Правда и то, что в РККА офицеры занимали должности, с которыми в царское время справлялись обычные писари, а всех политработников в старой армии заменял полковой поп. В Одесском округе корпусной комиссар А.Ф. Колобяков занялся арифметикой и вывел: «Основное не в некомплекте, а в том, что далеко не весь комсостав используется. Мы недавно подсчитали и получилось такое соотношение: у нас в округе приходится один командир на три с половиной красноармейца, в конных частях — один командир на 1,2 красноармейца. Так что если взять цифровое отношение, то получается, что командиров у нас вполне достаточно, а когда посмотришь, то в действительности обучать некому».
О противнике, его организации, вооружении, тактике эта формация не знала ничего, в принципе она даже не знала, кто является противником, а сведения о западных армиях черпали из художественной литературы. Комдив Г.К. Савченко побывал в Германии, где, между прочим, не рисковал гулять в одиночестве, а «таскал с собой» свидетелей человек 5–10 и испытал «культурный» шок: «Я хотел бы отдельно остановиться на вопросе подготовки молодого командного состава германской армии. Бывая на полигонах, мне пришлось столкнуться с артиллерийскими курсами. У всех офицеров масса орденских ленточек за польский поход в ноябре месяце. Я спрашивал людей — почему работали в Польше и оказались здесь. Оказывается, во время польского похода некоторые мелкие дефекты были отмечены. Командира батареи отправили на 3-недельные курсы, а часть ушла. У немцев система подготовки командного состава поставлена очень гибко. Вот один мне рассказал, что после производства он стал лейтенантом, а потом ни одного следующего чина не получил без сдачи как бы дипломной работы. Дается задача, причем его заставляют работать не только в своей роте, но требуют работы в письменном виде, тогда он через некоторое время получает чин. Мне раньше представлялось, что раз он офицер, то он шатается по кабакам и пьянствует. Неверное это представление. Немецкий офицер очень большую работу проводит. Он сидит до часу ночи — работает. У него один день отдыха был в неделю — в воскресенье, и он нигде не шатается».
(Далеко немецким лейтенантам до «сталинских соколов». В начале августа генералом М.А. Мерецковым были проверены девять авиационных полков Западного и Прибалтийского Особых округов, в докладе наркому констатировалось «большое количество пьянок с дебошем во всех просмотренных полках» и «плохое знание материальной части, ее эксплуатации, в первую очередь руководящим составом». Комдиву Савченко «свидетели» не помогли, вполне возможно, что они и давали на него показания.)
Еще в апреле 1940 года генерал В.Н. Курдюмов говорил об отсутствии системы изучения опыта современных войн: «Использование материала по современным войнам страшно затруднительно, так как материалы засекречены, и поэтому они не являются достоянием для всей нашей армии. Опыт войны с Финляндией мы начинаем изучать по указаниям, какие нам дал товарищ Сталин». А что в декабре? Да все то же самое: «Опыт войны с белофиннами остался необобщенным и неизвестным для широких масс командного состава, не принимавшего в ней участия». А заодно и опыт Испании, Халхин-Гола и кампаний вермахта в Европе. Более того, начальник Главного разведывательного управления генерал-лейтенант Ф.И. Голиков, один из самых профнепригодных в истории начальников военной разведки, предостерегал участников совещания «при изучении опыта иностранных армий избегать преувеличения и преклонения перед успехами этих армий», так как «это вредно отражается на нашем воспитании», и все понимали, что и на собственном здоровье это может вредно «отразиться».
Продолжались массовые непродуманные перемещения командирских кадров. «У нас кадры не подбираются для выдвижения, а переставляются, — заявил генерал И.С. Конев. — Кадры переставляются с одного места на другое без всяких оснований. Я считаю, что от такого рода перестановки кадров число кадров не увеличивается, а только мы нарушаем стабильность прохождения службы комсостава. В результате — средний комсостав, даже комбаты, командуют 3–4 месяца, а потом назначаются в новые части и подразделения».
Генерал В.Н. Курдюмов сообщал, что Приволжском округе 70 % командиров имеют стаж пребывания в должности от пяти месяцев до одного года, все командиры полков, кроме одного, командуют частями первый год. Командующий округом генерал-лейтенант В.Ф. Герасименко подтвердил, что есть подразделения, в которых в течение года сменилось от трех до шести командиров: «Естественно, что такие подразделения хорошей боевой подготовки иметь не будут, т. к. отвечать за эти подразделения некому». По свидетельству И.Н. Музыченко, в Киевском округе 87 % командиров рот и 82 % комбатов командуют подразделениями менее года, «а тут в докладе показали, что из себя представляют эти цифры в свете их военной грамотности». В Одесском округе 8 % и 60 % соответственно. При этом теоретически все знали, что «ротный командир должен командовать ротой минимум три года».
Если верить Наполеону Бонапарту, надежда на победу остается, когда «баранами» командуют «львы». То, что советский генералитет «вышел в большие должности» с двумя-тремя классами церковно-приходской школы, мы уже знаем. Как с таким багажом они умудрялись заканчивать академии, поведал на декабрьском совещании начальник Академии имени М.В. Фрунзе генерал-лейтенант М.С. Хозин: «Когда в 1938 году принимался тот состав, который должен быть выпущен в этом году, то из 610 человек были приняты 453 человека с плохими оценками, причем они имели не только по одной плохой оценке, но по 2–3–4 и даже больше. Все это создает такое положение, при котором мы в ряде случаев работаем с командным составом — слушателями впустую». Главное, что в ходе беспощадной войны с «вредителями» все они сдали экзамен на лояльность.
Профессиональный уровень советской военной элиты был оценен в приказе Тимошенко от 21 января 1941 года:
«Опыт последних войн, полевых поездок и учений показал низкую оперативную подготовку высшего командного состава, войсковых штабов, армейских и фронтовых управлений.
Высший командный состав:
а) Не владеет еще в должной мере методом правильной и полной оценки обстановки и принятия решения в соответствии с замыслом высшего командования…
б) Если в большинстве случаев при принятии решения правильно выбирает направление главного удара, то далеко не всегда создает решительное превосходство сил и необходимую плотность средств подавления на главном направлении…
в) Не принимает исчерпывающих мер, обеспечивающих своевременное сосредоточение и развертывание ударной группировки, ее боевое и материальное обеспечение, скрытность, быстроту и внезапность ее действий…
е) Слабо знает свойства и возможности родов войск, особенно авиации, а поэтому не всегда правильно использует их в бою и операции.
ж) Не имеет твердых навыков в руководстве войсками в ходе операции, в результате чего управление часто нарушается.
з) Пренебрежительно относится к вопросам расчета времени и пространства, боевого и материального обеспечения операции.
Войсковые штабы, армейские и фронтовые управления:
а) Имеют лишь начальные знания и поверхностное представление о характере современной операции…
в) Не умеют организовать взаимодействие родов войск и соединений…
г) Не справляются с планированием операции на всю глубину…
д) Не овладели прочно искусством обеспечивать операцию материально-техническими ресурсами и умело организовать армейский и фронтовой тыл…
е) Организуют управление лишь в стабильном положении, но не умеют обеспечивать непрерывность управления в ходе операции и восстанавливать его при нарушении…
з) Пренебрежительно относятся к организации контроля за доставкой и выполнением отданных приказов и распоряжений, а также к вопросам информации…
Важнейшим недостатком оперативной подготовки высшего командного состава и штабов является неумение скрытно и в короткие сроки создавать мощные группировки и производить перегруппировки в ходе операции…
Ясно, что при таком уровне оперативной подготовки высшего командного состава и штабов рассчитывать на решительный успех в современной операции нельзя».
Примечательно, что тремя неделями раньше Отдел иностранных армий «Восток» представил доклад «О политико-моральной устойчивости Советского Союза и о боевой мощи Красной Армии», буквально дословно совпадавший с выводами Тимошенко:
«Командиры всех степеней в ближайшее время не будут еще в состоянии оперативно командовать крупными современными соединениями и их элементами. И ныне, и в ближайшем будущем они едва ли смогут проводить крупные наступательные операции, использовать благоприятную обстановку для стремительных ударов, проявлять инициативу в рамках общей поставленной командованием задачи…
