вступить в сражение с князем Буйкале. Он пообещал усовершенствовать военные корабли, которых теперь в порту Грааля стояло целых пять, и разгромить флот узурпатора, насчитывающий сорок мощных кораблей, а потом обложить весь остров контрибуцией в виде продуктов.
Брюнт после таких воинственных заявлений долго кряхтел, сомневался, а потом все-таки пожурил своих клиентов:
– Слабо ваша разведка работает, слабо. А если говорить прямо, то вообще никак!
– А что такое? – сразу заерзал Теодоро. – Вроде мы с северных границ глаз не спускаем.
– Ха! Можно подумать, только там могут замыслить нечто плохое на ваши головы.
– Разумеется, не только там, – буркнул и Загребной. – Я говорил только о самом главном кандидате в скорые покойники.
– Князь Буйкале не просто готовится к сражению. Он боится великого Загребного, а потому решил заручиться поддержкой. Сейчас он полным ходом ведет переговоры с командующими флотами княжества Макдор, Критских земель и королевства Сожженной Пыли.
– Вот негодяй! – с досадой воскликнул молодой король. – Но чем же он их хочет соблазнить? Мы же бедны! У нас же и завоевывать нечего!
– Насколько мне стало понятно из докладов моих резидентов, Буйкале обещает отдать командующим флотами вторжения все драгоценности, которые они отыщут в Салламбаюре. А князю союзники оставят трон и власть.
Загребной с раздражением забарабанил пальцами по столу:
– Вот ведь досада! Человеческая жадность против нас работает! И не докажешь ведь этим тупым адмиралам, что вряд ли они здесь сильно поживятся. И когда нам ждать гостей с моря?
– Ну, на такой конкретный вопрос никто ответить не сможет. Все-таки адмиралы подотчетны своим правительствам. Тех тоже надо как-то убедить и неплохую долю пообещать, а на это времени уйдет порядочно. Так что месяца два с половиной, а то и три у вас имеется.
Семен взял лист бумаги и грифель и принялся что-то высчитывать. Оба его собеседника, совсем юный, восемнадцатилетний, и второй, которому пошел восьмой десяток, в полной тишине напряженно ждали результатов этих подсчетов. Они понимали, что от этих подсчетов зависит будущее Салламбаюра. И опять оно оказалось в руках Загребного.
Наконец тот откинулся на спинку стула и отбросил поломанный в нервном напряжении грифель:
– Что сказать… Почти невозможно, но! Может, и успеем. По крайней мере, надо будет все пушки, которые мы готовим для кораблей, установить на возводимый форт. Причем если раньше мы делали акцент на вооружении наших корветов, то теперь надо бросить все силы на строительство форта. Между прочим, такой оборот событий, вполне возможно, нас даже больше устроит, чем нападение на флот князя. А знаете почему? Смотрите. – Он перевернул лист и стал рисовать на обороте: – Вот здесь форт. Вот здесь залив. Если эскадры противника войдут в него, то окажутся в ловушке. Ведь никто не примет форт с баллистами всерьез, от него даже до воды камни не добросить. Зато когда наши пушки ударят, то никто не уйдет. Всех на рейде потопим, кто белый флаг не поднимет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
