Вампироэльф, получив по затылку, в первые секунды не понял, что произошло, и моментально обернулся в сторону архимага, готовый столкнуться с неведомой опасностью.
– Прости Геренд. Я сделал это не потому, что ты плохой... – покаялся Парацельс и на секунду задумался. – А потому, что я хороший.
– Да ты просто мастер игры слов... – Геренд выдохнул. По его лицу было видно, что он рад возвращению волшебника. Всё же Тёмные ваниар оказались очень могучими и умелыми воинами. Даже с силой высшего вампира и инквизитора сражаться с ними оказалось очень и очень непросто.
Тем не мене с приходом Парацельса ситуация моментально изменилась. Архимаг щёлкал противников как орешки, просто одним взмахом руки. Одно заклинание выводили из строя сразу нескольких противников вне зависимости от их уровня силы. Однако в битву вмешался один неучтённый фактор, который Парацельс никак не мог предусмотреть.
У одного из Тёмных ваниар оказалось при себе‑мем оружие. Точно такое же какое было у Мадьяка.
Пластина на его предплечье отодвинулась в сторону, выдвинулось странного вида дуло, похожее на раструб лейки. Воин прицелился в Беатрису, стоявшую к нему спиной.
– Леди, сзади! – крикнул Парацельс и пучком молний моментально сбил Тёмного ваниар с ног. Однако тот уже успел выстрелить, спасительной коровы поблизости не оказалось. Из раструба вырвалось странное облако частиц, преломляющее свет под причудливыми углами. На огромной скорости оно устремилось прямо к своей жертве.
Обладавший высокой реакцией Геренд попытался сбить Беатрису с ног, чтобы предотвратить попадание, но опоздал. Опоздал лишь на мгновение. Облако странного излучения ударило по Беатрисе. Леди‑инквизитор в последний момент прикрылась рукой, приняв на неё основной заряд. После чего рухнула на пол и застыла.
Парацельс быстро вырубил оставшихся противников, кого оглушил, а кого и напоил до невменяемого состояния. Архимаг склонился над Беатрисой, уже готовя чары исцеления. Рука леди выглядела скверно – она на глазах покрывалось странного вида коростой, похожей на панцирь насекомого. В то же время на ней на глазах вспучивались крупные пузыри с белесым гноем. Плоть словно гнила заживо...
– На мне... наложены... многочисленные защитные заклинания... – прошептала Беатриса с закрытыми глазами. – Но они... не работают... не реагируют... словно со мной ничего... не происходит...
– Сейчас всё исправим! – пропыхтел волшебник, шепча заклинания.
Под действием его силы странное проклятие прекратило распространяться. Магия Парацельс ослабила действие заразы, однако не смогла полностью избавится от неё. По сути Парацельс убирал лишь симптомы. А первопричина ловко уходила от него. Под воздействием так называемого мем‑оружия человеческая плоть начинала разлагаться как будто сама по себе, без явных на то причин. Никаких тебе вирусов, ни зловредной магии... просто тело гниёт заживо. Ты его лечишь, а оно начинает с начала...
– Я попала на Луну практически без ничего... – с разочарованием произнесла леди‑инквизитор. Лицо её исказилось словно от сильной боли. Стойко переносила пытку, не выказывая слабостей. – Без нормального снаряжения... так бы я ещё поборолась...
– Леди, берегите силы... – попросил Парацельс, полностью сосредоточенный на исцелении. Он вливал в леди свои силы раз за разом, пытаясь понять причину происходящего, но каждый раз терпел поражение. Стоило ему прекратить лечение, как проклятие быстро отвоёвывало утерянные позиции.
– Парц... ‑‑ раздался за спиной голос Геренда. – Я думаю, что местные могут нам помочь...
Обернувшись, Парацельс увидел, что вампироэльф тащит к нему неизвестного фермера‑ваниар, весьма пожилого на вид, с длинной аккуратно подстриженной бородой и усами, по‑пижонски зачёсанными острыми кончиками вверх.
– Вовсе не обязательно тащить меня за шиворот, сударыня, я бы и сам пошёл, – проворчал фермер, даже не делая попыток освободиться. – Вы девушка на удивление сильная, хотя по вашим тонким рученькам и не скажешь...
Но Геренд делал своё дело молча и с настойчивостью истинного вампира.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– С кем имею честь говорить? – поинтересовался Парацельс, не отрывая рук от раненной Беатрисы. Силушки у него имелось более чем достаточно. Если он и не вылечит леди, то по крайней мере поможет ей продержаться достаточно долго.
– Меня зовут Эвелд Севергор, я капитан орбитальной стражи в отставке, – сказал ваниар, представ перед Парацельсом. – Точнее бывший капитан. В настоящее время скромный земледелец, хозяин этой фермы. Решил после службы пустить корни, так сказать, и повыращивать немного кактусокапусты... Хотя вряд ли это моё начинание будет иметь успел после прихода к власти Тёмных ваниар и падения династии последнего короля...
– Даже я не могу ничего сделать с этой штукой, – Парацельс снова бросил взгляд на руку леди и не поверил своим глазам. Зараза опять расползлась, хотя десяток секунд назад он благополучно полностью исцелил руку. Убрав, по крайней мере внешние проявления. – Какая невероятная порча... Ты знаешь, как это вылечить?
– Это не порча... – в благоговении произнёс владелец фермы. Одного взгляда на руку Беатрисы ему хватило, чтобы его тон кардинально изменился. Он даже говорить начал с придыханием и неким суеверным ужасом. – Это мем‑оружие... Жуткое порождение гомункулов, биотворцов Тёмных ваниар... Оно воздействует не на материю или пси‑поле, а напрямую на нашу реальность...
– Ещё больше непонятных слов... – проворчал архимаг. – Вкратце, что это?
Фермер постарался объяснить, как мог:
– Я сам не вполне понимаю... В общем, мем – это единица значимой для культуры информации. Технологии Тёмных ваниар сделали из них оружие...
– Каким образом информация может убивать? – волшебник по‑прежнему недоверчиво смотрел на фермера.
– Они каким‑то образом придают реальным объектам свойства объектов информационных, – пояснил ваниар. – Или что‑то вроде того... гниющая плоть – один из самых распространённых вариантов воздействия. Наши тела как правило стремятся к жизни... мем‑оружие может изменить этот вектор в противоположную сторону. То, что стремилось к жизни, начинает стремиться к смерти и увяданию.
– Её можно как‑то вылечить? – поинтересовался Парацельс у фермера.
– У нас есть медицинская станция в подвале, – ответил тот. – В ней есть режим очистки от мем‑энергии. Но... она крайне старая и работает очень медленно... Придётся подождать, если мы хотим гарантированно вылечить эту женщину.
– Сколько времени уйдёт? – уточнил Парацельс.
– Сутки, не меньше, – пояснил фермер. – Всё это время женщина будет полностью обездвижена и недееспособна.
– Что ж... – вздохнул архимаг. – Поработаем с тем, что имеется...
Беатрису они быстро отнесли в подвальное помещение. Миания и знакомая их по первой встрече женщина‑фермер переодели раненную в некое подобие комбинезона из белой материи, после чего леди‑инквизитора поместили в стеклянную капсулу, наполненную зеленоватой жидкостью. Это и оказалась то самое загадочное медицинское устройство, о котором говорил капитан в отставке.
– Мессир... – слабым голосом произнесла леди‑инквизитор из‑за стекла, пока ваниар заканчивали вводить настройки курса лечения. Зелёная жидкость пока полностью не заполнила пространство, и Беатриса могла говорить. – У меня к вам... только одна просьба...
– Да‑да, леди? – наклонился волшебник. – Я всё для вас сделаю!
– Пока... меня... лечат... – голос Беатрисы стал немного крепче и громче. – Прошу, не творите глупостей! Не сражайтесь с тёмными ваниар! Не обостряйте ситуацию! Не делайте её ещё хуже, чем она уже есть!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Леди...
– Или я на вас кляузу накатаю по возвращению! Лично Императору!
Парацельс аж задохнулся. Подобного коварства от Беатрисы он никак не ожидал. Просто удар ниже пояса. Само воплощение подлости. Если уж Великий и Ужасный архимаг чего‑то боялся в этой жизни, то никак не Тёмных богов, не архидемонов, не сущностей за гранью понимания или ещё чего‑то подобного в том же духе... Повышение налогов или очередные штрафы пугали его куда сильнее.
