Гавана»). Были отрыты неглубокие окопы (грунт был тяжелым, каменистым), выставлено охранение и организовано два медпункта. Так как «маленькая Гавана» находилась в лощине, были заняты позиции и на господствующих холмах к югу от лагеря. Была организована и оборона старого лагеря – деревянных бараков, непосредственно примыкавших в аэропорту на северо-западе от взлетной полосы.
Всех рабочих и инженеров разбили на подразделения во главе с кубинскими военными советниками.
На бумаге у Тортоло было даже больше бойцов (около 700), чем у «рейнджеров» (примерно 600). Однако средний возраст 635 рабочих и инженеров был 38 лет, многим было за 50. Чего стоил, например, «отец кубинских маляров», 66-летний Хесус Эредия Торрегос с 48-летним трудовым стажем[442]. У многих рабочих были хронические болезни, некоторые страдали от излишнего веса. Положение осложнялось еще и тем, что штатный доктор «маленькой Гаваны» перед вторжением уехал на Кубу, и в лагере разразилась инфекционная эпидемия. Заболела примерно половина всего персонала. Медпункт израсходовал почти все лекарства, а запастись нужными в бою препаратами и перевязочными материалами не успели[443].
Все рабочие и инженеры были вооружены автоматами Калашникова, но на каждый автомат приходилось не более 100 патронов. Этого было явно недостаточно даже для часового интенсивного боя, особенно если речь шла о неопытных бойцах. Было у кубинцев и несколько 82-мм минометов, однако подготовленных расчетов к ним не хватало.
Кубинских военных советников на Гренаде на момент американского вторжения было 43, однако лишь 6 из 34 офицеров были мотострелками, учившими гренадцев пехотному бою. Остальные кубинские офицеры были переводчиками, инженерами, финансистами и связистами, так что их военная ценность в бою с «рейнджерами» была немногим выше, чем у рабочих. Одним из офицеров была женщина-переводчица – явление небывалое для американской армии того времени.
Уже перед вторжением кубинцы эвакуировали женщин и дипломатов на свое судно «Героический Вьетнам», стоявшее на рейде Сент-Джорджеса и осуществлявшее радиосвязь с Гаваной.
Что касается НРА, то ее присутствие в районе Пойнт-Сэлайнз вечером 24 октября было чисто символическим. Маленькое подразделение как обычно охраняло главный терминал. Войска рядом со студенческим городком в Трублю размещать не стали, чтобы не давать американцам лишнего повода для вторжения. Зенитные расчеты из числа милиции на свои позиции так и не явились.
Тем не менее, как уже упоминалось, американские самолеты встретил зенитный огонь из Фреквенте (база и главный арсенал НРА). Гренадцы стреляли азартно, но попадали в основном в хвосты самолетов, что изобличало недостаточно натренированных для стрельбы по воздушным целям бойцов. Но даже и этот огонь сыграл свою роль – два американских самолета на стали производить выброску и ушли на второй круг.
Успевший выпрыгнуть Тейлор оказался на взлетно-посадочной полосе вместе с 40 бойцами совершенно один. Если бы кубинцы, наблюдавшие за высадкой «рейнджеров» с окрестных холмов, открыли огонь первыми, то вряд ли интервентов осталось бы много. Но с холмов почти не стреляли. Тем не менее, Тейлор вызвал по радио огневую поддержку «спектров»[444] и один из них подавил зенитку во Фреквенте, ранив второго лейтенанта НРА Фрейзера (отвечавшего перед вторжением за всю логистику гренадской армии). Другой самолет начал обстреливать окрестные холмы, но у него заело 20-мм пушку, 40-мм орудие не хотело передвигаться внутри самолета по тракам, а из 105-мм орудия вместо автоматического огня пришлось стрелять вручную (что сразу же резко снизило скорострельность).
Только через 20 минут после Тейлора приземлись другие части роты А, но полностью передовая рота оказалась на полосе лишь в 6.34 – через час после первых прыжков. И только в 7.05 Тейлор смог собрать на полосе весь свой батальон. Этот результат был не просто позорным, но мог бы оказаться и смертельным, если бы кубинцы первыми открыли огонь на поражение.
Второй батальон Хаглера (который в том числе должен был «спасти» студентов в Трублю) начал прыгать лишь в 7.00 и через 10 минут был уже на полосе (один «рейнджер» сломал ногу).
Таким образом, американцам сильно повезло – они потеряли при высадке всего двоих, да и то вследствие несчастных случаев.
Как только Тейлор с частью роты В своего батальона оказался на взлетно-посадочной полосе, он с облегчением понял, что никто не ведет по нему прицельный огонь. Был отдан приказ освободить взлетную полосу от строительной техники, причем в некоторых машинах оказались даже ключи зажигания. С помощью кубинского бульдозера американцы смогли довольно быстро убрать с полосы строительные конструкции. Как только приземлилась рота Абизайда, можно было начинать полномасштабные боевые действия. Абизайд примерно в 7.30 отправил два взвода в атаку на холмы к северу от полосы (вопрос против кого? Ведь там были только кубинцы – примечание автора). «Рейнджеры» наступали при поддержке пулеметов М-60 и 60-мм ПТРК, которые поливали огнем позиции кубинских рабочих. Те стали отвечать на огонь, убив одного из атаковавших – рядового Марка Окамуру Ямане.
Один из кубинцев, 54-летний Леонель Кайро, находившийся на одном из холмов около лагеря так вспоминал то судьбоносное утро 25 октября: «Я увидел, что приземляются парашютисты. Они собрались на берегу и выслали вперед разведку. На взлетную полосу садились американские самолеты. Я продолжал вести наблюдение. Один из наших товарищей… принес нам кофе. А через несколько минут на нас напали. У меня была винтовка (имеется ввиду автомат АК – примечание автора) и я стал отстреливаться. Несколько наших товарищей были ранены первыми же выстрелами. Я слышал, как в разгар сражения Монтойя крикнул: „Свобода или смерть! Мы не сдадимся!“»[445].
Американцы наступали под прикрытием бульдозера, что позднее в одном из фильмов увековечил Голливуд. Они забрались на прилегавший к полосе холм и нашли там брошенную гренадцами зенитную установку ЗУ-23.
Еще один взвод Абизайд выделил для «спасения» студентов в Трублю. Те услышали беспорядочные выстрелы примерно в 7.30 и начали искать спасения в туалетах и под кроватями. Но, как оказалось, стреляли не кровожадные гренадские коммунисты, а «рейнджеры»-освободители. Шальные пули проникали через тонкие стены зданий городка и только по счастливой случайности никто не пострадал. Через 15 минут в городок ворвались «рейнджеры», а охрана НРА отступила в сторону близлежащих холмов.
Американские студенты ждут эвакуации с Гренады
Только теперь спецназ узнал от «освобожденных» студентов, что еще несколько сот из них находятся в городке Гранд-Анс. Причем между обоими городками работала телефонная связь.
Между тем, два взвода «рейнджеров» вели ожесточенную перестрелку с кубинцами к северу от взлетной полосы. Примерно в 9.55 холмы к северу от терминала были взяты, причем американцы убили как минимум одного
