— Подойди. Сядь. Я не смогу долго говорить.
Фалько подошёл и сел в стоящее у кровати кресло.
— Долго и не надо. Это твой сын, я правильно понял?
— Правильно. Я не думал, что до такого дойдёт. Он был жестким с подданными, ну да я всегда считал, что он прав. Ему предстояло править, а с чернью нечего нянчиться, быстро на шею сядут.
— Одно дело — жестко править, другое — превратиться в тёмную тварь. Как это случилось?
— Я не знаю. Наверное, он слишком многих убил. Наверное, убил как-то, как не следовало убивать. Наверное, он убивал не тех.
— Девочек, встреченных на улице, да, — хмыкнул Фалько. — Он хоть раз был в бою?
— Нет. Я берёг его.
— От кого? От него самого? От чести и славы?
— Теперь уже не важно. Я понимаю, его придётся убить. Я хочу уйти, зная, что от него ничего не осталось.
— Знай, — кивнул Фалько. — Но я в тот момент не подозревал, что это твой сын и мой племянник. Я убивал тёмную тварь.
Которая жрала мою женщину.
— И Тьма с ним, — выдохнул Гульэльмо и прикрыл глаза на мгновение, потом открыл их снова. — Забирай всё, что тут осталось. У тебя сыновья, нормальные, не то, что мой. Был. Не хочешь править сам — отдай кому-нибудь из них. Так и вышло, всё досталось тебе, — сказал как выплюнул.
Вот ведь послало Великое Солнце родню! Языком не ворочает, а всё туда же — что кому достанется.
— Видит Великое Солнце, я не сделал для этого ничего. Двадцать лет было по-твоему — ты правил, как хотел, и никак не мог пережить, что я ещё существую на свете. И к чему пришёл? Знаешь, прежде, чем править этим городом, его придётся почистить от темных тварей. Понимаю, бывает всякое, но чтобы прямо во дворце… У твоего сына были друзья? Последователи?
— Были, куда ж без них. Спроси Пандольфо, капитана Тайной службы, он знает. Если он вообще ещё жив, что-то я его давно не видел. Может, тоже уже сожрали.
Наконец-то удача, потому что Фалько доподлинно знал, где находится Пандольфо.
— Спрошу. Где слуги, где придворные? Где Совет Десяти?
— Совет в новом году ещё не собирался. Придворные разбежались — кому охота, чтобы тебя вот так? Слуги — есть какие-то, наверное. Спроси Карло, он-то здесь, ему пойти некуда. И оставь меня в покое.
Гульэльмо глянул на Фалько и отвернулся.
— В покое — это уж как получится, извини, — Фалько поднялся и вышел из спальни.
Карло нашёлся снаружи, беседовал с мальчишками в коридоре.
— Видел, да? Понимаешь, что теперь кроме тебя — некому? — сказал старый придворный маг.
— Ты скажи лучше, как вышло, что тебя до сих пор не тронули?
— Я стар, но не глуп. И не попадался Пьетро ни на глаза, ни под ноги, — с достоинством ответил Карло.
— И молодец, — кивнул Фалько. — Наверное, оставлять здесь стражу бессмысленно? Идёмте к Лизе и Тилечке, и там поймём, что дальше.
Дальше нужно было ловить буквально за рукав целителя, выспрашивать у него про необходимые процедуры для Лизы и о повреждениях Тилечки. И потом послать его в спальню пока ещё его милости Великого Герцога, наказав после осмотра и возможных процедур не исчезать никуда, пока не доложится ему, Фалько.
— А ваша милость с чего вдруг тут командует? — поинтересовался Вителлио.
— Сказал бы, что хочу и командую, но это будет неверно. Пришлось. Вы же, скажем, не бросите свой старый дом, в котором родились и выросли, только потому, что в нём завелись крысы? Или тёмные твари? Вот и я… видимо, не брошу.
Дальше нужно было по-быстрому наведаться в Обитель Сияния. Если базироваться здесь, то перетащить сюда вещи и попросить ещё кое-кого в помощь.
— Тилечка, побудешь с Лизой, пока мы слетаем до вашей Обители?
— Конечно, господин Фалько, не беспокойтесь о госпоже Элизабетте, я побуду с ней. Господин Вителлио всё рассказал, что делать, если вдруг что. Я сделаю, — девочка была необыкновенно серьёзна, а пятно на её подбородке побледнело.
Фалько скомандовал Альдо и Антонио идти с ним, а остальным пообещал второй заход и велел не пускать к Лизе никого, кроме целителя, если вдруг понадобится. А потом открыл портал — благодарю тебя, добрый человек Раньеро, которому так вовремя понадобилась какая-то ерунда с юга! — и отправился в Обитель.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Они вышли в том внутреннем дворе, в котором чаще всего тренировались. Фалько оглядел тёмные углы — закатная служба давно закончилась — отправил мальчишек собирать вещи, а сам пошёл в то крыло, где базировался Магистр Ордена Джакопо Маринаро.
Они лично встречались один-единственный раз — когда его привезли в Обитель с антимагическим ошейником, чтобы оставить здесь навсегда ради спокойствия его брата. И Астальдо вчера вечером (Что? Это было вчера вечером?) сказал, что Магистр в курсе вопроса и того, что они вернулись, и дал ему один день на решение. А вечером пленник Ордена и Великого Герцога Гульэльмо Фалько Морской Сокол должен быть возвращён в темницу…
У двери в личные покои клевал носом какой-то дежурный брат.
— Кто вы, господин мой? Как доложить? — встрепенулся он на вежливую просьбу о встрече с Магистром.
— Марканджело Фаро, — вымолвил Фалько.
И перевернул свой медальон родовым гербом наружу.
— Здесь суровый мрачный господин, он утверждает, что его зовут Марканджело Фаро, — пробормотал монах внутри.
— Проси.
Магистр Джакопо прожил на свете достаточно, чтобы быть осведомлённым о скандале в семье Великого Герцога и давнем расколе, после которого на троне оказался не старший сын герцога Никколо, а младший.
— Приветствую вас, Магистр, — Фалько никогда не считал вежливость лишней.
— Не скажу, что рад вас видеть, но понимаю, что разговора нам не избежать, — Джакопо Маринаро был стар и сед подобно Карло Рецци. — Астальдо вчера сказал, что его дело решится сегодня.
— Да, и что вы приказали вернуть меня в темницу. Простите, но я туда уже не пойду. Гульэльмо Фаро при смерти, потому что его почти сожрал превратившийся в тёмную тварь сын. Так вышло, что пока командую я. Возможно, дальше будет как-то иначе.
— Откуда вы это взяли — про тёмных тварей и господина Герцога?
— Из личного опыта. Я, знаете, видел сегодня обоих.
О том, что один из них не пережил этой встречи, говорить не обязательно.
— Я не могу в это поверить.
— А вы давно их видели, одного и другого? Я видел своего дражайшего брата в конце лета, незадолго до того, как пришёл пожить в ваш подвал. И знаете, за истекшее время он очень изменился, и отнюдь не к лучшему. Если есть у вас человек, которому вы доверяете — я могу открыть портал во дворец, пусть полюбуется. И я надеюсь, что ещё до утра помещения дворца возьмут под контроль маги из Ордена Луча. Зачищать от темных тварей город будем завтра. К слову, не откажемся от поддержки Ордена Сияния в этом благом и непростом деле.
— Я подумаю, — сдержанно кивнул Джакопо. — Вы знаете, что случилось с Астальдо?
— Знаю, в каком состоянии он возвратился сюда. Я надеюсь, госпожа Агнесса спасёт его.
— Как так вышло?
— Его погубило собственное любопытство.
— Это вы? Вы всё устроили?
Ну вот делать ему нечего, как говорит Лиза.
— Я вытащил его из-под завала, позвал госпожу Агнессу и отправил их порталом сюда. Увы, мой свидетель сейчас без сознания, но меня заверили, что через некоторое время будет в порядке и сможет рассказать вам, как было дело.
— А тот предмет, что искал Астальдо?
— Он у того человека, кто единственный в нашем мире может держать его в руках. И пока там и останется. А далее посмотрим, — Фалько сказал так, чтобы не возникло даже малейшей мысли о том, что эту тему можно продолжить. — И у меня будет к вам две просьбы, господин Магистр.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Слушаю, — кивнул тот.
— Первое — касательно находящегося у вас в подвале господина Пандольфо в моей личине. Личину я сейчас зайду и сниму, а за ним самим придут из Ордена Луча. Выдайте его, пожалуйста, он обладает ценными сведениями о распространении тёмных тварей по городу.
— Хорошо, он мне не нужен.
