в феврале 1994 года, и Президент РФ был вынужден согласиться с этим решением.
С предложением об амнистии бывших членов ГКЧП и их соратников (1991 года), а также активных участников первомайской демонстрации 1993 года, разогнанной ОМОНом, и участников сопротивления президентской власти в 1993 году, возглавляемого А. В. Руцким и Р. И. Хасбулатовым, выступил в Государственной Думе Владимир Вольфович Жириновский, председатель ЛДПР, партии, набравшей на выборах в Госдуму РФ первого созыва наибольшее число голосов.
ЛДПР пользовалась огромной популярностью у народа до появления на политической арене «Единой России», к которой российские граждане быстро прониклись уважением благодаря мгновенно возникшему и всё более укреплявшемуся авторитету В. В. Путина, нового Президента РФ и создателя этой новой партии.
Призыв В. В. Жириновского амнистировать людей, выступивших против Горбачёва и Ельцина, а затем, через два года, против амбициозных устремлений уже одного Ельцина, заставил депутатов Госдумы вспомнить предысторию событий.
Территория истории
Путч-91 возник не на пустом месте: ему предшествовало возмущение среди части интеллектуалов советского общества, настроенных по-прежнему, по-советски. Одним из его проявлений стало письмо 12 общественных деятелей «Слово к народу», напечатанное 23 июля 1991 года в «Советской России». Вот выдержки из него:
«Что с нами сделалось, братья? Почему лукавые и велеречивые властители, умные и хитрые отступники, жадные и богатые стяжатели, издеваясь над нами, глумясь над нашими верованиями, пользуясь нашей наивностью, захватили власть, растаскивают богатства, отнимают у народа дома, заводы и земли, режут на части страну, ссорят нас и морочат, отлучают от прошлого, отстраняют от будущего — обрекают на жалкое прозябание в рабстве и подчинении у всесильных соседей?.. Сплотимся же, чтобы остановить цепную реакцию гибельного распада государства, экономики, личности; чтобы содействовать укреплению советской власти, превращению ее в подлинно народную власть, а не в кормушку для алчущих нуворишей, готовых распродать всё и вся ради своих ненасытных аппетитов; чтобы не дать разбушеваться занимающемуся пожару межнациональной розни и гражданской войны».
Произведение, конечно, писательско-публицистическое, смысл которого не до каждого дойдет. Вот когда осмелевший Егор Гайдар, не тем будь помянут, нимало не подумавши, горячо призвал москвичей с телеэкрана выйти защищать демократию в октябре 1993 года, он, неизвестно по какой причине, прямо называл опасные места, где пули могли свистнуть со всех сторон. Многие тогда вздрогнули от неожиданности. Тем не менее кто-то воодушевился и пошел, и… лучше бы не ходил. А тут — как, кому и каким действием ответишь?
Подписали письмо известные люди. Три писателя: Юрий Бондарев, Александр Проханов, Валентин Распутин; знаменитый скульптор, тогдашний президент Международного фонда славянской письменности и культуры Вячеслав Клыков, певица Людмила Зыкина, военачальник Борис Громов, ученый Эдуард Володин, политические деятели Юрий Блохин и Геннадий Зюганов и еще три человека, которых объединяло то, что все они потом проходили по делу ГКЧП: Валентин Варенников, Василий Стародубцев и Александр Тизяков.
Самым последовательным из негодовавших по поводу наступления «иных времен» оказался генерал армии, участник Великой Отечественной войны, получивший звание Героя Советского Союза за руководство операциями в Афганистане, заместитель министра обороны СССР — главнокомандующий Сухопутными войсками Валентин Иванович Варенников.
Все амнистированные не без радости согласились с амнистией от Думы. Все, кроме Варенникова. Он задумался. Что же ему ставили в вину? Да, в июле 1991 года В. И. Варенников подписал то публицистическое «Слово к народу». В ГКЧП месяц спустя, правда, не входил, но его действия поддерживал: накануне даже слетал в Крым к Горбачёву. 20 августа был вызван министром обороны СССР в Москву, «чтобы помочь навести порядок». Но порядок уже наводили другие. Так кто же, извините, «перевернул» государство? Чей «государственный переворот» оказался удачно осуществленным?
Вот почему, когда Госдума РФ приняла смелое решение об амнистии, Варенников, подумав, решил бороться за свою правду.
Итог: 11 августа 1994 года Военная коллегия Верховного суда РФ вынесла оправдательный приговор единственному отказавшемуся от амнистии В. И. Варенникову за отсутствием в его действиях состава преступления.
3 февраля 1995 года Президиум Верховного суда РФ оставил в силе оправдательный приговор. Человек с честью вышел из политической передряги. В те годы само время проверяло и определяло людей, а не только вдруг возникающие, совершенно неожиданные обстоятельства.
В Госдуму Геннадий Николаевич Селезнёв вошел коммунистом, членом КПРФ и соответствующей думской фракции. Однако Сергей Вадимович Степашин, его земляк, политик, бывший председатель правительства Российской Федерации, затем многолетний председатель Счетной палаты РФ, ныне глава Императорского православного палестинского общества, уточняет, детализирует политическую позицию Селезнёва, считая ее более обширной и многообразной.
Вспоминает С. В. Степашин:
— Во-первых, для меня Геннадий Николаевич — ленинградец. Я в Москву, как и он, приехал из Ленинграда. Селезнёв — это ленинградская «Смена», одна из лучших молодежных газет и не только молодежных. Я, естественно, ее выписывал, читал. Очень жаль, что она прекратила выходить. Затем, конечно, «Комсомолка», «Правда» — очень сложное и тяжелое время. В «Комсомолке» Геннадий Николаевич выглядел уже как демократ, точно не ортодокс. Кстати, одни из интереснейших там были и публикации господина Руслана Имрановича Хасбулатова. Откуда Ельцин его и узнал. Когда его предложили сначала зампредом, а потом председателем Верховного Совета, Ельцин спрашивает: «Кто такой?» — «Да он у Селезнёва печатался». — «А-а-а». Для Ельцина это был аргумент.
Ну и, конечно, близкое знакомство — это работа в парламенте. Когда я работал в Верховном Совете, тем более что у меня был Комитет по обороне и безопасности, я не стеснялся давать интервью в тогдашнюю «Правду». Тем паче что я вместе с Волкогоновым был соучредителем левого центра. Многие посмеивались — как центр может быть левым? Может. И это близко к социал-демократии. Геннадий Николаевич, на мой взгляд, был ярким представителем левого центра. Настоящий российский социал-демократ.
…В этом его суть: человека с позицией, помнящего и знающего историю, человека принципиального, но не ортодокса, а человека, смотрящего вперед. Очень жаль, что ему тогда пришлось уйти из фракции, кое-кто его чуть ли не ревизионистом называл. Ничего подобного! Левая идея, не связанная с диктатурой и кровью, сегодня самая популярная в большинстве стран Восточной Европы, в Латинской Америке, да и во многих других странах. Так что он смотрел вперед и шел впереди.
В Госдуме РФ первого созыва, в которую он был избран по общефедеральному списку КПРФ (№ 9), Г. Н. Селезнёв стал заместителем председателя Комитета Государственной Думы по информационной политике и связи. К нему сразу потянулись не только новые люди из новых СМИ, но и бывшие коллеги. Один задумал создать новейшую и необыкновенно интересную для публики газету. Другой приходил посоветоваться о том, как коллективу их старой редакции выжить в новых условиях. Третий горел желанием восстановить еще дореволюционный иллюстрированный журнал. Геннадий Николаевич помогал всем.
Леонид
