Брэнди вернулась домой в Венис-Бич. Пока она болела, Джо сделал там ремонт. Когда Брэнди вошла в свою заново оклеенную комнату со свежевыкрашенным потолком, она разрыдалась. «Я поняла, что на свете есть человек, готовый свернуть горы ради меня», – сказала она мне потом. Они решили пожениться, как только Джо получит развод от Венеры. Я была очень рада за них. Меня пугало только одно: как бы они не подрались за право надеть подвенечное платье.
А пока Джо продолжал выступать в «Ледибойз». Правда, Антонио настоял на том, чтобы он брал уроки пения. Аталанта накопила наконец достаточно денег, чтобы сделать долгожданную операцию. Костюм Клеопатры ей больше не понадобится.
Когда я вернулась в Англию, все были достаточно тактичны, чтобы не спрашивать меня о Ричарде. Мэри с Биллом пару раз знакомили меня с друзьями Билла по работе. Это были «офисные мальчики», зануды, и единственное, в чем проявлялось их остроумие, были то галстук с поросятами, то нелепые носки. Сима позвала меня сходить куда-нибудь «оттянуться». Она была в восторге оттого, что я вернулась, да еще и с целой сумкой фирменных шмоток, и была просто счастлива, когда я подарила ей красное платье от Гуччи, в котором собиралась сбежать от Эрика.
О Ричарде Адамсе я ничего не слышала. Когда мне становилось скучно, я листала газеты. И представьте, в разделах, посвященных искусству, ничего не говорилось о том, что мода на живопись возвращается. Вопреки всем его прогнозам. Однажды, вернувшись домой поздно вечером (целый день я танцевала вариации на тему польки, чтобы получить роль крестьянки в «Золушке»), я увидела рекламу по телевизору, где снималась она. Дженнифер, модель.
– «Эйфория. ком», – сладким полушепотом призывала красотка, – подключайтесь вместе со мной.
У Дженнифер на пальце было кольцо, но не то, что подарил ей Ричард. Тот ее интернет-магнат, похожий на жабу, вернул себе утраченное. Она была его первой и самой любимой женщиной. А значит, Ричард не добился такого успеха, на который рассчитывала Дженнифер. Хотя, возможно (так я думаю в те моменты, когда настроена сентиментально), тот день в Малибу тоже не прошел для Ричарда бесследно, и он кое-что понял.
Вряд ли я узнаю правду. Но в любом случае мне наконец стало ясно, что тот Ричард Адамс, в объятия которого я упала когда-то, выходя из паба, и тот, который приехал в Малибу, – это совершенно разные люди.
Миновала долгая осень. Я отказалась от роли в «Золушке» (Юнис чуть удар не хватил) и согласилась временно поработать в паре офисов. Юнис сказала, что расстается со мной. Мой довод, что скакать по сцене в белом парике с косичками шесть вечеров в неделю, отплясывая польку, и работать актрисой – это не одно и то же, не убедил ее. Я подумывала о том, чтобы пойти на бухгалтерские курсы. Колин пришел в восторг и даже предложил оплатить мне учебу. Лондонская школа бухгалтерии ответила на мой запрос, что у них есть вакансия в декабре.
Меня это устраивало, и я уже подписалась на «Экономический вестник» и «Бухгалтерию сегодня». И вдруг звонок.
– Мисс Джордан? Вас беспокоит ассистент Эда Строссера из агентства «КСС». Мистер Строссер приглашает вас подъехать к нам в офис с фотографиями и демонстрационной кассетой.
– Но я в Солихалле!!!
– Надо ехать! – решительно сказала Мэри.
– Я не могу позволить себе билет до Лос-Анджелеса.
– Тогда скажи Строссеру, что встретишься с ним в Нью-Йорке.
Мэри была в восторге. Она наконец нашла способ уговорить меня отправиться с ними в Нью-Йорк на свадьбу Брайана Корена и Анжелики. Я не хотела лететь, не хотела снова присутствовать на свадьбе и отговаривалась тем, что у меня нет денег.
Мэри и раньше предлагала оплатить мой билет, но я отнекивалась. Теперь она предложила это снова. Подруга уверяла, что ей это ничего не будет стоить, что она уже столько летала в Америку, что ей полагается огромная скидка. Единственная оговорка – мы с Биллом полетим в третьем классе, в то время как она будет потягивать шампанское в первом.
– Брайан – один из твоих лучших друзей, – напомнила она мне.
Я понимала, что подтекст был такой: когда я буду встречаться с Эдом Строссером, Мэри к нам как бы случайно присоединится. Намерения ее порой совершенно прозрачны. Но у Мэри был нюх на успех. И я решила, что полечу.
* * *
Брайан и Анжелика венчались в соборе Святого Стефана на Манхэттене.
Это был прекрасный выбор. Невероятной красоты собор уже был украшен к Рождеству, но Анжелика попросила добавить к внутреннему убранству побольше белоснежных роз – таких же, как в ее свадебном букете.
Анжелика была именно такой невестой, какой мечтает оказаться однажды каждая маленькая девочка. Она плавно шла по проходу к алтарю навстречу Божьему благословению, в скромном платье от Версаче и украшениях, которые даже издали выглядели очень дорогими… М-м-м. Я сейчас, конечно же, вспомнила «Тиффани». Со своего места я не видела лица Брайана, когда невеста подошла к нему и встала рядом, но не сомневалась, что жених восхищен. Сегодня Анжелика была воплощением своего имени – ангелом.
Я закрыла глаза, когда невеста стала произносить клятвы, давая обет мужчине, который был когда-то центром моей маленькой хрупкой вселенной. Я подумала, что надо бы зажать уши, чтобы не слышать жаркого «да» Брайана в ответ на вопрос священника, но не стала этого делать. Рядом со мной сидели Мэри и Билл. Мэри зашуршала чем-то в сумке – она искала носовой платок. Билл громко шмыгнул носом, но я знала, что это не оттого, что он растроган, а из-за простуды. Когда одна из юных родственниц невесты пронзительно заголосила «Аве Мария», Мэри наклонилась к мужу и спросила, не будет ли невежливо, если она ненадолго заглянет в магазин «Мэйси», а уж потом они приедут прямо на свадебный банкет.
– Это здесь рядом, буквально в паре шагов, – сказала она.
Одна из тетушек Анжелики недовольно обернулась и громко шикнула на Мэри.
Я откинулась на спинку скамьи и посмотрела вверх, на свечи, горевшие над алтарем. Это был очень красивый собор, и Анжелика с Брайаном определенно выбрали самое подходящее – волшебное – время года, чтобы пожениться. Рождественские украшения, свет свечей – насколько это романтичнее, чем декорации к «Династии» в Малибу, которые придумала Эльспет. Если уж выходить замуж, то вот так, под Рождество, подумала я. Если мне вообще суждено выйти замуж. Буду ли я когда-нибудь стоять перед алтарем в белом платье по-настоящему, а не так, как с Эриком?
Брайан и Анжелика расписались в приходской книге, торжественно прошли к дверям и вышли на улицу, на мрачный Манхэттен. Мы сбились в кучку и несколько минут дрожали от холода, пока фотографы делали групповые снимки. Одна из подружек невесты накинула на плечи Анжелики меховую накидку, чтобы она не покрылась «гусиной кожей». Мы подбросили вверх белые конфетти, и тут следом за ними неожиданно посыпались настоящие хлопья. Пошел снег.
