— Если Дина не смогла его разгадать, то что говорить о нас? — обронил Майк.
— Бедная Дина. Как она воспримет все?
— Очень плохо, думаю. Но мы не должны сейчас волноваться за нее.
— Мне следовало догадаться! Роза как-то сказала, что в «Вандине» происходят странные вещи. Но я была так помешана на промышленном шпионаже, что не думала ни о чем другом. Я подозревала кого угодно, только не Стива, даже бедного Брендана. Он был бы жив сейчас, если бы я не обвинила его в том, что он причинил зло Розе. И вот он умер, и Роза умерла…
— Ты не можешь винить себя в смерти Брендана.
— Но я виню, виню.
— Ты не должна. Он тоже был порядочной скотиной!
— Но он не заслужил смерти. Ему была нужна помощь, кто-нибудь, кто бы любил его. Каждому нужно, чтобы его любили.
Слезы текли у нее из глаз, сбегая горячими ручейками по щекам.
— К черту, Мэгги! — Майк подошел к ней и прижал ее голову к своей груди. — Не плачь, Мэгги, милая, не плачь!
Его нежность и беспокойство вызвали новые слезы. Она всхлипывала и дрожала. Он обнял ее, не зная, как утешить, понимая, что никакие слова не помогут, ничего не поможет, надо дать ей выплакаться.
Через некоторое время он вытер ее лицо своим носовым платком:
— Давай я налью тебе еще?
Она прильнула к нему:
— Нет, не уходи. Просто обними меня.
— Хорошо, хорошо. Я не уйду. Ну тихо, успокойся.
Немного спустя всхлипывания стали реже. Мэгги только иногда вздрагивала, как земля вздрагивает после землетрясения.
— Тебе лучше?
— Немножко. Он не скроется, Майк? Он не должен уйти.
— Я уверен, они поймают его. А теперь, дорогая, тебе нужно отдохнуть.
— Ой, — она широко открыла глаза. — Мои вещи! Я забыла их в коттедже.
— Они же тебе не нужны, верно? Можешь спать в моей футболке. — Его тон и взгляд говорили о том, что и футболку он считает лишней. Он мечтал всем своим телом почувствовать ее.
— Но там все, Майк: белье, зубная щетка, крем для снятия косметики. Я, наверное, выгляжу чудовищно. — Тушь расплылась у нее под глазами. — Мне завтра нужно идти в полицию. Я должна прилично выглядеть.
— Ты хочешь, чтобы я съездил за вещами?
— Да, пожалуйста.
— Они собраны?
— Мой чемодан готов. Но я поеду с тобой.
— Может, ты лучше останешься здесь? — предложил Майк, считая, что ей станет еще хуже, если она опять увидит коттедж, в котором ее чуть не убили. Но для Мэгги в тот момент не было ничего хуже одиночества.
— Ну пожалуйста, Майк, возьми меня с собой. Когда мы вместе, со мной все в порядке. Я не могу сейчас оставаться одна.
— Ну если ты так хочешь.
— Очень хочу.
Теперь, когда слезы высохли, Мэгги чувствовала себя спокойнее, по крайней мере, на время, хотя по-прежнему ощущала пустоту внутри. Она пошла в ванную, умылась и причесалась. Мэгги крепко держалась за руку Майка, когда они спускались по ступенькам, и села так близко к нему в машине, как только позволил ремень безопасности. Майк взглянул на нее, увидел решимость на ее лице и почувствовал, что любит ее еще больше, чем прежде.
Солнце уже садилось, и коттедж был окутан мягким розовым светом. Трудно было поверить, что в этом сказочном месте могло произойти что-то дурное. Однако, увидев дом, Мэгги опять начала дрожать, и Майк ощутил, что идиллия этого дома была иллюзорной. Злость переполняла его: добраться бы ему до этого подлеца Ломакса, он бы разделался с ним.
Объехав коттедж, Майк выключил мотор и отстегнул ремень.
— Подожди в машине.
— Нет, я пойду с тобой.
— Мэгги, лучше не надо.
— Нет, я хочу войти. Я должна столкнуться с этим еще раз.
— Зачем? Не нужно.
— Нет, нужно. Это как скакать на лошади. Говорят, что, если упадешь, надо попробовать еще раз, иначе никогда не получится.
— Но тебе никогда больше не придется заходить в этот коттедж.
— Нет, придется. Это дом моей сестры, — у нее дрожал голос, — я не хочу, чтобы ее вещи забрали чужие люди, Майк. И когда придется что-то предпринимать, я должна буду сделать это. Если сейчас, сегодня, я не зайду туда, я никогда больше не наберусь смелости. Возьми меня с собой, Майк. Только, пожалуйста, держи меня за руку.
Он взял ее руку и открыл дверь. Внутри была такая же мирная тишина, как и на улице. И, если не считать опрокинутого стула и огромного грязного отпечатка полицейского ботинка, все было по-прежнему.
Мэгги бродила из комнаты в комнату, Майк отпустил ее, разрываясь между желанием оградить от лишних переживаний и необходимостью разрешить ей знать то, что она хочет.
Наконец она вернулась, обняла его и положила голову ему на грудь.
— Все в порядке? — прошептал он.
— Да, пойдем, Майк.
— Пойдем.
Из коридора донесся скрип. Они прислушались и посмотрели друг на друга.
— Что за черт? — спросил Майк.
Похоже на скрип двери. Как будто кто-то вошел.
— Здесь есть кто-нибудь? — Раздался голос из коридора.
Мэгги и Майк уставились друг на друга, не веря своим ушам.
— Боже!
Дверь в комнату открылась. На пороге стояла молодая женщина в джинсах и шелковой блузке, испуг на ее лице был отражением их испуга.
Мэгги шагнула, на мгновение почувствовав, что сейчас потеряет сознание, и едва слышно прошептала:
— Роза!
Глава 19
— Мэгги? — В голосе Розы тоже звучало изумление. — Мэгги, что ты здесь делаешь?
Мэгги не отвечала. Радость охватила ее, словно гора свалилась с плеч.
— Мы думали, что ты умерла!
— Умерла? — повторила Роза удивленно. — Почему вы так решили?
— Мы не знали, где ты. Мы думали… и он сказал…
Она остановилась. В двух словах невозможно было описать то, что произошло. На мгновение все случившееся показалось Мэгги кошмарным сном, ведь она видела Розу, живую и невредимую, такую же как всегда.
Майк первый нарушил тишину, и его голос, взволнованный и немного злой, дал ей понять, что все это не сон:
— Где ты была, черт возьми?
— Что это значит: «Где ты была, черт возьми?» — огрызнулась Роза в ответ на его обвиняющий тон. — Я уезжала, разве не ясно?
— Не сказав никому, куда едешь? Мы безумно волновались за тебя.
— Не понимаю почему. Разве я должна отчитываться перед вами обо всех моих поступках? И вообще, когда я уезжала, тебя здесь не было. Ты был в лагере со своими школьниками. И я пыталась тебе дозвониться отовсюду, где был телефон. Но международная связь так плохо работала, что я не могла ни разу соединиться с тобой.
— Международная связь? Откуда?
— Из Южной Америки. — Роза кинула сумку на стул. — Господи, мне надо выпить. Я путешествовала целую вечность. А когда в аэропорту не смогла найти свою машину, дежурный сказал, что ее перегнали на другое место. Представляете! Нельзя даже машину оставить на стоянке, чтобы ее не передвинули!
