выберем.
— Мне тоже, — тихо, словно каждое слово несло угрозу, ответил тот. — Тогда берём женщину.
Кондрат не стал спрашивать, почему, но предположил, что тот отталкивался от довольно сексистских суждений, типа женщину будет легче запугать и заставить молчать. Кондрат же давно для себя уяснил, что здесь не зависит от пол, сплетничают все. Важен скорее характер человека. Но спорить не стал, наоборот, лучше, если выберет именно человек из секретной службы.
Он ткнул пальцем в женщину.
— Ты. За нами.
— Куда?
— За нами, — повторил Кондрат.
— А мои вещи?
— Только одежда.
Они дождались, пока она оденется. Низенькая рыжеволосая пампушка лет под тридцать с огромными круглыми очками, которые, казалось, могли её перевесить. Она едва поспевала за ними, ей приходилось едва ли не бежать. За ней, будто карауля, чтобы не сбежала, шёл временный напарник.
Едва они сели в экипаж, который сразу тронулся, человек из секретной службы сразу начал её инструктировать.
— Как вас звать? — его голос скорее вызывал панику, чем желание ответить.
— Мопси. Ульса Мопси.
— Миссис Мопси, вы, как гражданка империи, будете обязаны выполнить свой долг, произнёс он. — Я предупреждаю, что всё, что вы увидите или услышите, является государственной тайной и карается, за разглашение которой предусмотрена только смерть без суда и следствия.
— А… а что я делать-то должна?
— Вы получите инструкции на месте. Вы не задаёте вопросов. Вы не говорите о том, что увидели и услышали. Вы ничего не уносите с собой. Вы сообщаете любую полученную или известную вам информацию. Работайте на благо империи и империя отблагодарит вас.
— А что я делать-то должна? — испуганно повторила женщина.
— Работать по вашей прямой специальности, — отрезал он и больше не произносил ни слова.
Тем временем они уже подъезжали к стенам замка.
Внутри их ждал полный кавардак. Пока Кондрата и Канта не было, во дворец успели вернуться всевозможные чиновники и знать, составляющая свиту. Отсутствие императора сразу вызвало вопросы, и весь замок погрузился в шёпот о самом страшном. Ко всему прочему все входы и выходы были закрыты, и каждый, кто пришёл, выйти уже не мог. Всё ради того, чтобы придержать распространение информации, но кто-то уже пытался закатить скандал.
Хуже было то, что здесь и принц проснулся, и принцесса, и директор секретной службы вернулся. Вот последнего меньше всего хотел видеть Кондрат, понимая, что это сразу приведёт в конфронтации двух служб, слишком схожих по своему предназначению. Только ситуация была иной: одни без императора лишились силы и права действовать, а другие, наоборот, на фоне этого обрели силу.
Другими словами Вайрин, молодой юноша, столкнулся лоб в лоб с директором секретной службы, прожжённым старым чистильщиком. Они стояли друг напротив друга, готовые пойти на всё, чтобы отстоять именно своё право.
— Послушай, мальчик… — пытался снисходительно произнести директор, имя которого многие и не знали.
— Мальчиком своего сына будете называть. Для вас я господин Легрериан, — с угрозой произнёс Вайрин.
— Не тебе мне говорить, что делать, — пытался тот давить, всем видом показывая, что Вайрин для него лишь пустяк. — Ты здесь имеешь только номинальную власть, поэтому не зарывайся.
Но Вайрин был таким же пустяком, как и кость в горле. И сейчас, когда никто его формально не мог остановить, и он становился главной силой в стенах замка, Вайрин отступать был не намерен, особенно, когда секретная служба оказалась в уязвимой позиции. Не имея чётких уставов и действуя, как личные головорезы императора, деятельность которых никак не регламентировалась, законных оснований они каких-либо не имели. Да и были сейчас в конкретном меньшинстве.
— О, номинальную? — улыбнулся Вайрин и огляделся. Стражи было сейчас около него больше, чем людей из секретной службы. К ним он и обратился. — Вот по номинальной и буду действовать, а вы… как там вас, я даже не знаю, можете шататься по округе и ловить комаров. На этом ваши обязанности всё.
Он обернулся к солдатам.
— Слушать мою команду! Никого не выпускать, тем более всех из секретной службы! Это приказ!
— Нас они не остановят, — тихо предупредил директор.
— Кто попытается выйти, я, Вайрин Легрериан приказываю именем защитника императорского двора, назначенного покойным Его Величеством императором Ангарии Натарианом Барактериандом стрелять в любого, кто покинет замок без разрешения! Включая его, — ткнул он пальцем в директора.
Сейчас был ключевой момент, подчинится ли стража Вайрину или страх перед авторитетом директора секретной службы возьмёт верх. И… стража вытянулась и салютовала, показывая, что приняла приказ. Директора перекосило.
— Ты за это заплатишь, мальчик.
— Не, не думаю, дядя, — улыбнулся тот в ответ.
Это было даже немного предсказуемо. Никто не любил секретную службу, но если до этого им ничего не могли сделать из-за прямого покровительства императора, то сейчас те оказались беззащитны. Плюс, если что, вся ответственность будет на Вайрине, а потому никто был не против лишний раз ткнуть в секретную службу.
Но между тем, Кондрат, заставший эту ситуацию в самом разгаре, обратил внимания и на принца, который издали наблюдал за сценой. С его губ не сползала плотоядная улыбка чеширского кота, который наслаждался распрями. Будто главный источник всех неприятностей в округе, который теперь с удовольствием пожинает плоды своих трудов. Встретившись с Кондратом взглядом, тот прищурился, после чего подмигнул и удалился.
Неприятная личность, очень неприятная, и Кондрат был бы рад, не пересекайся с ним в ближайшее время от греха подальше.
Он перехватил Вайрина уже на выходе, когда тот оставил за спиной директора.
— Как у вас тут? — был первый и самый насущный вопрос.
— Да потихоньку, вот отбился от секретной службы… — Вайрин бросил взгляд за спину. — Псины облезлые… Пришлось раскатать их. А вы как? Привезли алхимика?
— Да, выбрали женщину одну. Думаю, справится. А патологоанатом.
— Уже приехал. Можно, в принципе, начинать. Быстрее начнём быстрее закончим, как говорится.
— А что насчёт остальных? Свита императора, Тонгастеры?
— Понятно, что все уже всё знают, даже несмотря на то, что никто им ничего не говорил, но пока я вроде как удерживаю их внутри.
— Тонгасетры?
— Тут проблем нет. Они лучше остальных понимают, что пока надо удержать распространение информации. Больше всего проблем с секретной службой. Пока был жив император, они были на коне, а сейчас…
— Не хотят терять первенство.
— Именно. И пытаются прогнуть
