у своего помощника. Тот никогда не скрывал своего истинного отношения к империи, в которой он родился и прожил большую часть своей жизни. К людям, которые населяли Астрэйелль. К отцу, которого считал предателем. Здесь, правда, Димостэнис считал, что Ориф сильно не прав. Глава Дома Югрэлли, не доложив властям о связи своего непутевого наследника со смертной и всего лишь изгнав из лона семьи, спас ему жизнь, прировняв себя к отступникам.
За запрещенные союзы неодаренным была уготовлена смертная казнь, а шактам вырезали хьярт в назидание, и чтобы другим неповадно было, а если каким-то чудом наказуемый выживал, отправляли в ссылку на север, в горы, на рудники.
Вопрос был лаконичен, но помощник естественно понял, что Дим имел в виду не эту комнату.
— Только не говори, что у тебя нет пути назад.
Ориф запустил обе пятерни в свои непослушные кудри, едва доходящие до шеи. Кстати тоже по традиции княжества — носить короткие волосы. Его лицо сделалось очень серьезным, даже отрешенным, на какое-то мгновение Диму показалось, что он и вовсе не ответит.
— Там живет женщина, которую я люблю, — все же произнес он, — мы несколько аров были вместе и даже собирались заключить союз.
Он скривил тонкие губы.
— Но?
— У нее свои представления обо всем. Она живет ради цели. Меня и мои чувства она всегда использовала в своих интересах. Астрэйелль далеко — сила притяжения ослабевает.
— Как же все эти девицы, о которых ты рассказывал?
— Один из способов побега.
Димостэнис вдруг рассмеялся. Ориф бросил на него возмущенный взгляд.
— Я над собой, — заверил его глава службы. — Мой первый помощник, один из главных людей всего нашего дела, основывает свою службу не на чувстве долга, верности к правителю, стране, а на несчастной любви к чужеземке. То есть не «для», а «на зло».
Это было настолько абсурдно, что даже не хотелось об этом думать.
— Что за день сегодня такой! — Димостэнис тяжело выдохнул.
— У каждого свои проблемы, — философски заметил Ориф.
— Что это у тебя? — Иланди решил, что на сегодня с него хватит.
— У! — помощник потряс в воздухе небольшой книжонкой. — Не поверишь, свод правил от пятисот тринадцатого ара после Энергетического Взрыва, написанный самим Стэлларом.
Дим протянул руку.
— Старыми буквами, — протянул он, — даже не переписанный.
Ориф состроил кислую физиономию.
— Терпеть не могу.
— Заставляли учить в детстве? — не мог не поддеть помощника Димостэнис.
Тот фыркнул, но предпочел не открывать своих отношений с забытым алфавитом. Видимо, о мертвых либо хорошо, либо никак.
Дим бегло пролистал страницы. В самом деле, самый настоящий свод, написанный одним из самых ярких правителей династии Эллетери. Ведь именно этот далекий предок Аурино изменил государственный строй государства, создав империю, управляемую Советом и лишив монарха абсолютной власти.
— Нашли у одного дельца на границе, собирался переправлять в княжество, — пояснил Ориф, — открыли сейф, а там книги. Он так вопил, как будто у него последний кусок хлеба отнимаем.
— Я думаю, истинные ценители могут дать не менее ста золотых за этот антиквариат. Не плохой куш.
Помощник покачал головой.
— При обыске у него изъяли столько золота, что он мог бы купить себе тысячу таких книжонок, но он и то так не горевал. Я решил, что под древней обложкой может скрываться тайная переписка со службами долины.
Дим заинтересованно посмотрел на собеседника.
— Я уже проверил две другие — чисто. Осталась эта, — Ориф тяжело вздохнул и притянул фолиант к себе.
— Ладно, так и быть, возьму на себя, — Димостэнис положил ладонь на свод.
Помощник простер руки в потолок.
— Спасибо тебе, о Великий Зелос! Что послал мне такого доброго и понимающего начальника!
— Услуга за услугу, — прервал Иланди его благодарственные молитвы. — Мне нужно найти одну целительницу.
Ориф потянулся за чистым листом бумаги и взял перо в руки.
— Угу. Целительница, — быстро черканул он, — дальше.
Дим слегка откашлялся, в горле все еще першило.
— Она — женщина.
— Я понял. Ты уже сказал, — Ориф поднял глаза на слегка растерянного главу службы. Правда, тот этого даже не заметил. Помощник прикрыл улыбку ладонью и вновь уткнулся в бумагу.
— По большому счету это все.
Ориф округлил глаза.
— Тебе всех скопом или в очередь выстроить? Ты представляешь, сколько целительниц-женщин только в Эфраноре?!
Представлял. Только, что он мог еще добавить? Дим помнил маленькую фигурку, закутанную в темный плащ в коридорах замка Дайонте. В том, что он видел именно ту самую целительницу, он уже не сомневался. Однако для него оставалось загадкой, как и с какими целями, она попала в дом.
— У нее очень необычный дар, — все же вымолвил он, понимая, что что-то сказать должен, если хочет, чтобы Ориф ему помог. — Ты знаешь, что все целители пользуются не силами стихий, а своими внутренними ресурсами. В крайнем случае — они водники. В ней же горел огонь. Сильный. Яркий. Словно живое пламя. И самое главное — она напрямую пользовалась энергетикой мира.
Дим как обычно прикусил губу.
— Даже не знаю, как тебе объяснить. Она не накапливала в себе силу, она брала ее у стихии, и… и как бы проводила сквозь себя.
— О, как! — Ориф внимательно наблюдал за собеседником, слегка изогнув одну бровь. — Просто проводила?
— И отдавала ее мн… объекту, которого врачевала. Теперь все. Хотя нет — у нее есть летун.
Иначе бы как они оказались на вершине горы?
Димостэнис отвернулся к стеллажам.
— Еще у нее длинные волосы.
Правда из-за темноты и своего состояния он не видел даже их цвета. Он рассеяно перебирал бумаги. Ему было просто необходимо найти ту целительницу. Внутри него до сих пор горел огонь, и это не давало покоя. Прошло столько дней с их встречи, а он все яснее понимал, что, если не будет еще, хотя бы одной, мысли о ней сожгут его дотла.
— Подать сэю Иланди целительницу! — веселый голос Орифа выдернул его из мира грез. — Женщину, с необычным даром, красивую, длинноволосую!
— Я не говорил, что она красивая.
Послышались быстрые росчерки пера по бумаги.
— Хорошо! НЕ красивую, — податливо повторил помощник.
Димостэнис покачал головой.
— Это если будет время.
Он погасил огневик и пошел к двери.
— До завтра. Если придешь первым, скажи Клиту и Айберу, чтобы дождались меня.
Иланди остановился, вслушиваясь в ночную тишину. Закрыл глаза, пытаясь уловить энергетику мира, окружающую их. С его руки сорвался серебристый импульс, ударил помощника в плечо, опрокидывая того на пол вместе со стулом. Там, где только что была голова Орифа, со свистом пролетел болт, оставляя за собой брызги стекла и врезался в один из стеллажей.
