Летом 1960 года Хрущев побывал на строительстве экспериментальных домов в Усове, а затем и на строительстве Московской кольцевой автомобильной дороги. Было решено считать Кольцевую автодорогу границей Москвы и передать в распоряжение Московского горисполкома такие подмосковные города и поселки, как Тушино, Перово, Бабушкино, Ховрино и др.
В конце июля 1960 года Хрущев отправился на отдых в Ялту и пробыл там до конца августа. Еще со времен Сталина большинство государственных дач в Крыму размещалось в бывших царских дворцах или дворцах придворной аристократии. Это не нравилось Хрущеву и противоречило известному ленинскому декрету о передаче всех крымских имений царской семьи народу для организации здесь санаториев и домов отдыха трудящихся. По предложению Хрущева все бывшие дворцы превратились вскоре в музеи, открытые для посещения. Но не очень далеко от бывших царских имений выделялись участки для строительства новых государственных дач, которые создавались с учетом современных требований комфорта и архитектуры. Большая государственная дача строилась и в 20 километрах от города Гагры Абхазской АССР на мысе Пицунда. Часть пляжа и реликтового лесного заповедника отделялась от строящегося здесь же курорта двухкилометровой бетонной стеной. В дальнейшем именно эта дача стала местом отдыха Н. С. Хрущева.
После богатой событиями осени декабрь 1960 года прошел для Хрущева сравнительно спокойно. Его можно было видеть на большинстве концертов декады украинского искусства в Москве. Он присутствовал на торжественном открытии Университета дружбы народов, который получил вскоре имя П. Лумумбы. По замыслу Хрущева, предложившего идею этого нового учебного заведения, оно призвано было готовить кадры для молодых государств Азии, Африки и Латинской Америки и одновременно помогать распространению идей социализма и симпатий к СССР среди молодой интеллигенции в странах «третьего мира».
Хрущев мог быть доволен развитием промышленности, но с разочарованием знакомился с итогами сельскохозяйственного производства за 1960 год. Валовые сборы зерна и большинства других культур оказались меньшими, чем в 1959 году. Поголовье крупного рогатого скота увеличилось за год в колхозах и совхозах на 5 млн голов, а в частном владении уменьшилось на 2 млн, что свидетельствовало о массовой закупке скота у частных владельцев. Предполагалось, что на колхозных и совхозных фермах скот можно использовать более продуктивно. Но обычная во всех подобных кампаниях торопливость привела к обратным результатам. Производство мяса в стране в 1960 году уменьшилось на 200 тысяч тонн, а производство молока осталось на прежнем уровне. Лозунг, выдвинутый в 1957 году, о необходимости «догнать и перегнать Америку за 3–4 года» вспоминали теперь главным образом лишь в многочисленных анекдотах.
Печать не писала больше ничего и о «подвиге» тружеников Рязанской области. Ранее сообщалось, что они якобы перевыполнили три с половиной годовых плана по сдаче мяса за один год. На деле эти мнимые успехи явились результатом махинаций и нарушения закона. Свыше полутора десятков секретарей райкомов в области получили звание Героя Социалистического Труда за то, что в хозяйствах их районов отправили в 1959 году на мясокомбинаты значительную часть основного стада и молочных коров, а также забили на мясо отобранный под фиктивные расписки у частных владельцев скот. Когда эти меры оказались исчерпанными, на деньги колхозов и на взятые в банках кредиты в соседних областях начали приобретать в магазинах мясо и масло и затем его «сдавали» государству. В результате такой политики многие колхозы были разорены. В 1960 году область не смогла выполнить даже плановых заданий.
Убедившись в крахе своей авантюры, первый секретарь обкома А. Н. Ларионов покончил жизнь самоубийством. ЦК КПСС и правительству пришлось принимать срочные меры по оказанию помощи разоренным хозяйствам Рязанской области.
Н. С. Хрущев и проблемы культурной жизни в 1958–1960 годах
Наиболее известным событием культурной жизни СССР в 1958–1960 годах и одновременно одной из позорных страниц в истории советской культуры стала кампания против крупнейшего советского поэта Бориса Пастернака, которому в октябре 1958 года была присуждена Нобелевская премия по литературе за роман «Доктор Живаго». Роман этот создавался в середине 50-х годов. Его основная тема – судьба человека, запутавшегося в событиях революции и не сумевшего определить свое положение в годы Гражданской войны, отнюдь не была новой для советской литературы. Именно эта тема является главной в знаменитом романе «Тихий Дон», считающемся классикой советской литературы. Б. Пастернак отнюдь не считал свое произведение «антисоветским» и передал рукопись в редакцию «Нового мира», которую возглавлял тогда К. Симонов. Мнения в редакции разделились, и в конце концов журнал отказался публиковать роман. Лишь после этого Пастернак решил передать рукопись одному из «левых» итальянских издателей, и в 1957 году «Доктор Живаго» был издан в Италии, а затем и в некоторых других странах Запада. Роман вначале не вызвал никакой сенсации, не вызвал он и каких-либо публичных нападок или преследования писателя. Советская печать просто замалчивала происшедшее. Но замолчать присуждение Пастернаку, первому из советских писателей, Нобелевской премии по литературе оказалось невозможно. «Правда» опубликовала пространную статью Д. Заславского «Шумиха реакционной пропаганды вокруг литературного сорняка». Заславский утверждал, что Пастернак якобы никогда не был «подлинно советским писателем» и «даже в самое золотое свое время не числился в мастерах первого класса». Новый роман Пастернака, которого еще В. Маяковский относил к создателям лучших образцов «новой поэзии, великолепно чувствующим современность», Заславский назвал «политическим пасквилем, не имеющим никакого отношения к литературе», а главного героя романа, русского интеллигента, страдающего при виде жестокостей Гражданской войны, – «моральным уродом». Одно из погромных собраний, специально направленное против Пастернака, было устроено Московской писательской организацией. Как раз в разгар этой кампании в Москве собрался Первый съезд писателей РСФСР, образовавший Союз писателей РСФСР. Главный докладчик – писатель Л. Соболев обрушился на Пастернака как на «представителя декадентствующей интеллигенции», «собрата всех холодных циников» и даже «предателя». Эти грубые и несправедливые обвинения поддержали и другие участники съезда. Были, разумеется, забыты слова М. Горького, который считал Пастернака не только замечательным лирическим поэтом, но и «настоящим социальным поэтом, социальным в лучшем и глубочайшем смысле понятия».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
