ли? Эля просила развод. Что ж, теперь у нее есть шанс стать вдовой. А ведь тогда принцесса имеет возможность претендовать на трон в качестве регента. Хм… Вряд ли Жизель забеременела в ту ночь, но… А ведь с помощью ребенка, пусть даже чужого, можно было бы управлять империей какое-то время.
Мысль мелькнула в голове и тут же исчезла, сметенная очередным сильным ударом о его щит. Нужно сосредоточиться на выживании, все вопросы — потом! Жизель, Жизель… Как ей идет это имя! Не получается выбросить девушку из головы, даже когда он стоит на пороге смерти. Глупо? Что ж, думать перед смертью о любимой женщине — не самый худший итог.
Жизель. Принцесса Жизель. Сознание будто раздвоилось: одна часть всеми силами пытается держать под контролем магию и отразить атаку, а вторая думает о ней, вспоминая мельчайшие подробности ее нежного образа. Этот открытый взгляд голубых глаз, тонкая талия, женственные черты лица. Осторожные, умные формулировки, чистая речь, подчеркнутая вежливость. Прекрасная девушка, обществом которой хочется наслаждаться. Он бы все отдал за то, чтобы вновь оказаться с ней в их доме, который с ее появлением словно ожил.
В какой-то момент Эйден ощутил странный прилив сил. Брачная вязь на его руке начала нагреваться, словно он поднес руку к костру. Приятное, ласковое тепло растекается по черным линиям. Неожиданно Эйден понял, что его собственный резерв пополняется, восстанавливает то, что сожрала черная магия.
Он никогда не чувствовал ничего подобного. Энергия вливается в него словно из ниоткуда, давая силы бороться за свою жизнь. Он усилил щит и смог оттеснить смертельную опасность от своего тела. Энергия тьмы не бесконечная, когда-нибудь она закончится. Эйден предположил, что скоро, потому что уместить в столь компактный клубок можно лишь ограниченное количество силы. Он молился, чтобы поток магии, исходящий из брачной татуировки, не заканчивался. Эта тонкая струйка — единственное, что отделяет его от смерти. Без нее пропадет не только он, но и сама Эля окажется о очень опасной ситуации. Жена герцога, который претендовал на трон, но так и не успел заявить о своих правах. Тем не менее, права имел, да и вариант с беременностью нельзя исключать…
Слишком многие захотят от нее избавиться, слишком многим она будет мешать. В том числе и собственной семье, как это ни странно. Нет, нельзя допускать, что Эля осталась одна, без его поддержки и защиты. Ее просто сожрут!
С другой стороны, она не будет совсем уж одна. В конце концов, его люди защитят ее, но…
Полкан. Он ведь не упустит своего. Посчитает своим долгом оберегать вдову лучшего друга, а для этого очень быстро сделает ее своей женой и увезет в леса, в стаи своих соплеменников. Там он сможет надежно спрятать Элю и от черных магов, и от всего мира. Оборотни не признают титулов и заслуг в мире магов. Там она больше не будет принцессой, а лишь бесправной женщиной, чужачкой, которая доставляет проблемы стае.
Все внутри него восстало против такого поворота судьбы. Нет, Эйден не допустит, чтобы все повернулось именно так. Это неправильно, недопустимо, несправедливо! Нет, он не позволит! От одной только мысли, что Жизель для собственного спасения придется ответить согласием Полкану, все внутри выворачивается, словно душа выкручивается наизнанку.
Ярость и боль придали ему сил. Что-то внутри разрасталось, подпитываемое энергией из брачной вязи. Черная магия усилила напор, стараясь добить свою жертву. Что ж, он тоже увеличил сопротивление, нажимая на щит со своей стороны. Думает, сможет его уничтожить, раздавить, как какое-то насекомое?! В Эйдене поднялась такая волна злости, что он смог сдвинуть еще, перейдя от обороны к наступлению.
Несколько секунд упорной борьбы, и в следующий миг все осветила ярчайшая вспышка свет. Эйден ослеп на несколько минут, но продолжил удерживать щит. Не сразу он осознал, что больше ничего не пытается снести его щит. Стало тише. Больше не слышно того зловещего свиста, который издавала тьма.
Когда его зрение вернулось в норму, Эйден с трудом разлепил глаза. То, что он увидел, поразило его до глубины души. Кругом, куда ни глянь — оплавленный черный камень. Какой же разрушительная должна быть сила, которая смогла совершить такое? И каким несгибаемым должен быть щит, который выдержал подобную атаку…?
Эйден в неверии огляделся. Он точно жив? Осторожно опустил голову вниз, посмотрел на собственные ноги. Попытался ими пошевелить, но они словно деревянные. Это от шока или они реально повреждены?
Слева, со стороны входа послышались шаги. Не долго думая, герцог собрал остатки своих сил и накинул полог невидимости. Сейчас лучшим решением будет скрыть себя от посторонних глаз.
— Где он?! — услышал он голос своего заместителя, который руководил отрядом, отправленным в восточную часть тоннелей. — Ваша Светлость! — крикнул офицер, пробираясь к Эйдену. — Бездна! — ахнул он, увидев оплавленный камень. За ним виднеются силуэты еще троих парней. Это не его люди, герцогу пришлось взять на это задание тех, кто напрямую подчиняются его отцу. И те, и другие всегда останутся верны короне, но когда идет борьба за трон, ни в ком нельзя быть уверенным. Приближенные к власти мечутся от одной стороны к другой, пытаясь предугадать победителя и пасть к его ногам.
В пещерах нет источника света. Стены освещает тусклый сгусток энергии — светлячок, запущенный одним из членов экспедиции. Удивительно, что их не задела та разрушающая сила, которая бушевала здесь еще две минуты назад. Какое чудесное совпадение. Или не совпадение?
— Что здесь произошло? — прозвучал изумленный голос его заместителя.
— Герцог! — крикнул кто-то в темноту, в которой скрылся Эйден. Здесь так воняет черной магией, что можно задохнуться. Мужчины закрывают лица рукавами, а потому не чувствуют присутствия своего командира. Эйден так измотан, что нет никаких сил обращать внимание на царящий вокруг смрад.
— Видишь его? — светлячок облетел небольшую пещеру по периметру, но никого не нашел. Полог невидимости надежно скрыл Эйдена. Не случайно ведь так совпало, что он оказался один в этой части Северных гор и угодил в ловушку, созданную специального для него. Герцога намеренно вели сюда, и эти парни имеют к этому покушению прямое отношение. По крайней мере, некоторые из них, но вполне возможно, что все четверо.
— Никого нет, — ответил ему тот, кто запустил светлячка. — Исчез, — припечатал он без капли страха или удивления в голосе. Сухая, твердая констатация факта. Эйден опасно прищурился, вглядевшись в лицо офицера, которое скрыто в тени.
— Да как же так?! — а вот волнение второго члена отряда оказалось вполне искренним. — Как же мы вернемся обратно без него?!
