характеристика древних философских школ, помещены жизнеописания многих исторических лиц. Весь материал, собранный Бань Гу, изложен им с конфуцианских позиций.
Наиболее наглядно взгляды Бань Гу проявились в оценке им учений своих предшественников. Самого себя Бань Гу считал истинным конфуцианцем, но это не означало его полного согласия с официальной придворной идеологией. Современных ему конфуцианцев, он считал «недостойными», заявляя, что они утратили «истинный смысл» учения Конфуция. К оценке же прочих учений Бань Гу подходил с позиций их соответствия с конфуцианством или, напротив, расхождений с ним.
Важное место в истории китайской общественно-политической мысли занимают экономические взгляды Бань Гу. Он был сторонником активного вмешательства государства в экономическую жизнь, поддерживая высказывавшиеся уже идеи государственного регулирования рынка, скупки государством продовольствия в урожайные годы и его распродажи в неурожайные, чтобы предотвратить резкие колебания цен.
Для настоящего перевода выбраны отрывки из глав «Продовольствие и товары» и «Литературные произведения», помещенные в хрестоматии «Избранные материалы по истории китайской философии (период двух Хань)» (т. 2, Пекин, 1960).
Е. П. Синицын
Глава двадцать четвертая. Продовольствие и товары
Ли Куй[1073] наставлял вэйского Вэнь-хоу в том, как до конца использовать силы земли, для чего следовало из ста квадратных ли[1074] земли, что составляет девяносто тысяч цин[1075], вычесть одну треть, занятую горами, болотами и поселениями, и в результате останется шесть миллионов му[1076] земли. Если усердно обрабатывать землю, то с одного му соберешь на три доу[1077] больше, а если не проявить усердия, то на столько же меньше. На ста квадратных ли разница между высшим и низшим урожаем составит один миллион восемьсот тысяч ши[1078] зерна.
И еще он говорил: если зерно очень дорого, то это наносит ущерб народу, а если оно очень дешево, то это наносит ущерб земледельцам. Если народу нанести ущерб, то он разбредется; если земледельцам нанести ущерб, то государство обеднеет. Поэтому и от чрезмерной дороговизны, и от чрезмерной дешевизны вред одинаков. Кто искусен в управлении государством, тот добивается, чтобы и народ не потерпел ущерба, и земледельцы все более старались.
Ныне один человек содержит пятерых, обрабатывает сто му земли, в год собирает полтора ши с му, а всего сто пятьдесят ши зерна. Налог в размере одной десятой урожая составляет пятнадцать ши, за его вычетом остается сто тридцать пять ши; на питание идет полтора ши в месяц на человека, на пятерых человек в год уходит девяносто ши зерна, остаток составляет сорок пять ши. Один ши стоит тридцать цяней[1079], что дает тысячу триста пятьдесят цяней. Если вычесть триста цяней, идущих на обряд преподнесения семейным и местным духам плодов нового урожая и на весенние и осенние жертвоприношения, то останется тысяча пятьдесят цяней; на одежду на одного человека уходит триста цяней, а на пятерых человек в год уходит тысяча пятьсот цяней, нехватка составит четыреста пятьдесят цяней. При этом еще не учтены расходы в случае несчастий, болезни, смерти, а также чрезвычайные налоги государя. Вот почему земледельцам так трудно и среди них есть такие, которые думают не о том, чтобы старательней пахать землю, а о том, чтобы цены на зерно еще более повышались.
Поэтому тот, кто искусен в выравнивании цен на зерно, непременно тщательно следит за тем, какой урожай в данном году — высокий, средний или низкий. Высокий урожай в пять раз выше средней урожайности, и [у земледельца] остается излишек в четыреста ши; средний урожай в три раза выше средней урожайности, и [у земледельца] остается излишек в триста ши; низший урожай в два раза выше средней урожайности, и [у земледельца] остается излишек в сто ши. При незначительном неурожае [земледелец] собирает сто ши, при среднем неурожае он собирает семьдесят ши и при сильном неурожае — тридцать ши.
Итак, при высоком урожае государь закупает три части его и оставляет [земледельцу] одну, при среднем урожае он закупает две части его, а при низшем урожае — половину, народу остается достаточно, а цены остаются ровными. При незначительном урожае выбрасывается то, что было запасено при низшем урожае; при среднем неурожае выбрасывается то, что было запасено при среднем урожае; при сильном неурожае выбрасывается то, что было запасено при высшем урожае. И распродается. Поэтому, если даже и будет неурожай от наводнения или засухи, зерно не будет дорогим и народ не разбежится, оттого что излишками будет возмещена нехватка.
Глава тридцатая. Литературные произведения (философские школы)
...Конфуцианская школа берет начало от чиновников приказа культа и просвещения, [она] помогает государям следовать силам инь и ян, разъясняет, как добиться изменений воспитанием. Она ищет образованности в шести канонах[1080], останавливает внимание на [вопросах] человеколюбия и чувства долга, истоки ее восходят к Яо и Шуню, в принципах своих она следует Вэнь-вану и У-вану, своим первоучителем она считает Чжун-ни и всем этим возвеличивает свое учение, в вопросах Пути она занимает высшее место. Конфуций говорил: «Если я кого-то усиленно восхваляю, это уже проверено»[1081]. Процветание при Тане и Юе, изобилие при Инь и Чжоу, славные дела Чжун-ни — все это проверено и дало результаты. Глупцы уже утеряли в нем тончайшее и сокровенное, низкие люди поднимали и принижали его вслед за веяниями времени, отступили от основ Пути, морочили толпу, чтобы добиться благосклонности. Последующие шли по тому же пути, поэтому пять канонов получили различные толкования, конфуцианское учение пришло в упадок, в этом — бедствие от недостойных конфуцианцев.
Даосская школа берет начало от чиновников-историографов. Она записывает из поколения в поколение путь успехов и поражений, существования и гибели, горя и счастья, древности и нынешних времен, чтобы потомкам было известно, как держать в руках основное и схватывать сущность, сохранять себя чистотой и умеренностью, оберегать себя уничижением и слабостью, это искусство для сидящего лицом к югу государя. Она согласуется с уступчивостью Яо, «смирением» «И цзина»[1082], за одно смирение они получают четыре выгоды, в этом ее достоинство. Но если распущенный человек будет осуществлять это учение, то он будет стремиться пресечь ритуал и ученость, откинуть человеколюбие и чувство долга, считая, что, только опираясь на чистоту и умеренность, можно осуществлять управление.
Школа «инь-ян» берет начало от чиновников Си и Хэ[1083]. Она следует за Великим Небом, опирается на знамения, даваемые Солнцем, Луной и созвездиями, наставляя народ устанавливать сроки [для сельскохозяйственных работ], в этом ее достоинство, Если твердолобый человек будет осуществлять это учение, он
