Читаем без скачивания Метро 2033. Крым. Последняя надежда (сборник) - Никита Аверин

Под утро напротив Гурзуфа наперерез баркасу бросился пиратский лайнер на подводных крыльях. Шансов уйти от быстроходного судна у баркаса не было никаких, и Предатель велел капитану не затевать дурной погони, а по-тихому сдаться. На этот случай у листоноши была горсть золотых цепочек с фальшивыми бриллиантами, дабы легко и безболезненно откупиться от пиратов. Больше на баркасе не имелось ничего ценного. Однако капитан попытался укрыться среди проплывавшей неподалеку китовой стаи.

Лайнер догнал баркас, закинул абордажные крючья, подтянул борт к борту. И тут случилось нечто необычное: на палубу баркаса ступил не кто иной, как сам Рыжехвост, адмирал пиратской флотилии, личность более чем колоритная. Предатель сделал вид, что не узнал знаменитого пирата, и предложил тому мзду за право прохода через его владения (коими пират полагал все Черное море).

Рыжехвост золота не взял, а велел скрутить Предателя и переправить того в трюм лайнера. Листоноше этот расклад совсем не понравился – захват заложников с целью выкупа для пиратов дело обычное, прибыльное, но уж очень тягомотное. Порой бедолаги месяцами сидели в зиндане, пока пираты торговались с родней. А Предатель спешил. И тут он сделал глупость – в лицо заявил Рыжехвосту, что он-де член клана листонош, задерживать его пираты не имеют никакого права, а в противном случае будут иметь дело с Филателистом лично.

Рыжехвост обрадовался.

Следующие пара недель, слава богу, практически изгладились из памяти Предателя. Он запомнил только сырой и холодный зиндан, вонючее ведро, вонючий матрас, бегающих по камере крыс. Предателя постоянно и методично били – и били по голове. От несильных, но регулярных сотрясений мозга листоношу все время тошнило, кружилась голова, двоилось в глазах. Обычного человека это бы сломало, но Предатель выдержал.

Тогда его стали пытать током. Два зажима-крокодила, провода, клеммы, аккумулятор, реостат. Запах паленой плоти. Запах озона. Крики.

Это тоже не сработало – все-таки болевой порог у листонош повыше, чем у простых смертных.

Как уже понял Предатель, его хотели сломать психологически – но не причиняя заметного физического ущерба. По крайней мере, дальше угроз выколоть глаза и отрезать гениталии дело не пошло.

Сломался листоноша на пытке водой. Старой как мир, но крайне эффективной процедуре. Предателя привязали к наклонной лавке головой вниз, на лицо положили полотенце и стали лить сверху воду. Через час постоянного захлебывания – вода, попадая на ткань, превращалась в мелкодисперсную пыль, Предатель все время ее вдыхал вместе с воздухом и не мог вдоволь надышаться – листоноша понял, что хочет жить. Хочет жить так сильно, что пойдет на все – даже на предательство.

Любовь к жизни оказалась сильнее любви к клану.

Предатель поклялся сотрудничать с пиратами. Его отвязали и следующие трое суток (или больше, листоноша затруднялся определить) пытали лишением сна, включая свет и сирену через неравномерные промежутки времени – больше двадцати минут подряд спать Предателю не давали.

Окончательно обессиленного, сломленного, едва не сошедшего с ума листоношу наконец привели к Рыжехвосту. Был укол обезболивающего, холодное вино, горячая еда, услужливая массажистка. И разговор, он же – вербовка.

Рыжехвост задумал грандиозное. Он хотел стравить между собой татар и казаков, листонош и жителей вольных городов, затеять кровопролитную тотальную войну и остаться единоличным правителем Крыма. Предателю за сотрудничество он предложил пост городского управителя Симферополя.

Предатель согласился. Да, конечно, он мог обмануть Рыжехвоста. Вернуться в клан, рассказать, как все было, посвятить Филателиста в коварные планы главного пирата. Но Предатель знал, что не быть ему после этого начальником тайной службы и доверенным лицом Филателиста – нет и не может быть доверия тем, кто единожды сломался под пытками. В лучшем случае оставят в Джанкое тренировать молодежь. А то и вовсе сошлют в какую-нибудь глушь, на Тарханкут, где Предатель и будет доживать свой век вдалеке от больших и важных дел.

Так он стал предателем. Вернулся в клан, рассказал байку про шторм и утонувшую посылку, про то, как его держали в плену какие-то местные бандиты, как сбежал и ныне готов вернуться к своим обязанностям. Ему поверили – не могли не поверить, ведь это он! Проверенный, свой, надежный листоноша!

И Предатель стал ждать. Ждать распоряжений от Рыжехвоста, ждать удобного момента, ждать своего шанса в жизни – перестать наконец быть порученцем и стать начальником, да не чего-нибудь, а самого Симферополя – почитай, всего сухопутного Крыма.

Пока ждал, Предатель готовил свою маленькую частную гвардию. Набирал всех – бандитов, бродяг, мутантов, даже расстриг-сектантов. Устроил небольшой тренировочный лагерь под Раздольным. В процессе подготовки отсеивалось девяносто процентов. Подготовка включала в себя стрельбу и рукопашный бой, скалолазание и водолазное дело, езду верхом и вождение любого транспорта, минно-взрывное ремесло и знание ядов. К концу первого года обучения у Предателя осталось всего двенадцать бойцов из набранных полутора сотен.

Но это были уже настоящие ниндзя. Скрытные, тихие, неприметные. Ловкие и беспощадные. Отчаянно смелые. И беззаветно преданные.

Их Предатель и пустил в ход, когда поступила весточка от Рыжехвоста с коротким приказом: «Давай!»

Именно Предатель отправил людей в черном убивать татар, казаков, горожан, сектантов, матросов – да кого угодно, лишь бы улики указывали на клан листонош. И ниндзя справились со своей задачей блестяще. Всего за пару недель Крым закипел от ненависти к некогда всеми обожаемым листоношам. Каша заварилась знатная, кровавая и густая. Традиции вендетты были в Крыму как никогда сильны после Катастрофы.

Война разразилась глобальная. Если бы татары, казаки и горожане не изображали бы из себя лебедя, рака и щуку, Джанкой не продержался бы и пары дней. Но ниндзя сработали и тут на отлично, потихоньку стравливая союзников между собой, сея вражду и раздоры, устраивая диверсии и саботаж.

Но тут Предатель узнал о перфокарте и о бесценной информации, что на ней хранилась. Информация о чудо-бункерах с чудо-технологиями особого доверия не вызывала, но была отложена Предателем в копилочку полезных знаний. Неизвестно ведь, как оно повернется после реализации плана Рыжехвоста – вдруг старый пират решит обмануть Предателя или сдаст его в качестве виновника всего произошедшего.

С другой стороны, Предатель не мог допустить того, чтобы листоноши добрались до бункеров первыми. К сожалению, отправленные им в Джанкой лазутчики не смогли достать перфокарту, и ему пришлось вновь вернуться к выполнению своей основной миссии.

Кульминацией плана Рыжехвоста стал совет в Старом Крыму. Неслыханной удачей было появление на совете Филателиста – старый лис вылез из норы и самолично поехал наводить порядок, остужать горячие головы и щелкать по зарвавшимся носам.

Когда Предатель узнал о приезде Филателиста, сердце его радостно забилось. Наконец-то. Все яйца – в одной корзине. Одним-единственным ударом можно было обезглавить весь Крым.

А вот неприятной неожиданностью для Предателя стал Пошта. Вот уж кого Предатель не ожидал увидеть в Старом Крыму, так этого молодого проходимца. А тот возьми и припрись в Старый Крым!

Благо Филателист в долгие дискуссии с Поштой не вступил, а в приказном порядке отправил (Предатель подслушал) того продолжать выполнение секретной миссии, то бишь поиск злосчастных бункеров. Такой шанс упускать было нельзя – но и разорваться Предатель не мог. Поэтому за Поштой и его друзьями, переодетыми сектантами Серого Света, Предатель отправил ударный отряд пиратов, оставив ниндзя для выполнения основной задачи.

С поставленной задачей ниндзя справились. Первым убили Арслана Гирея Второго – перерезали ему горло казацкой шашкой, которую крайне удачно оставили на месте убийства, то бишь в походном шатре хана. Охранявших покои своего владыки янычар ниндзя тоже порубили грубо и неделикатно, в манере пьяных казаков.

Когда татары нашли своего повелителя в луже крови, горячие восточные парни возжаждали мести. Как раз в это время Предатель лично загнал гетману Дорошенко кривой татарский кинжал аккурат между четвертым и пятым ребром, точно в сердце. Ниндзя тем временем передушили удавками пластунов.

Татары и казаки схлестнулись страшно, прямо в зале для заседаний. Начали со словесной перепалки и взаимных обвинений, перешли к мордобою, от него плавно перетекли на поножовщину, ну а когда загремели первые выстрелы, уже никто не выяснял, кто, кого и почему зарезал. В ход пошли автоматы и дробовики, какой-то дебил бросил гранату, управители Союза Вольных Городов Крыма со свойственной им трусостью бросились наутек – но на выходе их поджидали трое ниндзя, наряженных матросами Черноморского флота. Бойня была короткой, но кровавой.