эта дурость была обществу преподнесена. Кстати, как часто со Сталиным случалось: беспардонно-односторонняя критика в его адрес и тут вылилась фактически в защиту его реноме. Не помню, в отношении Конецкого, а в части Ландау и Румера, точно, он проявил себя настоящим государственным деятелем, простил молодым интеллигентикам прямое оскорбление и в отношении собственной личности и в отношении политики строительства справедливого государства для большинства, а не только для талантливых, подобных Ландау, молокососов и прочих, жаждущих красивой и «свободной» жизни для одних себя.
Почитать бы им, молодым засранцам, что было написано о Сталине (хотя бы в части сравнения его с Гитлером) несколько позднее диссидентом А. Зиновьевым.
Пришли чего-нибудь еще в таком же духе, и можно так же в объеме нескольких строчек.
За теплые пожелания мне, спасибо. Буду стараться».
«Петя, только, только успел отправить тебе эту записку, и нашел в своих «Записях» про Зиновьева и его взгляды на действительность во времена, когда он, не в пример Ландау, покончил с собственным заводным молодым диссидентством,
Не удержался, и в отличие от тебя, тут же выделил то, что надо, скопировал, и посылаю тебе в дополнение и в разъяснение позиции человека вне упомянутого завода, при его трезвом взгляде на жизнь (Речь идет о записи «25.10.03 года)».
.
30.09
«Володя, спасибо. Наши взгляды совпадают и т. д…».
«Не понял, что за «маину» ловил Ельцин в Белом Доме?
Полностью с тобой согласен, что «корень зла в недостаточном культурном уровне всей партийной верхушки». Но не только. – А и всего нашего народа. У нас за плечами мало истории, амбиции же и желания людишек непомерно велики. Культура – это мой конек. О ней, если помнишь, у меня много написано. Бывай здоров. Еще раз спасибо тебе за все добрые пожелания. Послезавтра ложусь в больницу».
27.10
Получил после длительного перерыва письмо от Цалюка. Ниже привожу мой ответ.
«Матус, дорогой!
Большущие у меня изменения в судьбе.
В августе месяце попал, неожиданно и по совершеннейшей своей глупости, в поликлинику, и сразу же был водружен на стол для операции на кишках. И вот с тех пор я на перепутье, являюсь полным заложником врачей. В сентябре для определения дальнейшей судьбы занимался сбором разных анализов в количестве мне до этого неведомом, а 02.10 лег снова в больницу, теперь в онкологический Центр для очередной операции. 22.10 вернулся оттуда, сделав операцию по удалению опухоли в прямой кишке. Чувствую себя неважно из-за разошедшегося перед выпиской шва на брюхе. Три дня пролежал дополнительно, но до конца его не долечил, и сейчас он продолжает кровоточить и выделять какую-то жидкость. Шов для меня самое большее неудобство, т. к. постоянно забываю одевать пояс. Вот такие мои главные теперь дела за последние месяцы. Сидеть за компьютером пока трудно. Потому кончаю. Привет тебе и твоему семейству».
08.11
«Матус, дорогой!
Пока способен только на короткие записки, поскольку самое неприятное для меня нынче – это при шве на животе сидеть.
«По совершеннейшей своей глупости» означает, что вопреки пропагандируемому всем всю жизнь правилу, что глупости мы делаем не из-за незнания или неумения, а только из-за лени и нежелания подумать, задать себе лишний вопрос и ответить на него, а еще больше – по нашей уже чисто российской надежде «на авось». Так вот и я, два месяца переживал по причине плохой работы желудка. Переживал, но с пеленой на глазах. Ни разу не задал себе вопрос: « из-за чего все это, в чем причина, какие могут быть последствия, и что надо бы сделать?», вплоть до момента, когда пришлось срочно вызвать скорую и лечь немедля на операционный стол.
Диагноз, в части удаленной опухоли, пока, слава богу, положительный. Вчера занимался оформлением инвалидности. Вот так.
Андрей и внук Костя, конечно, помогают. Но у меня появилась хорошая и очень заботливая подружка, о которой расскажу как-нибудь позже. Она меня, в основном, и вытаскивала и продолжает вытаскивать из неприятностей.
Бывай здоров, я буду, по мере сил, стараться».
20.11
Илья, наконец, удостоил своим вниманием и прислал кое-что из «электронной информации». Но сделал это так, что я не смог получить ее в полном объеме.
Пришлось ему послать запрос.
«Дорогой Илья, ты забыл о моей просьбе не посылать мне многобайтовых посланий, да еще в придачу с твоими неформализованными картинками.
Что получилось с твоими последними двумя сообщениями общим объемом (по данным моего сервера) в 12,5 аж мегабайт, из которых первое было, видимо, около десяти мегабайт, а второе около трех?
Так вот, я, из-за первого (в порядке очередности) большого, принять их в полном объеме не мог и вынужден был это первое удалить на сервере. Второе, оставшееся, я принимал более 30 минут, причем его серверный объем, по причине наличия в нем картинок, увеличился еще при приеме с 3-х до 4-х мегабайт. Если бы ты перед отправкой удалил из него картинки (без которых все понятно по тексту сообщения, как всегда у тебя очень четкому), то его объем не превысил бы сотни килобайт, и был бы принят за минуту.
Короче, опять я провозился, черт его знает, сколько времени, и тем испортил впечатление от весьма интересного и любопытного материала.
Прошу тебя в части первой его половины продействовать правильно. Выбрось из нее картинки, оставь один текст (который будет, вероятно, не больше 200 килобайт) и пошли повторно.
Буду признателен».
21.11
Вышла в свет и поступила в продажу книга Юрия Мухина «Сталин – хозяин Советского Союза». Удивительное совпадение с моими, почти вне каких-либо исключений, позитивными оценками советской соцсистемы. Но при полном отсутствии иных составляющих. И, наоборот, с одним негативом в части современной российской капсистемы.
Отсюда несостоятельность в объяснении причин развала СССР. У Мухина получается, что последний стал результатом не стратегических недостатков сталинского правления и, прежде всего, его исходного, как соизволил сверх унизительно назвать сам автор, марксистского «маразма». А как бы совсем случайного появления на арене Хрущева, Брежнева, Горбачева и прочих (по Мухину) умников, «превративших СССР в испытательный полигон идиотических идей, внедряемых в народное хозяйство (якобы) без малейшего понимания в нем происходящего».
Книга несколько тенденциозна. Но, одновременно, убедительно впечатляюща в части представленных в ней конкретных проблем и практического их тогда разрешения.
Не могу, от восхищения, не остановиться хотя бы на некоторых из них.
Например, о денежной реформе 1947 года. Она, несмотря на ограниченное еще студенческим возрастом мировоззрение, произвела тогда на меня большое впечатление четкостью, здравым смыслом и социальной взвешенностью
