со славным городом Брашовом сразу закончилась. Румынским купцам товар вернули, договор о беспошлинной торговле брашовяне стали соблюдать, злословие пошло на убыль.
Поняв, что поучительная история почти окончена, толпа напряглась. Князь вот-вот должен был сделать выводы из своего рассказа, и именно эти выводы следовало принять, как обещанный совет.
- Так пусть мой пример послужит вам уроком! - докончил государь. - Я всё ждал чего-то, а надо было сразу казнить одного склочного человека, и раздорам конец! Именно таков мой совет - не робейте и сделайте то, о чём давно помышляли. Избавьтесь от старика.
Такого совета никто не ожидал.
- Государь, неужто ты советуешь нам... - осторожно начал один из пятерых крестьян, против которых судился Хория.
- Советую, - невозмутимо ответил Влад. - А если государь вам посоветовал, то вы можете смело следовать совету, и это не будет считаться преступлением. Вы ведь сделаете всё по государеву слову.
- Шутишь, государь? - пятеро крестьян заулыбались, после чего заулыбалась почти вся толпа.
- Да вовсе я не шучу, - правитель вопреки общему веселью оставался серьёзным. - Я вам советую избавиться от этого склочника. А вот нравится или не нравится вам мой совет, это вы думайте сами.
- Что же это делается!? - испугался старик Кукувя. - Это ж меня сейчас укокошат!
- Ну, смотри, Кукувя! - крикнул кто-то из толпы. - Теперь, если что, есть у нас на тебя управа. Нам государь разрешил.
Народ весело загоготал, однако старосте, как представителю местной власти, было не до смеха.
- Государь, да неужто ты это всерьёз? - изумлённо спросил Тадеу.
- Всерьёз, - по-прежнему не поддаваясь общему веселью, ответил Влад. - Думаю, что последовать моему совету окажется легко. Когда старик опять примется воевать, так сразу найдутся охотники придушить его голыми руками.
- Что же это делается!? - заметался Кукувя. Он беспомощно поворачивался то к одному, то к другому. - Это ж мне и до именин не дожить! В декабре... В этом году на воскресенье выпадет... Мне яблочного пирога дадут...
Жалобный вид недавнего сквернослова почему-то никого не тронул.
- Ишь, совсем по-другому заговорил! - усмехнулся кто-то в толпе.
- А ты веди себя тихо, - посоветовал старику один из соседей Хории, - тогда можешь не бояться.
Кукувя сверкнул на непрошеного советчика глазами, угрожающе потряс палкой:
- А ты... а ты... ты..., - начал он, но вдруг сник и замолчал.
- Вот как сразу стало тихо и хорошо! - воскликнул князь.
- Государь, - запричитал Кукувя, - скажи им, что ты пошутил, а то они ж на самом деле меня укокошат! Я же знаю этих окаянных! Я же им как соль в глазу! Ух... - он сдвинул брови, хотел что-то выпалить и вдруг снова сник.
- Нет, всё останется, как есть, - ответил Влад. - А чему ты удивляешься, старик? Ты долго сквернословил, столько раз поминал дьявола, что дьявол к тебе явился. Ты не зря упоминал дьяволово семя. Моего отца называли Дракул, а я Дракулов сын. Получается, что дьяволово семя - это я и есть. Поэтому не жди, что я поступлю как человек богобоязненный. Я - Дракул, поэтому у меня всё навыворот и не как у людей. Вот, к примеру, я выехал сегодня со двора с твёрдым намерением успеть в монастырь к обедне. А теперь посмотри на солнце и сочти, который час! Обедня в монастыре вот-вот начнётся, а мне надо одолеть ещё половину пути! Вместо того чтобы заботиться о спасении своей души, я теряю время на склочников вроде тебя!
Тут староста, многозначительно оглянувшись на толпу, подступил к князю и произнёс:
- Государь, а не желаешь ли послушать обедню у нас? Конечно, наша обедня будет попроще, чем монастырская. У нас читают хуже и поют не так красиво, но всё-таки это лучше, чем ничего. Раз уж сегодня ты окончил судейство в то время, когда положено начинаться обедне, так останься, пока служба не кончится. Мы просим!
- Государь, мы просим! Просим! - хором грянула толпа.
Влад задумался, но совсем ненадолго - обстоятельства сами подсказывали, что приглашение надо принять. К тому же Войко, который на протяжении всего судейства ничем не привлекал к себе внимание, вдруг встрепенулся и поддержал общую просьбу:
- Останемся, господин?
- Что ж, - произнёс князь, ещё немного помедлив для вида, - если мне случилось оказаться здесь в урочное время, то я, пожалуй, останусь. Видно, сам Бог так устроил. К тому же, меня мучает жажда, а вода из колодца лучше, чем из походной фляги.
- Я покажу дорогу, государь! - воскликнул обрадованный Тадеу, ухватил княжеского коня за повод и потянул за собой.
Толпа заволновалась, загомонила и почти сразу пришла в движение, освобождая проход к одной из улиц, ответвляющихся от наезженного тракта. Когда Тадеу свернул на эту улицу, из людской гущи вдруг выскочил мальчик, который, почти прилипнув к боку старосты, спросил:
- Деда, деда... Бабушке что сказать?
- Беги, скажи, чтоб несла воду в серебряных стаканах, - отвечал Тадеу. - И хлеб чтоб несла. Прямо к церкви чтоб несла, - он на мгновение задумался, а затем добавил громовым голосом, обращаясь к толпе. - Эй, братцы! Вы не мешкайте, позаботьтесь о государевых слугах. Я ведь говорил вам, что государя принимать - дело непростое. Когда государь ест и пьёт, это значит, что едят и пьют все его люди.
- Это верно, - усмехнулся правитель.
- Государь, - совсем тихо произнёс староста, - а старика ты хорошо напугал. Может, месяца на три он и успокоится.
- Я дал вам средство, как успокоить старика навсегда, а не на три месяца, - громко ответил ему Влад. - Я не шутил, когда советовал. Не пытайся толковать мои слова так, как тебе удобнее.
* * *
Князь Влад согласился присутствовать на службе в деревенском храме не потому, что хотел оказать местным жителям милость, а из-за странного чувства, будто соприкоснулся с таинственной и великой силой. "Ты старался успеть к обедне? - сам себе говорил правитель. - Так вот она обедня. Именно тогда, когда ты смирился с мыслью, что на обедню не попадёшь, тебе предложили послушать обедню. Разве не чудо? Чудо. И притом самое настоящее".
"Конечно, - рассуждал Влад, - Бог мог тотчас перенести тебя вместе
