Конечно же, она не будет гоняться за Скарлетт по классу, как девочка. Покрасневшая, с выбившейся на лоб прядью, ошарашенная выходкой Скарлетт, миссис Хиггинс тем не менее не собиралась сдавать позиций. «Вам некуда больше бежать, глупенькая мисс О’Хара, — говорил ее снисходительный вид, — убедитесь сами, в какое глупое положение вы себя поставили…»
Почувствовав на себе взгляды всего класса, Скарлетт внутренне съежилась. И вправду, что же ей делать?
Растерявшись, стоял с саквояжем и книгами в руках мистер Спеншоу, как раз на полпути между входной дверью и Скарлетт.
С холодным презрением в глазах смотрела на нее хозяйка пансиона, а за ее пергаментно-желтым лбом уже наверняка созревал план расправы над дерзкой воспитанницей.
По испуганным лицам Барбары, Молли и других девочек трудно было судить об их поддержке или неодобрении. Клара Ковальски вся подалась вперед и, казалось, поедала глазами Скарлетт. От Клары исходили только страх и ненависть.
«Сейчас меня предадут так же, как я предала мистера Спеншоу», — пронеслось в голове Скарлетт. И тут она решилась.
Зажмурившись от страха, девушка забралась с ногами на свою парту. Потом открыла глаза.
Прямо перед ней стояла удивительно маленькая миссис Хиггинс. Ее лицо, покрывшееся красными и лиловыми пятнами, находилось на уровне колен Скарлетт. На макушке хозяйки было заметно большое уродливое родимое пятно, еле прикрытое жидкой прядью седых волос. Миссис Хиггинс открывала рот, но слова почему-то не долетали до Скарлетт.
Девушка посмотрела за окно, где, как она и ожидала, были только тополя. Тополя до самого горизонта, насколько хватало глаз. Лишь вдалеке стоял крохотный дилижанс, ожидающий мистера Спеншоу. Лошади перебирали копытами, возница на козлах спал, запрокинув голову.
— О’Хара! Харрисон! Форман! Сейчас же слезайте с парт! — вдруг донесся до Скарлетт визг миссис Хиггинс.
Удивленная, Скарлетт оглядела класс. Ее подруги с самым решительным выражением на лицах забирались на столы. Вот полная Барбара Форман неожиданно грациозно балансирует на парте, качающейся под ее ногами. Тина Тейлор, всегда такая бойкая, стоит, поставив ногу на стул и нерешительно поглядывает на Скарлетт. Потом одним легким движением вскакивает на парту и удивленно оглядывается. Анна Сент-Уайт, убедившись, что процесс оседлания парт зашел достаточно далеко, решает присоединиться к остальным подругам. Ее платье цепляется за гвоздь на стуле и чуть не рвется. Анна аккуратно освобождает платье, разглаживает его и с улыбкой взгромождается на свой стол.
Через минуту весь класс стоял на партах. Кроме Клары Ковальски, которая, опустив лицо, нервно исписывала вензелями титульный лист учебника.
— Что… Что происходит?! — совершенно выйдя из себя, кричала миссис Хиггинс. Она металась между рядами и стучала указкой по ногам. Молли Харрисон чуть не упала с парты, кто-то из подруг в последний момент схватил ее за тонкую руку.
— Видите, мистер Спеншоу, что вы сделали с девушками? — Хозяйка повернула раскрасневшееся старческое лицо к бывшему учителю.
— А по-моему, это вы рискуете покалечить их, миссис Хиггинс.
— Я рисковала, когда приняла вас на работу и доверила вам этих девиц. Теперь же мне придется заняться их лечением, и если при этом кому-то придется несладко, то виноваты в этом будете только вы! Мне очень хочется, чтобы класс об этом знал!
Девушки не проронили ни слова. Оки во все глаза смотрели на миссис Хиггинс, неожиданно оказавшуюся такой невзрачной, маленькой и беспомощной Они смотрели на этот класс, вдруг съежившийся до размеров детской комнаты. Страх, который сковывал их здесь в течении целого года, показался девушкам таким же глупым, как детские истории про Черного Джека.
«Как просто…» — подумала Скарлетт.
Моррис Спеншоу ласково улыбнулся и ободряюще кивнул ей головой.
— Спасибо вам, девушки, — сказал он и, не оглядываясь, вышел из класса.
Навсегда.
* * *
Из пансиона никого из воспитанниц не исключили. Боязнь огласки взяла свое, и миссис Хиггинс оставила непокорных девушек в заведении.
После описанных событий у компании Скарлетт пропала охота к какой-либо деятельности. Клуб сумасшедших литераторов больше не собирался, миссис Хиггинс распорядилась заложить дыру в стене…
Нельзя сказать, что Скарлетт очень обрадовало «помилование», которым ее в числе других наградила хозяйка. Мисс О’Хара обнаружила, что после того, как из ее жизни ушли Марианна и мистер Спеншоу, стены пансиона стали ей попросту ненавистны.
Однако родители настаивали на завершении обучения, и Скарлетт никак не могла уговорить их передумать, хотя посылала слезные письма домой чуть ли не каждый день.
Одинаковые серые дни тянулись один за другим, уходили в никуда. Только через год дилижанс увез девушку из пансиона.
Скарлетт О’Хара покинула Фейетвилль безо всякого сожаления и впоследствии старалась по возможности не вспоминать этот мрачный период своей жизни.
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.
