тела было понятно, что он может развивать огромную скорость, а форма черепа свидетельствовала о том, что он не только усилен и хорошо защищен природной броней, но и скрывает, как я подозреваю, немаленький мозг, и эта двухсоткилограммовая туша явно не тупая.
— Исида, отговори детей и расскажи наконец, что это за разновидность кошачьих? По его виду я подозреваю, что, как и дроги, он мне не по карману, так что предлагаю вернуться к более дешевым котятам и собачкам, — обратился я к все так же ехидно улыбающейся Исиде.
— О, великий глава рода Шосе Дэйчиро, я не имею право отговаривать членов рода Шосе и тех, кто находится под твоей защитой, ведь я не вхожу в твою семью. — Я сейчас придушу эту наглую и злопамятную девицу, только бы сил хватило. — Данный кот принадлежит к виду благородных Тессеров, которых испокон веков держали при дворах влиятельнейшие из владеющих как телохранителей и убийц владеющих. Видишь ли, о мудрейший Дэйчиро, Тессеры могут временно отключать свой мозг, что делает их невидимыми для манипуляторов, а подкравшись к жертве в рывке они достигают скорости в сто пятьдесят километров в час и в схватке могут убить даже высокоданового владеющего. Правда ценой своей жизни, потому сейчас эти животные и не используются из-за появления огнестрельного оружия и, можно сказать, своей одноразовости. Несмотря на регенерацию, ум и силу сейчас благородные Тессеры больше статусные животные.
— Статусный значит дорогой. Дети, мы, к сожалению, не можем купить этого котяру. — Обратился я к детям. На что они печально вздохнули, понимая, что не видать им такого любимца.
— Ну, дело в том, что данный благородный Тессер достанется вам как подарок, этот магазин принадлежит моей бабушке, и она захотела вам что-нибудь подарить. Она у меня очень добрая. — Исида улыбалась во все тридцать два зуба. Услышав слова этой акулы, дети возликовали и прильнули к барьеру с Тессером, а тот начал вылизывать свои яйца, словно домашний кошак, которого ничто не может беспокоить.
— Дети! А пойдем, посмотрим дрогов? Они интересней этого дранного кошака. — Было бы неплохо вместо этого кошака получить боевого дрога даром. — Дроги будут с вами гулять и играть, у них есть руки и они смогут возить вас на себе.
Но все было тщетно, этот огромный кошак таки оторвался от своих яиц и издал такой громогласный рык, что все дети, сперва заинтересовавшиеся дрогами, вздрогнули от неожиданности и теперь смотрели на эту кошатину восхищёнными глазами.
— Кошки говорят мяу! Не рычи, не то кастрирую, — обратился я к коту, но тот словно не понял моих слов и вновь обрадовал детей своим громогласным рыком. В этот момент к нам подбежал работник магазина и я обратился к нему. — Этого кастрировать, а после прислать в гостевой дом клана Сиоко.
— Мяуууу! — Жалобно раздалось из вольера, а на меня уставились умоляющие кошачьи глаза.
— Отставить кастрирование! Кошатина, ты мне не нравишься! И если хоть раз накосячишь быстро лишишься своих мешочков, ты меня понял? — По тому, как кот яростно и утвердительно закивал головой, я понял, что он понимает, с кем связался. — Исида, а доброты твоей бабушки хватит на парочку дрогов?
Остальные дни, что мы провели в городе Картос и на территории клана Сиоко, были наполнены какой-то безмятежностью. И я и дети искренне радовались этим счастливым дням, даже Пушок и то млел от того, что дети с ним играют. А вот меня он сперва ни во что не ставил, но парочка тренировок, которые я провел на нем, дали ему четкое понимание, что показываться мне на глаза и демонстрировать свое высокомерие чревато не только сильными ударами, но и пинком по яйцам, на которых почему-то мать природа костяную защиту не нарастила. Меня все эти дни никто не беспокоил, и никто не спрашивал, какое решение насчет Исиды я принял. Только вечером перед уездом к нам зашли представители города Картас и сказали, что будут рады, если я все-таки решу принять гражданство этого города, но давить на меня или ставить условия как некоторые города они не будут. Также вечером ко мне зашел Хаос, который сказал мне, что Исида будет сопровождать меня до города Ичьхилак, и о своем решении я должен сказать ей лично. Он посетовал на то, что, по его мнению, Тогшила поторопился с давлением и предложением о заключении договора о браке. Хаос считал, что клан поспешил с брачным договором, и мы с Исидой сами решили бы вопрос о том, хотим ли мы быть вместе как муж и жена, нам надо было просто не мешать.
Состоялся разговор с Эми об Исиде, моя малышка заявила, что Исида испытывает ко мне сильные эмоции. Все-таки зря я тогда спросил, что за эмоции испытывает Исида, так как малышка залилась краской и наотрез отказалась мне рассказывать какие мысли у Исиды громче всего.
Дорога обратно до города Ичьхилак была спокойной, всё-таки защита и гарантии безопасности города Картас и клана Сиоко стоят немало. Так я думал до того, как на второй день танк, шедший в главе нашей колонны, не разорвало на куски, словно лист бумаги. Пустотник работал точечно, я и Исида еле успели подхватить детей и выпрыгнуть из броневика, который тут же смяло как консервную банку от силы пустоты, что сама по себе довольно редка, а подобный уровень силы практически не встречается среди разбойников, это явно заказ. С неба раздался характерный треск, знакомый мне еще с детства, с таким звуком падает сплетенный из молний венец, и что-то мне подсказывает, что он не защитного типа, а затем послышался звук пуска систем залпового огня. Бьют по площадям.
Мышцы трещали, моя предельная скорость была достигнута за пару секунд, за спиной послышался оглушающий треск столкновения кольца сплетённых молний, сейчас он раскрывался, и в нашу сторону неслась волна из молний. Наша небольшая колонна была уничтожена за несколько секунд, ни хваленая разведка, ни бойцы Картаса, ни наемники клана Сиоко не смогли обнаружить засаду. Пустотник замедлил колонну, а владеющий силой молний накрыл венцом всю колонну. Это не бандиты, эти владеющие с серьезными данами должны состоять в серьезном отряде, против которого можно сражаться, но тогда погибнут дети. Мысль сформировалась за доли секунды, я, изнывая от тех усилий, что вкладывал в бег, с трудом догнал Исиду, которая бежала непринужденно и явно могла бежать быстрее, но завидев, что я хочу что-то сказать, она замедлила свой бег.
— Забирай детей, я их задержу, — Крикнул я и Исида остановилась. Я внутреннем зрением
