Читаем без скачивания Неистребимый - Сергей Зайцев

Глаза Гронта удивлено расширились. Он опустил меч, не понимая, что происходит.

Упавшие рядом с чарсами дал-рокты тоже не поднимались. Неподвижные, неестественно изломанные позы их рослых тел красноречиво говорили о том, что они тоже были мертвы. Не помогла веритовая броня Вестникам.

Продолжая недоумевать, он осторожно шагнул вперед… Но на его пути вдруг выросла высокая бесформенная фигура, закутанная в просторный серый балахон с низко надвинутым капюшоном, полностью скрывавшем лицо. И Гронт отшатнулся, сразу поняв, что к чему.

Перед ним стоял Убийца. Охтан, один из тех, кого он нанимал для мести. Тут Гронт заметил, что балахон ниже пояса густо пропитан ярко-красной кровью, а ткань в некоторых местах изрезана. И вздрогнул… То, что охтаны все-таки смертны, потрясло даже больше, чем появление Убийцы здесь!

Его мысли сбились, когда уши резанул мертвый шелестящий голос:

– Ты делал мне Заказ, корд.

Гронт невольно выпрямился и отступил на шаг. Ну точно – тот самый. Ох, вовремя, вовремя он появился, как дал-роктов-то свалил – любо-дорого посмотреть… Самообладание медленно возвращалось. Он снова остался жив и теперь еще поживет, никуда не денется…

– А, так это ты… Постой, – спохватился он, – но ты не выполнил этот Заказ!

– Обстоятельства изменились.

К его ногам с отчетливым звоном упал кожаный мешочек – Гронт и не заметил, когда охтан его вытащил.

Внезапно до него дошло.

Широко раскрыв глаза, он попятился, не в силах более справиться с внутренней дрожью при виде жуткого серого существа, безотчетно поднимая меч в боевую позицию и уже осознавая бесполезность этого жеста.

– Он приказал тебе убить меня? – вырвалось у Гронта. Лицо охтана было скрыто капюшоном, но мечник был готов поклясться, что тот сейчас усмехнулся.

– Он просил передать тебе, что ты кретин. Ты знаешь значение этого слова?

Гронт отступил еще на шаг, не позволяя себе расслабиться. Может быть, еще пронесет… быстрей бы эта тварь исчезла… проклятие, не следует так даже думать про себя в присутствии Убийцы…

– Ну что ж… – голос мечника прервался. Он набрал в грудь воздуха и попробовал снова: – Ты это сделал. Теперь мы можем разойтись.

– Нет.

Как шелест ветра. Как вздох земли. Как…

– Нет? – онемевшими губами переспросил Гронт. Руки его дрожали. В глазах мутилось. Рассудок начинал покидать его, не выдержав напряжения последних часов.

– Я чувствую его гнев, направленный против тебя, – бесстрастно пояснил охтан.

– Ты работаешь только по заказу! – выкрикнул мечник, срываясь в истерику.

– Обстоятельства изменились.

С криком отчаяния Гронт ринулся на Убийцу…

Охтан бесстрастно взглянул на мертвое тело бывшего Заказчика возле своих ног, на его дико оскаленный рот, на короткий изогнутый меч, воткнувшийся в щебень рядом. Жалкий червь, посмевший поднять на него руку. И посмевший также поднять руку на воинов Мастера в его отсутствие!

И повернулся к нему спиной.

Его холодный взгляд уперся в группу дал-роктов, все еще круживших вокруг истекающего кровью нубеса, словно стая падальщиков. Исполин все реже и реже взмахивал своей уцелевшей мечерукой, стараясь не подпускать к себе врагов. Но и Вестников уже осталось меньше – всего пятеро.

У Убийцы еще была работа.

Работа, после выполнения которой он позволит себе снова исчезнуть.

18. Инициация

На обратный путь я вместо тридцати минут потратил всего несколько секунд реального времени. Все еще находясь в Лешу, я влетел в колодец… и тут же выяснил, что все равно опоздал. Пока я решал личные проблемы, местные проблемы порешили почти всех моих спутников. Возле края Круга Причастия, лицом к нему, припадая на одну ногу, и, естественно, застыв в моем восприятии, стояла Онни с совершенно ошеломленным видом. С другой стороны лежал Лекс – его безжизненная, неестественная поза и окровавленная спереди одежда говорили о том, что он мертв. Еще дальше покоились чьи-то обгоревшие останки, принадлежность которых визуально выяснить не представлялось возможным. Гилсвери или Альтарес? В любом случае еще одного человека не было.

Закончив беглый общий осмотр, я сместил взгляд обратно в центр. В Кругу Причастия, в столбе желтого света, казалось бьющего прямо сквозь его тело, на спине неподвижно лежал Квин, раскинув руки и ноги. И, оставаясь в Лешу, я почему-то не смог понять, жив он или мертв. Все равно пора было выходить. Мир вздохнул и пришел в движение… И сразу на меня обрушилось ощущение стремительно возрастающей опасности.

В пространстве колодца что-то готовилось. Что-то вот-вот должно было произойти. Я чувствовал, как возрастает напряженность энергополей, как векторы энергопотоков заканчиваются вокруг Круга Причастия в пока еще невидимом медленном вихре.

В несколько стремительных шагов я оказался возле Онни, все еще потрясенно пялившейся на Квина.

– Уходим! – отрывисто бросил я. – Здесь становится опасно.

Она вздрогнула и, резко повернувшись в мою сторону, чуть не упала – мне пришлось подхватить ее под руку. Правая нога у нее оказалась поврежденной. Не знаю, что тут произошло, но очень скоро я это выясню.

– Ты! – хрипло выдохнула она, явно собираясь высказать все, что обо мне думает, но договорить не успела – окружающий воздух вдруг заискрился, по волосам Онни с характерным треском пробежали электрические разряды. Времени на объяснения не осталось, поэтому я просто молча шагнул ей за спину, подсек ее под колени и подхватил на руки. Тяжеловато, но ничего, нести можно. Усилив подходящим алгоритмом руки и плечи, чтобы не чувствовать тяжести, я бегом направился к щели, откуда только что выскочил.

– Что ты делаешь! – опомнившись, яростно крикнула она, пытаясь вырваться, но я не позволил, сцепив руки еще сильнее. – А ну, отпусти меня, хальд!

– Молчи! – резко бросил я. – Не здесь.

Она умолкла, а я, поднажав, пронесся оставшиеся метры и нырнул в расселину. После чего опустил ее на каменный пол. Она запрыгала на одной ноге и прислонилась спиной к стене, глаза ее пылали от негодования.

– Если ты сейчас же не объяснишь, зачем это сделал…

– Тихо. Смотри сама.

И я кивнул в сторону колодца.

Теперь изменения были видны невооруженным глазом – плоскость Круга Причастия быстро расширялась, заливая серый каменный пол расплавленным золотом, а бледно-желтые потоки света вокруг него ощутимо набирали интенсивность и насыщенность. Алые искры, мельтешащие в толще светового столба, прямо на глазах потолстели и замедлили движение, словно шустрые мальки, которые наконец преодолели переходный возраст, превратившись в важных рыбешек.

Онни отступила на шаг – глубже в расселину. Ее гнев сменился растерянностью. Теперь ей самой хотелось оказаться подальше от этого места.

– Да что здесь происходит?!

– Могу лишь догадываться, – напряженно ответил я, продолжая наблюдать за нарастанием процесса.

– Где Тай? – угрюмо спросила Онни.

– Я бежал слишком быстро, она не могла за мной угнаться.

– Лучше бы она этого не видела.

– Если ты беспокоишься о Квине, то не стоит. Что-то мне говорит, что он там в большей безопасности, чем мы оба – здесь.

Она недоверчиво глянула мне в лицо и снова уставилась в сторону колодца, яркость свечения в котором продолжала расти.

– Ты что… думаешь, что он еще жив?

Я кивнул.

– Но это невозможно…

– О том, что возможно, а что нет, поговорим позже. Лучше расскажи, что тут произошло без меня.

Она снова подавила в себе вспышку злости и обрисовала ситуацию короткими, рублеными фразами, всем своим видом демонстрируя, что виновник случившегося стоит прямо перед ней. Я снова кивнул, показывая, что информацию принял, затем мы замолчали оба, завороженно наблюдая за изменениями в колодце.

Круг продолжал увеличиваться. Я видел, как край золотого диска слизнул деревянные обломки кресла, разбросанные по земле, затем коснулся тела Лекса, заставив его контуры плыть и размываться, как илистый берег речки под напором воды. Круг вгрызался в него, пока тело не исчезло полностью, оставив после себя лишь ровное золотистое сияние, но и на этом не остановился. Через несколько метров он коснулся останков Альтареса и с ними произошло то же самое – они растворились, исчезли без следа. Диаметр диска уже увеличился более чем втрое и сейчас был не меньше десяти метров. И продолжал расти. А над ним вращался наэлектризованный воздушный столб, уходя ввысь, насколько хватало взгляда, простреливаемый искрами частых разрядов. Алые сгустки вдруг начали лопаться с шумом взрываемых петард, разлетаясь кровавыми брызгами, пока столб света полностью не очистился от них, после чего шум прекратился. А это еще что такое?

Я услышал звуки шагов, доносившиеся из расселины с противоположной стороны колодца. Неимоверно тяжелая поступь, быстро приближаясь, дрожью отзывалась под подошвами моих ботинок. Вдруг из расселины клубящимся облаком хлынула тьма и, разделившись на два плотных потока, потекла в обход светового столба, пытаясь его окружить. В следующий миг в колодец шагнула огромная черная фигура, и там, где ее необъятные плечи задели близко сошедшиеся стены, камень с грохотом брызнул осколками и пылью, словно хрупкий лед.