аэропорту). Прыжок через двадцать минут»[441].
В самолетах воцарился хаос, тем более, что надо было еще отцепить резервные парашюты. Так как ожидался огонь противника, прыгать решили с максимально малой высоты (резервный парашют уже так и так не смог бы раскрыться) и сразу из двух дверей.
Едва запыхавшиеся «рейнджеры» все же изготовились к прыжку, пилот самолета-лидера высадки МС-130 сообщил, что у него отказало радиооборудование, и он не может гарантировать успешную выброску десанта в темноте. На это последовал неожиданный для Тейлора приказ командующего спецназом Шолтеса (его штаб был размещен также на самолете, летавшем недалеко от Гренады) о том, что высадка опять переносится – на этот раз с 5.00 на 5.30. Поэтому самолеты ушли на второй круг и начали кружить над вражеской территорией. В этот же момент Тейлор все же узнал, что в трех самолетах его бойцы все еще не надели парашюты. Таким образом, получилось, что перенос высадки спас операцию от полного провала. И это было не единственным везением американцев в тот день.
Правда из-за второго захода нарушился весь строй самолетов, и было непонятно, кто и когда будет прыгать первым.
В 5.34 Тейлор наконец-то выпрыгнул из самолета. Транспортники снизили скорость, чтобы парашютистов не разнесло далеко друг от друга. Так как прыгали сразу из двух дверей, то каждый десантников должен был находиться в воздухе не более 12–15 секунд. «Рейнджеры» были снабжены парашютами Т-10 (хотя некоторые из них этого даже не знали). В отличие от стандартного армейского МСI-1B, Т-10 нельзя было использовать для планирования и управления с помощью строп. Но управлять как раз было бы опасно – прыжок осуществлялся на узкую полосу, к югу от которой был океан, а к северу холмы, вероятно занятые противником.
На самом деле войск НРА в районе аэропорта практически не было, иначе «рейнджерам» пришлось бы очень туго. По плану РВС Пойнт-Сэлайнз должны были оборонять кубинцы, да и то лишь в случае наступления на них американцев. При этом и кубинцы и гренадцы исходили из того, что американцы нанесут главный удар с моря и воздуха в районе столицы, а не в Пойнт-Сэлайнз.
И эти ожидания были абсолютно верными с точки зрения элементарной логики военного искусства. Если США и их союзники хотели свергнуть режим на Гренаде, то надо было как можно быстрее захватывать столицу и главное командование НРА в Форт-Фредерике. Пойнт-Сэлайнз, расположенный к югу от Сент-Джорджеса, не имел в этом смысле никакого стратегического значения. Любой аэродром является целью наступления лишь в том случае, если на нем базируется (или может базироваться) авиация противника. Но у Гренады никаких ВВС не было и американцы об этом прекрасно знали.
Именно исходя из этих соображений РВС разместил боевую группу Нельсона (единственный подвижной резерв НРА), а также почти все зенитки в районе Сент-Джорджеса. И это оказалось правильным ходом – ведь именно БТР Нельсона и плотный огонь зениток сорвали все операции американского спецназа ранним утром 25 октября.
Что же заставило американцев избрать местом главного удара утром 25 октября именно недостроенный аэропорт в Пойнт-Сэлайнз? Конечно, их не беспокоила судьба студентов в студенческом городке Трублю. Ведь не интересовал же их еще один студенческий городок в Гранд-Ансе, попасть в который из Пойнт-Сэлайнз можно было бы по суше только через оборонительные позиции кубинцев. За это время при желании гренадцы спокойно могли бы взять студентов в заложники и тем самым сорвать всю операцию по захвату острова. Гораздо проще в Гранд-Анс можно было высадиться с моря (что потом и произошло).
Представляется, что цель высадки «рейнджеров» в аэропорту была продиктована соображениями военного престижа. Американцам уже очень хотелось одержать хотя бы какую-нибудь победу именно над кубинцами, а не над гренадцами, у которых фактически и не было полноценной армии.
Другое дело ненавистная Вашингтону Куба.
К 1983 году американцы не только потерпели поражение от Революционных вооруженных сил Кубы в апреле 1961 года при попытке высадиться на остров силами кубинских эмигрантов, несмотря на поддержку ВМС и ВВС США (фиаско в бухте Свиней). Кубинские вооруженные силы и военные советники успешно били американских союзников и военных советников США в Никарагуа, Эфиопии и Анголе. Престиж кубинской армии в мире был очень высоким, чего никак нельзя было сказать о потерпевшей поражение во Вьетнаме армии США. Именно поэтому американским военным нужна была победа именно над кубинцами. Пусть и не над армией, а над строительными рабочими. Но ведь постфактум убитых кубинцев можно было представить СМИ именно как военных (лучше даже как спецназовцев, обученных русскими), прятавшихся под личиной техников и инженеров. И сразу скажем, что именно это американцы немедленно и попытались сделать.
Между тем, «рейнджерам» очень сильно повезло – как уже упоминалось, Кастро отдал кубинскому персоналу на Гренаде строгий приказ первыми боевых действий не начинать. В Гаване все еще не исключали, что если американцы и высадятся в Пойнт-Сэлайнз, то быстро заберут студентов и улетят домой. Если бы кубинские рабочие и военные советники открыли по десантникам огонь с прилегающих к взлетной полосе с севера холмов, то они, несомненно, нанесли бы американцам серьезные потери – укрыться «рейнджерам» на голой полосе было бы просто негде (с юга был океан). Однако тем самым одновременно кубинцы дали бы США предлог для полной оккупации острова. Западные СМИ стали бы немедленно клеймить «кубинских коммунистов» за то, что они не дает «рейнджерам» эвакуировать домой бедных и несчастных американских студентов.
В середине дня 24 октября 1983 года на аэродроме в Пирлз приземлился кубинский самолет АН-26. На борту был полковник Педро Тортоло, выпускник советской военной академии имени Фрунзе. До мая 1983 года Тортоло возглавлял кубинских военных советников на Гренаде. Теперь он должен был организовать жесткую оборону лагеря кубинских рабочих и инженеров в Пойнт-Сэлайнз. Тортоло сопровождал небольшой штаб, в том числе и глава карибской секции международного отдела ЦК Компартии Кубы Карлос Андрес Диас, на плечи которого была возложена морально-политическая подготовка к отражению атаки.
Тортоло передал встречавшему его Остину жесткую директиву Кастро – кубинцы будут обороняться самостоятельно и то только тогда, когда на них нападут. Возможно, именно поэтому кубинцы даже не взяли у гренадской армии дополнительный боезапас к автоматам Калашникова – следовало избежать любых признаков вовлеченности Кубы в конфликт на Гренаде.
Тортоло быстро принялся за дело, хотя времени ему было отпущено очень мало. Всех кубинских специалистов (в том числе и военных советников) сконцентрировали в новом лагере кубинских рабочих и инженеров, примерно в километре к северу от терминала аэропорта Пойнт-Сэлайнз («маленькая
