— Какие же? — язвительно спросила Скарлетт.
— Ну, во всяком случае, возможность посещать мои занятия! — парировал учитель.
Скарлетт замолкла.
— Не совершайте глупостей, милые леди, — попросил Моррис. — И передайте это, пожалуйста, вашим подругам. Вам понятна моя просьба?
— Да, господин учитель, — сосредоточенно кивнула Скарлетт.
* * *
Через несколько дней Марианна получила письмо из театра. Режиссер просил ее приступить к репетициям. Тон письма был не особенно тревожным. В театре помнили, что Марианна Мак-Коунли еще во время прослушивания наизусть знала всю роль Джульетты, но близилось время премьеры.
Марианна упросила мистера Спеншоу нанести визит миссис Хиггинс и замолвить за нее словечко. Одновременно Молли Харрисон через мистера и миссис Криггс попросила о том же миссис Штикк.
В результате разрешение посещать театральные репетиции воспитанницей пансиона было получено.
— Марианна, помните, что я позволяю вам это только в виде исключения! — сказала девушке миссис Хиггинс. — Я надеюсь на ваше благоразумие и воспитанность.
Теперь Марианна каждый вечер проводила в театре. Режиссер не чаял души в молодой начинающей артистке и после репетиций самолично привозил ее в пансион.
Все шло хорошо до того момента, пока неожиданно не приехал отец.
Марианна молча смотрела на него и не могла открыть рта. Ей просто нечего было сказать.
Отец был в бешенстве. До него дошли слухи, что его дочь посещает репетиции в городском театре. Он приехал разобраться во всем на месте и решительно запретить девушке подобное своеволие.
— Мне очень жаль, что ты потратила столько времени на это, — мистер Мак-Коунли остановился, подбирая слово посильнее, — безумие! Пойти на сцену! Словно девица легкого поведения!!!
Он нервно ходил из угла в угол. Скарлетт в это время сидела в комнате у Молли Харрисон.
— Папа! Ну зачем ты так говоришь! — вскричала Марианна.
— Я знаю, что говорю! — холодно возразил отец. — И, прежде всего, ты обманула меня! Как ты могла поступить так? Написать это письмо от моего имени! У меня просто нет слов. Кто тебе внушил, что я могу согласиться на эту… на эту чудовищную авантюру?!
Мистер Мак-Коунли подошел к дочери и приподнял ее голову за подбородок.
— Отвечай, кто тебе вскружил голову? Этот новый учитель? Кажется, его зовут Моррис Спеншоу?
— Нет! — покачала головой Марианна.
Отец отошел от нее, но девушка видела, что он не верит ей. И потому она торопливо заговорила:
— Мне никто не кружил голову. Я просто хотела сделать тебе… сюрприз!
— И ты думала, что я ничего не узнаю? — грозно спросил мистер Мак-Коунли. — Я пришел как последний дурак в театр и встретился с этим невоспитанным недоумком, с этим режиссером. И что я услышал от него? «О, конечно, ваша дочь просто гениальна! Она так хорошо играет! Она просто рождена для сцены!»
Отец остановился и посмотрел на девушку.
— Полнейшая чушь! Я ему ответил, что моя дочь никогда не будет играть в театре! Никогда, слышишь?
Марианна заплакала. Но ее слезы нисколько не тронули черствое сердце отца.
— Ты заставила меня солгать! — продолжал мистер Мак-Коунли. — Я сделал вид, что был в курсе всего, в курсе твоих репетиций. О, как мне было тогда стыдно! И не за себя, а за тебя в первую очередь! И только потом уже за всю нашу семью…
Отец сделал паузу, подошел к дочери вплотную и жестко произнес:
— Ты завтра же пойдешь к ним и скажешь, что ноги твоей больше не будет в этом театре!
— Нет!!! — закричала Марианна. — Я не могу так сделать! Я не могу покинуть труппу, ведь у меня главная роль! Завтра вечером премьера!!!
Мужчина схватил девушку за плечи и с силой потряс ее.
— Даже если наступит конец света, — процедил он сквозь зубы, — завтра ты пойдешь в театр и покончишь с этой комедией! Тебе понятно?
Марианна молчала. Она закрыла глаза и закусила губу. Крупные слезы текли по ее щекам.
— Да, папа, — неожиданно ровным голосом произнесла она. — Хорошо, папа…
Отца не обеспокоила внезапная перемена в поведении Марианны. Он услышал обычные слова, которые дочь говорила всегда, когда после таких размолвок подчинялась ему.
И потому мистер Мак-Коунли перевел дух.
— Мне пришлось пожертвовать очень многим, чтобы послать тебя в пансион, — проговорил он. — И ты не должна разочаровать меня.
Сказав это, отец открыл дверь и, не произнеся больше ни слова и даже не попрощавшись, вышел в коридор.
Марианна сидела на кровати и со слезами на глазах смотрела на захлопнувшуюся дверь.
* * *
Моррис Спеншоу писал письмо матери, когда услышал звук открывшейся и закрывшейся двери класса.
Следом за нерешительными шагами в классе раздался тихий стук в дверь его комнаты.
— Открыто! — крикнул Моррис, не отрываясь от письма.
— Простите, мистер Спеншоу, — раздался девичий голосок. — Я отрываю вас…
Моррис повернулся и увидел Марианну Мак-Коунли. Присмотревшись повнимательнее, Спеншоу заметил на лице девушки следы недавних слез.
— Вы нисколько не помешали мне, мисс Мак-Коунли, — сказал учитель. — Садитесь, пожалуйста.
Он снял стопку книг с кресла, стоящего рядом со столом и, обернувшись, переложил их на диван.
Марианна присела на краешек.
— Мисс Мак-Коунли? — Моррис с ласковой улыбкой посмотрел на девушку. — Что случилось?
— Простите, пожалуйста… — начала девушка и запнулась.
Нервы изменили Марианне, и она снова заплакала.
— Боже мой, Марианна, — встревожился мистер Спеншоу. — Выпейте воды…
Он налил из графина и протянул ей стакан. Трясущимися губами девушка припала к краю и, выпив всю воду, поставила стакан на стол.
— Итак, что случилось? — повторил свой вопрос учитель. — Рассказывайте, мисс Мак-Коунли.
Но девушка взяла себя в руки. Она внезапно засомневалась, правильно ли поступила, придя в комнату учителя поздно вечером.
Марианна оглянулась и с неловкой улыбкой произнесла:
— У вас небольшая комната.
— Да, — откликнулся Моррис. — Это часть кодекса монаха — жить в келье. Разные светские безделушки не отвлекают от преподавания литературы…
Он решительно не знал, о чем можно говорить с воспитанницей во внеурочное время.
Марианна заметила на столе учителя портрет девушки.
— Симпатичная, — кивнула она на рисунок.
— Да, — согласился Моррис, — но живет в Филадельфии, что очень все осложняет.
Он снова замолк.
— Как вы все это переносите? — неожиданно спросила Марианна.
Моррис удивился:
— Переношу что?
— Вы можете отправиться, куда угодно, — начала говорить Марианна, — делать все, что угодно. Как вы можете жить в нашем пансионе?
Спеншоу вздохнул.
— Мне нравится преподавать, — попробовал объяснить он. — Я не хочу жить в другом месте… Послушайте, Марианна, что случилось? Вы ведь неспроста пришли ко мне! Да еще расплакались…
Девушка всхлипнула.
— Я поссорилась с отцом, — невнятно пробормотала она.
Учитель с трудом разобрал тихие слова.
— Поссорилась с отцом? — переспросил он. — Из-за театра?
Марианна кивнула.
— Он хочет, чтобы я ушла из театра. Только что он со мной говорил об этом.
— А вы? — осторожно поинтересовался учитель.
Марианну будто прорвало.
— Но сцена для меня — это все!! — с жаром воскликнула она. — Он не понимает, он совершенно не знает меня!
— Да, конечно, — согласился Моррис.
— Мне кажется, что сама я его понимаю, — продолжала девушка. — Я ведь не из богатой семьи, как некоторые. Но он распланировал мою жизнь до самого конца… Он не видит ничего иного, как отдать меня замуж за того, кого он сам выберет! Он никогда не пробовал спросить меня, что я хочу получить от жизни, к чему стремлюсь.
— А вы можете поговорить со своим отцом так, как теперь говорите со мной?
Девушка покачала головой.
— Он просто не хочет меня слушать. У меня не получается.
