год. Ты должен получить диплом.
— Но… но папа! Посуди сам, ведь диплом — это лишь бумажка! Если полет удастся, я буду достаточно знаменит, чтобы получить любую работу, какую только захочу. А если мы погибнем, никакой диплом мне не понадобится.
Мистер Дженкинс покачал головой.
— Росс, я принял решение.
Каргрейвз заметил, что юноша сдерживает слезы. От этого он стал выглядеть старше. Когда Росс снова заговорил, голос его дрожал.
— Папа…
— Да, Росс?
— Если я не могу лететь, то нельзя ли мне хотя бы помочь им с переоборудованием ракеты? Им не помешают лишние руки.
Каргрейвз посмотрел на него с новым интересом. Он понимал, чего стоил мальчику этот отказ.
Мистер Дженкинс удивился, но тем не менее сразу ответил:
— Разумеется, можно. Но лишь до тех пор, пока не поступишь в колледж.
— Ну, а если к этому времени не все будет готово? Мне не хочется бросать дело на полпути.
— Это делает тебе честь. Хорошо, в таком случае можешь работать над проектом до второго семестра. Это моя последняя уступка, — он повернулся к Каргрейвзу. — Я рассчитываю на то, что вы уделите некоторое время образованию. — И опять обратился к сыну: — На этом закончим, Росс. Когда тебе исполнится двадцать один год, можешь, если будет угодно, рисковать своей головой и лететь на космическом корабле. Откровенно говоря, мне кажется, что ты и тогда не опоздаешь стать первым человеком на Луне, — он поднялся.
— Альберт…
— Да, Марта? — он предупредительно обернулся к супруге.
Она отложила вязание и сказала:
— Позволь ему лететь, Альберт!
— Что? Что ты хочешь сказать?
— Позволь мальчику лететь на Луну. Да, сперва я была против, но доктор Каргрейвз убедил меня. Он прав, а я ошибалась. Нельзя удержать птицу в гнезде. Я была против. Но разве можно ожидать иного от матери?
Нашу страну открыли люди, которые не боялись пуститься в дорогу. Прапрапрадедушка Росса пересек горы в повозке, запряженной мулами, и освоил те места, где мы теперь живем. Ему тогда было девятнадцать лет, а его жене — семнадцать. В нашей семейной хронике записано, что их родители побоялись отправиться в путь, — она вздрогнула и сломала одну из своих спиц. — Мне непереносима сама мысль о том, что наша кровь охладела, — миссис Дженкинс поднялась и быстрым шагом вышла из комнаты.
Плечи ее супруга поникли.
— Я даю тебе свое согласие, Росс, — тихо сказал он. — Я желаю вам удачи, доктор. А сейчас извините меня… — И он покинул комнату вслед за своей женой.
Глава 5
А трудностей все больше
— Далеко еще? — крикнул Арт, пытаясь перекрыть голосом рев двигателя и вой ветра.
— Посмотри по карте! — ответил Росс и крутанул баранку, объезжая кролика. — Пятьдесят три мили по шестьдесят шестому шоссе до развилки и еще семь миль по проселку.
— По шоссе мы проехали около сорока миль, — ответил Арт, — так что развилка уже совсем скоро, — он окинул взглядом пустынный ландшафт Нью-Мексико. — Скажи на милость! Сколько свободной земли! Одни кактусы да койоты — и куда столько?
— А мне нравится, — ответил Росс. — Смотри, чтобы шляпа не слетела.
Прямая ровная дорога была пуста на много миль вперед, и Росс дал газу. Семьдесят миль… восемьдесят… девяносто… девяносто пять. Колеблющаяся стрелка спидометра приближалась к трехзначной цифре.
— Эй! Росс!
— В чем дело?
— Твоя машина того и гляди развалится. Хочешь нас угробить?
— Эх ты, котенок, — Росс улыбнулся, но все же сбавил обороты.
— И вовсе нет, — возразил Арт. — Если мы свернем себе шеи по пути к Луне, тогда мы — герои. Но погибнуть накануне старта — чистая глупость.
— Хорошо, хорошо… Это та самая развилка?
Вправо, теряясь в пустыне, сворачивала пыльная грунтовая дорога. Проехав по ней около четверти мили, автомобиль затормозил у преграждавших путь стальных ворот. По обе стороны тянулся внушительный забор, увитый колючей проволокой. Табличка на воротах гласила:
ОПАСНО! НЕОБЕЗВРЕЖЕННЫЕ МИНЫ
ДАЛЬШЕ ВЫ ИДЕТЕ НА СВОЙ СТРАХ И РИСК
НИЧЕГО НЕ КАСАЙТЕСЬ ОБО ВСЕХ ПОДОЗРИТЕЛЬНЫХ
ПРЕДМЕТАХ СООБЩИТЕ ВЛАСТЯМ
— То, что надо, — сказал Росс. — Ключи у тебя?
За забором располагался заброшенный военный полигон. Его площадь составляла более восьми миллионов акров. Разумеется, саперы могли бы очистить эту зону, но правительство не пожелало расходовать деньги ради приведения в порядок куска пустыни. Однако эта территория оказалась идеальным местом для воплощения замыслов Каргрейвза: просторная площадка, трудясь на которой можно было не волноваться насчет всякого рода любопытствующих. К тому же за нее не пришлось платить аренду: Ассоциация ученых-ядерщиков предоставила ее Каргрейвзу бесплатно.
Арт протянул Россу связку ключей. Тот перепробовал их все, но ни один не подошел.
— Ты дал мне не те ключи, Арт… хотя нет. Это те самые, которые прислал нам док.
— И что же делать?
— Попробуем сбить замок.
— Подожди. Такой замок не собьешь. Может быть, перелезем?
— И перетащим оборудование? Не говори глупостей.
Замедляя ход, по пустынной дороге к воротам катил автомобиль. Он остановился, и из окошка показалась голова мужчины в военной фуражке.
— Привет!
— Доброе утро! — ответил Арт.
— Что вы здесь делаете, ребята?
— Пытаемся попасть внутрь.
— Вы что, не видите табличку? Впрочем, минутку… Нет ли среди вас некоего Дженкинса?
— Росс Дженкинс — это он. А я — Арт Мюллер.
— Рад познакомиться. Я — здешний управляющий, меня зовут Бьюченен. Так уж и быть, я впущу вас, хотя не уверен, что это стоит делать.
— А что такое? — Росс заговорил резким тоном, почувствовав, что его принимают за мальчишку.
— Ну… тут на днях произошел неприятный инцидент. Поэтому мы сменили замок.
— Несчастный случай?
— Кто-то проник туда, не повредив забор. В четверти мили отсюда он напоролся на мину.
— И… погиб?
— Да. Теперь он мертвее гробового гвоздя. Его обнаружили летчики. Ладно, впущу вас: у меня копия выданного вам разрешения. Только прошу вас не делать глупостей. Держитесь в окрестностях укрытия или на дороге, идущей вдоль линии электропередачи.
— Постараемся быть осторожными, — кивнул Росс.
— Надеюсь. Слушайте, парни, чего вам там понадобилось? Хотите поохотиться на кроликов?
— Точно. Ловим гигантского кролика ростом восемь футов.
— Да? Ну что ж, не выпускайте бедное животное за пределы зоны безопасности, иначе из него получится неплохой гамбургер.
— Мы будем осторожны, — повторил Росс. — А кто был тот человек, с которым произошло несчастье? И что он делал на полигоне?
— Ни то ни другое не известно. Койоты оставили от него только скелет. Установить личность невозможно. Внутри даже красть-то нечего: он взлетел на воздух еще до прибытия вашего груза.
— О! Наши ящики уже прибыли?
— Да. Контейнеры составили
