Читаем без скачивания Происхождение человека и человечества. - Юрий Губин

акие-тои человека и если мы говорим, что существуют какие-то кио эволюционной значимости. В девятнадцатом веке, когда закончился передел мира и в колониях установился относительный порядок, который позволил более подробно изучить образ жизни, культуру, обычаи и внутренний мир народностей проживавших на этих территориях. Путешественниками, антропологами, этнографами был собран огромный фактический материал. При его анализе учёными Англии, Франции, Германии, Соединенных Штатов и других стран было замечено, что он практически весь, что касается культуры первобытных народов, поддаётся систематизации. Это происходит потому, что у жителей колоний отдаленных друг от друга тысячами километров, а порой находящихся на противоположных сторонах Земли, присутствует поразительная похожесть. Многие этносы в образе жизни подобны друг на друга в мельчайших подробностях. У них были обнаружены одни и те же психические феномены и установки, магические, религиозные обряды и церемонии, аналогичны традиции, одни и те же отношения к смерти, болезни и рождению. Всё это говорит об одном источнике возникновения. Где-то в каком-то районе планеты продолжительное время происходило формирование первоначальных форм всего вышесказанного, а затем носители данной информации распространились по всей Земле. Именно тогда, в то далёкое от нас время была создана стройная система реакций на окружающую действительность и выработаны объяснения её процессов (пусть даже и не схожих с нашей). Она была объединена естественной философией построенной на аксиомах и их следствиях выявленных в результате опыта в процессе защиты от окружающей среды. Это была великая победа человеческого разума! Вот об этом наша следующая глава.

 Читатель, скорее всего уже заметил, что автор пытается создать логический поток в освещении антропогенеза, который представляет собой наличие струйных логических образований в некоторых вольностях интерпретации значительного количества косвенных фактов, на основании которых и строится данная книга. Но сам поток всё-таки помещён в берега наших логических возможностей, нашей же гипотезы на фарватере которой находится красная нить сукцессионного ряда антропогенеза.

 Данная книга и возникла - то в связи с тем, что в академической науке для создания стройной системы становления человека мало археологических фактов. Всё это из-за скудости находок на ранних этапах эволюции и хотя на средних и поздних находок несколько больше, но всё равно недостаточно. Приверженность современных учёных к фактическим материалам грозит застоем в вопросах определения происходивших процессов в данном периоде эволюции человека. Идёт накопление костных останков наших предков и их орудий труда, которые мало, что дают при рассмотрении образа их жизни. Их информативность очень мала. В связи с отсутствием реальных этнографических сведений приходится обращаться к косвенным данным. Вырванные из общего потока эволюционной направленности они представляют собой не совсем достоверные источники информации. Только в общем, логическом потоке, в котором сконцентрированы большое количество косвенных фактов, они могут работать как достоверные доказательства. Причём чем уже поток, тем он ими и более насыщен, поэтому косвенные факты и будут выглядеть более чёткими и убедительными, что автор, и старается выразить в данной книге.

Австралопитеки африканские (имеется в виду тот вид или подвид, который продолжил сукцессионный ряд восхождения к человеку. (Автор допускает условность названия этого вида), в течение, по крайней мере, одного миллиона лет в периоды аредизации и похолодания тягучей Виллафранкской регрессии, развивали и оттачивали приёмы добычи белковой пищи в ландшафтах вплотную примыкавших к местам основного проживания. Выход с территорий экологической ниши был необходим потому, что как белковой, так и растительной пищи из-за становившихся малыми по площади водоёмов, было не достаточно для нормальной жизнедеятельности. Поэтому данные приёмы и способы добывания пищевых компонентов в новых условиях и стали основной составной частью регламентированной, но усложнённой некоторыми психологическими моментами, условнорефлекторной стороной их жизни. Это происходило на основе критериев вида и психологических форм, соответствующих уровню развития головного мозга.

 Вы, уважаемый читатель уже, наверное, отметили в предыдущей главе, что эволюционный процесс гоминид на ранних и средних этапах антропогенеза шёл очень необычно для природы. Он постоянно вращался вокруг водоёмов. Заставляла крайняя специализация видов и особенная беспомощность самок обременённых медленно развивающимися детёнышами.

При изменении параметров в худшую для гоминид сторону, в сокращённой, реализованной нише, или условиях приближённых к ней по жизненно важным параметрам, в результате конкурентной борьбы оставались наиболее сильные и многочисленные ассоциации. В период стабилизации изменявшихся экологических факторов, популяции вида, которые были вытеснены ранее на периферии адаптационных зон, более удачливыми ассоциациями вытеснялись из экологической ниши в экатоны. Они начинали существовать автономно дав начало новым видам гоминид, которые не входили в сукцессионный ряд эволюции человека. Данные виды существовали не продолжительный период из-за несоответствия окружающих параметров с физиологическими критериями. Мы уже об этом говорили. В конце концов, автономность существования достигала в определённый эволюционный момент такого уровня, что происходил отрыв от экологической ниши, не важно по какой причине. Соответственно данные виды гоминид, не наработавшие в достаточной мере ещё приёмов изоляции от внешнего мира, уходя с ранее занимаемой территории, или вымирали в неблагоприятных условиях и ландшафтах, или адаптировались к каким-то новым определённым параметрам. Это значит, они занимали какую-то экологическую нишу в каком-либо биоценозе саванны или леса, и обосновывались там, прожив в нем не слишком счастливую и не очень долгую жизнь. Такие популяции в процессе адаптации вливались в какой-либо ближайший к ним биоценоз, и сразу переходил в разряд тупиковой ветви, а значит в сукцессионном ряду восхождения к человеку, им места не было. Так, что расширение ареала ранних гоминид никогда ни к чему хорошему не приводило. Предгоминиды и ранние гоминиды в таких случаях из-за своей жёсткой специализации очень быстро вымирали, а поздние, как некоторые виды австралопитеков хотя и существовали долгое время, но к человеку не вели. В данном конкретном случае, таким образом, появился Австралопитек массивный, а ещё ранее Австралопитек бейсовый исходной формой для создания, которых был Австралопитек афарский, при известных теперь нам обстоятельствах.

В связи с таким ходом замещения видов гоминид и первых архантропов так и запутан антропогенез и любая цепочка, составленная из найденных останков наших предков это всего лишь вопрос частного научного убеждения потому, что составить такую цепочку немыслимо. В связи с этим мы в данной книге просто определяем психологические параметры гоминид, какими они должны были стать на определённом этапе эволюции человека. Определить же данную форму как представителя сукцессионного ряда должны сделать антропологи и археологи, что на переходных этапах антропогенеза практически невозможно.

 Следует учесть, что с прибавлением прогрессивных критериев вида, реализованная экологическая ниша гоминид из-за более лучшей, с каждым новым их видом, адаптации к окружающим условиям, становилась всё шире, занимая прилегающие к фундаментальной экологической нише ландшафты. Поэтому вытесненные ассоциации начинали искать себе место или в саванном редколесье или в пограничных областях лес - саванны в каких-то усреднённых условиях максимально приближенных к параметрам основной экологической ниши. Там, под действием гнёта возникших экстремальных, малознакомых из-за прежней жизни, ситуаций и параметров быстро происходила их адаптация к этим условиям. Она шла путём определённых изменений биологических критериев, и, как правило, происходил резкий скачёк в развитии головного мозга и увеличение объёма связанного с его «функциональными обязанностями» по обслуживанию новых жизненных ситуаций. Без качественного изменения головного мозга, специализированному гоминиду в саванне, было просто не выжить.

Многие психические эффекты быстро развивающегося головного мозга, на всём протяжении эволюции предгоминид и гоминид были применены ещё австралопитеком африканским как приемником предковых форм сукцессионного ряда. В последствии качественную их доработку «организовал» головной мозг хабилисов (Homo habilis) отшлифовывая в охотничьих приёмах, чем постепенно увеличивал их возможности.