— Ну, — спросил он грубо, — где же доказательство?
— О Боже! — Джейн позвонила в приемную. Секретарь, должно быть, уже закончила разговаривать, потому что ответила тут же.
— Папки, которые лежали у меня на столе… голос Джейн дрожал. Вы не знаете, где они?
Стив не слышал, что сказала секретарь. Джейн положила трубку и взглянула на него.
— По-моему, у нас неприятности, Стив, — в ее голосе слышалась паника. — Доказательства у меня больше нет. Его забрали.
— Кто?
— Сестра Розы, Мэгги.
Он был ошарашен:
— Мэгги? Но почему?
— Это теперь не имеет значения. Если ты не хочешь, чтобы кто-нибудь еще узнал то, что знаю я, советую тебе вернуть документы, и побыстрее. Они у Мэгги.
* * *
— Не пойму, куда же девался Стив, — говорила Дина, глядя на часы. — Я надеялась его здесь увидеть уже целую вечность назад.
Дон улыбнулся. Он был рад случаю побыть с ней наедине. С тех пор как появился Стив, таких случаев предоставлялось мало.
— Не надо волноваться, Дина, — сказал он мягко. — Наверное, у него какие-то неотложные дела. Я думаю, он не будет возражать, если мы начнем без него.
И Дина улыбнулась ему в ответ такой очаровательной улыбкой, что у него замерло сердце.
— Пожалуй, ты прав, Дон, — согласилась она как обычно.
Мэгги сидела за кухонным столом, заваленным бумагами, уставившись в пустоту: она все еще с трудом верила тому, что прочитала, и только начинала приводить мысли в порядок.
«Значит, вот чем была занята Роза перед исчезновением, и это не имело никакого отношения к «Вандине». Все намного серьезнее и касается не только бизнеса, но и личной жизни Дины. Стив — самозванец». Никогда в жизни не могла бы такая мысль прийти Мэгги в голову, да и с какой стати? Но Роза как-то догадалась и начала наводить справки — об этом говорили ее письма и дневник. По какой-то причине у Розы возникли подозрения, и она решила найти им подтверждение. Но почему она никому не сказала? И где же, черт возьми, она сейчас? Мэгги дрожала, ей было страшно за сестру. Прежде ей казалось, что Брендан в какой-то степени виновен в исчезновении Розы, но сейчас она начинала в этом сомневаться. И если за всем происшедшим стоит Стив? Может быть, он как-то разведал, что Роза знает правду, и решил принять меры, чтобы она никому ничего не рассказала?
Мэгги зажгла сигарету и глубоко затянулась, но это ее не успокоило: голова кружилась еще больше. Ей нужно было кому-нибудь рассказать о своем открытии, но кому прежде? Связаться сперва с полицией или поговорить с кем-нибудь из «Вандины»? Ее открытие, должно быть, рассорит их с Диной. Несмотря на сильное возбуждение, она сумела отказаться от мысли сообщить неприятную новость первой. Если бы только Майк был здесь! Он бы знал, что надо делать. Однако Майк был в школе, и рассчитывать на его поддержку в ближайшие часы не приходилось. Но по крайней мере, она могла позвонить и оставить у него на автоответчике сообщение, чтобы он связался с ней, как только придет из школы. Она набрала номер и вздохнула с облегчением, услышав голос Майка, записанный на пленку: один его голос уже поддерживал ее. Она просто попросила его позвонить ей. Затем она вернулась в кухню и собрала все бумаги в розовую папку. Она решила отнести их в полицию. Жаль, конечно, что Дине придется услышать все от чиновника, а не от близкого друга, но тут Мэгги не могла ничего поделать. Найти Розу должна была она, а эта папка была жизненно важным свидетельством.
Когда она закрывала конверт, ей показалось, что около дома остановилась машина. Затем раздался звонок в дверь. Мэгги вскочила. У нее мелькнула мысль, что это может быть полиция. Но за дверью стоял Стив.
У Мэгги замерло сердце, и на мгновение она потеряла дар речи.
— Мэгги, — Стив говорил тихо. Она почувствовала угрозу в его голосе. Или это было только ее фантазией? То, что она узнала о нем, заставило ее смотреть на него по-другому.
— Да? — Наконец-то смогла заговорить Мэгги. Что вам нужно?
— Я могу войти? — Он вошел, не дождавшись ответа. — По-моему, ты взяла какие-то вещи в «Вандине». Верни их, пожалуйста.
— Извините, но, боюсь, я не смогу их отдать. Эти вещи принадлежат Розе.
— Они принадлежат компании. Если ты позволишь сказать мне… — Он уже был на кухне и взял со стола папку.
— По-моему, это принадлежит мне, — Мэгги выхватила у него папку и прижала ее к груди. — Пожалуйста, уходите, Стив.
Он окаменел.
— Без папки я не уйду. Отдай мне ее сейчас же.
— Поздно, Стив. Я все прочитала. Я знаю, что там и почему эти бумаги так нужны вам.
— Правда? А ты рассказала кому-нибудь о том, что обнаружила?
— Пока нет! Я сама только что все прочитала.
Произнеся эти слова, она поняла, что совершила ошибку. Он улыбнулся удовлетворенно, но его глаза оставались ледяными.
— Тогда, Мэгги, ты мне не оставляешь иного выхода.
Ужас охватил ее.
— Что вы имеете в виду?
Но можно было не спрашивать. Все было ясно. Невероятно, что этот красивый, элегантный и обаятельный человек мог быть так опасен. Но он действительно был опасен. Это был человек, который ни перед чем не остановится ради достижения своей цели. Он врал, обманывал, манипулировал теми, кто стоял на его пути. Она знала, что он уже убивал, и не сомневалась, что он сделает это еще раз.
Сейчас только она могла повредить ему. Она сама по глупости открылась ему. Сейчас она была совершенно одна и целиком в его власти. Наверное, Майк, когда придет домой, позвонит ей, но будет уже слишком поздно. Ей грозила гибель.
Мэгги увидела, как он достал из кармана шелковый шарф и сжимал его в руке.
— Я действительно очень сожалею, Мэгги. — Голос его был почти спокоен. — Но мы мало знакомы, ведь так?
— Вы сумасшедший!
— Не совсем. Но я очень, очень решительно настроен. Расстанемся легко и спокойно или будем сопротивляться? Выбирай сама.
— Нет, вы сумасшедший.
Неужели он думал, она позволит ему так просто, без борьбы, убить ее? Но как она могла защищаться? В кухне были ножи, но она не смогла бы бороться с ним, даже вооруженная ножом, он легко с ней справится, да еще и воспользуется ее оружием.
Был только один способ защищаться — словами. Она должна держаться спокойно и оттягивать момент, когда он может накинуть ей на шею свой шелковый шарф.
Но о чем говорить? Тут она вспомнила, что Стив едва сдержался, когда она назвала его сумасшедшим. Возможно, тщеславие — его ахиллесова пята.
— Вы действовали очень умно, — сказала она, — как вам все удалось?
Он усмехнулся, и Мэгги поняла, что нашла правильный ход.
— Считай, довольно просто. Но не все воспользовались бы этим шансом так, как это сделал я.
