Ван Глен - один из самых популярных фантастов планеты. Его книги печатаются миллионными тиражами. Ваш покорный слуга, - Альворадо шутливо поклонился, - не последний композитор современности. Андрей Каминский признанный беллетрист. Пастор Джойс Викарио - лауреат Нобелевской премии мира. Я могу назвать еще немало известных имен, но, думаю, и так все понятно. Сейчас я хочу знать одно - с кем вы, что собираетесь делать?
- Я пишу, - неожиданно признался Кирилл. - Уже два года. Но кому это может пригодиться? Я пытаюсь рассказать о том, что произошло со мной, что я пережил, когда был космическим разведчиком, и позже, когда стал Созидателем. Я пишу это для себя, потому что пытаюсь понять, что же все-таки случилось и почему я оказался здесь.
- Ага! - радостно засмеялся Альворадо. - Я был почти уверен в этом. Вы пишете, это уже немало. А выход для вашего творчества есть. Главное донести до землян понимание того, что с ними может произойти, доведи они свои государственные устройства до отлаженной четкости бездушной машины, где приказ не обсуждается, а чувства становятся досадной помехой для осуществления Великой Цели.
Если они поймут нас - мы выиграли.
Город был заметен снегом и укутан им до самого подбородка. Дома торчали из сугробов толстыми серыми свечками, и пока автобус не миновал новостройки, почти ничего не было видно из-за мощных снежных валов, тянущихся вдоль дороги.
Еще из аэропорта Кирилл позвонил домой, но никто не ответил.
"Все правильно, - решил он, - Вера не знает о моем приезде и сейчас, конечно, на работе".
На работу он звонить не стал.
Кирилл даже не думал, что может так соскучиться по дому. Все-таки хорошо возвращаться к себе, увидеть знакомые лица, поговорить о последних новостях.
Стайка воробьев дробью брызнула из-под колес автобуса и облепила ближайшее деревце. Заскрежетал на повороте 7-й номер трамвая единственный яркий карминный мазок на бело-сером фоне. А вот и центр с его важными зданиями и монументальной фигурой вождя.
Легко выпрыгнув из автобуса, Кирилл потопал по улицам, привычно отыскивая взглядом знакомых. Обязательно кто-нибудь должен встретиться. Сейчас ему хотелось этого. Обычно нелюдимый, сегодня Кирилл был готов с распростертыми объятьями встретить любого. Великое чувство - чувство дома.
- Не мог бы ты уделить мне немного времени? - послышалось сзади, и Кириллу сразу расхотелось оборачиваться.
Хотя слова были произнесены на чистом русском, ни на секунду не возникло сомнения кому принадлежит этот голос. Небольшая хрипотца, насмешливый и одновременно извиняющийся тон.
Он еще помедлил перед тем, как остановиться и встретиться глазами с тем, кого он, возможно, больше всего не хотел видеть.
Мерг выглядел представительно. Норковая шапка, кожаное на меху пальто и обязательный "дипломат" делали его похожим на преуспевающего коммерсанта. Кирилл усмехнулся и поискал за его спиной черный "Вольво" или "Мерседес", но машины не обнаружилось. Неуверенность Мерга выдавали только глаза, они, как обычно, бегали.
- Ты, - спокойно сказал Кирилл, хотя сердце заныло от томительного предчувствия. - Вот уж, как говорится, не ожидал.
- Ожидал, ожидал, - грубовато произнес Мерг. - Из дальних странствий? - фамильярно добавил он, кивнув на дорожную сумку. - То-то я тебя дома застать не мог.
- А что, очень надо было? - не смягчил на сей раз тон Кирилл.
- Разве так принимают гостей, - Мерг добродушно развел руками. - Мне, казалось, ты соскучился по соотечественникам. Или нет? - неожиданно колюче добавил он. - В Москву летал?
Кирилл машинально сжал кулаки и это не ускользнуло от Мерга.
- Ты все такой же. Но почему мы разговариваем посреди улицы?
- Мне кажется, что ты смешон в этом маскараде, - к Кириллу вернулась прежняя ироничность. - Зачем ты здесь?
- А ты не смешон? - обиделся Мерг.
- Я здесь живу.
- У меня задание от Совета, - Мерг сразу стал серьезен и официален. Оно впрямую касается тебя. Надо поговорить.
- Ко мне не пойдем, - Кирилл брезгливо отстранился от Мерга. Посидим в кафе.
В гардеробе обнаружилось, что кожаное пальто скрывает прекрасно сшитый синий костюм. Кирилл рядом с Мергом в своем грубом, связанном Верой свитере выглядел бедным представителем богемы, рассчитывающим получить выгодный заказ у богатого клиента.
- Так что у тебя за дела? - Кирилл еще пытался выиграть время и собраться с мыслями. Что ни говори, а захватили его все таки врасплох, хотя нечто похожего он ждал все эти годы.
- О тебе не забыли, - напомнил Мерг, вальяжно развалившись в кресле и небрежно размешивая сахар в кофе. Важно помолчав и не дождавшись от Кирилла больше ни слова, он переменил позу и положил локти на стол. - До тебя, кажется, добрались эти гуманисты, - он в упор глянул Кириллу в глаза. - Что тебе наговорил Альворадо? Тебе, кстати, известно, что он с Ткори?
- Не так много вопросов сразу.
Кирилл понемногу успокоился. Точно им ничего не известно, понял он. Теперь надо выяснить, чего они хотят от меня.
- Я действительно виделся в Москве с Альворадо, но я не представляю интереса для него и его друзей. Я совершенно бесталанный. С тем и вернулся.
- Допустим так, - нехорошо усмехнулся Мерг. - Но все же советую быть с ним поосторожнее.
Он вынул из "дипломата" маленький прозрачный цилиндрик мнемозаписи с красной спиралью внутри и протянул Кириллу.
- Это от Верха, - пояснил он. - Ты пока послушай, а говорить будем потом.
Кирилл взял цилиндрик и сжал в ладони. Сработал код, рассчитанный только на его биополе, и Кирилл отчетливо, как будто Верх сидел напротив, услышал его, рано усвоивший властные интонации, голос:
- Привет, Клор! Как ни тяжко бывает наказание, надо принять его, ведь ты провинился перед федерацией. Недавно на Совете были пересмотрены дела некоторых осужденных. В том числе и твое.
Как опытный актер, Верх выдержал паузу, и за это время в голове у Клора пронеслась мысль о помиловании, о Денте, о работе в космосе, которой не будет у него никогда, останься он здесь. Все же недаром он считался одним из самых опытных созидателей федерации, недаром провел немало лет, направляя космические корабли по трассам, которых, возможно, земляне достигнут только через несколько веков.
- Было рассмотрено и твое дело, - повторил Верх. - Еще раньше я знал, что ты можешь пригодиться нам на Земле. И этот момент настал.
Земля - обреченная планета. В ближайшем будущем населяющие ее народы погибнут, уничтожив себя. Заметь, уничтожив себя сами. Я подчеркиваю это. Но планета не должна погибнуть. У нас не хватает колоний, а возродить атмосферу и прежний климат с нашим опытом не трудно. Скоро у тебя снова появится возможность проявить себя Созидателем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
