Читаем без скачивания Хороший немец - Джозеф Кэнон

Не успел он всплыть на поверхность и хватануть ртом воздух, как рука схватила его за горло и стала заталкивать голову обратно в воду. Визг шин и крики с берега. Рука исчезла. Джейк вынырнул, отплевываясь.

— Эмиль.

Эмиль повернулся и посмотрел на берег — когда-то был сплошь забетонированный, теперь местами разрушен до оползней щебня. Шеффер со своими людьми осторожно спускались вниз, выбирая путь, но до кромки воды пока не дошли. Может, еще минута. Эмиль опять взглянул на Джейка, который все еще хватал воздух ртом, плечо — сплошная боль.

— Все кончено, — сказал Джейк.

— Нет, — едва прошептал он, не отводя от Джейка глаз. Не таких, как у Шеффера, не охотника, более отчаянных. Что сделаешь? Эмиль потянулся и снова схватил его за горло. И когда голова Джейка ушла под воду, его охватила безысходность — не от того, что он тонет, а потому, что проигрывает ложную войну. Не Шефферу, а тому неизвестному, против кого сражался. Последовал пинок в живот, который выбил из него остатки воздуха, в то время как рука схватила его за волосы и не пускала наверх. Проигрывает. Еще пинок. Он умрет. Следы от ударов вызовут не больше подозрения, чем синяки от ушибов. И Эмиль снова выйдет сухим из воды.

Он рванул голову вниз, потащив за собой Эмиля, царапая ему пальцы. Наносить удары под водой бесполезно. Ему надо разжать пальцы. Еще удар. Ниже пояса. Но тут рука отпустила его — наверное, испугался, что жертва утащит его с собой. Делай то, что он ожидает. Умри. Джейк стал погружаться еще глубже. В мутной воде Эмиль ничего не видел. Последует за ним? Пусть думает, что у него получилось. Он ощутил финальный удар, опять в плечо, и какое-то мгновение больше уже не притворялся, погружаясь все глубже, не имея сил вытолкнуть себя наверх. Головокружение перед потерей сознания. Его ноги ударились о крышу автомобиля. Ниже виднелась голова Гюнтера, которая, высунувшись из окна, колыхалась, как водоросль. Так же будет выглядеть и он. Ублюдки. Он опустился, согнув колени, — воздуха практически не осталось — и последним усилием оттолкнулся в сторону от Эмиля, к берегу.

— Вот он! — закричал Шеффер, когда голова Джейка вынырнула из воды. Задыхаясь, он втянул в себя воздух, выплевывая попавшую в рот воду.

Другой солдат забрел в воду, чтобы вытащить Эмиля, который потрясенно взглянул на Джейка, потом опустил голову и посмотрел на свою руку с царапинами, из которых сочилась кровь.

— Вы в порядке? — спрашивал Шеффер. — Какого черта вы не остановились?

Джейк продолжал хватать ртом воздух, дрейфуя ближе. Теперь никуда не денешься. Затем он почувствовал, как рука Шеффера схватила его за воротник и с силой потащила к берегу, затем схватила за ремень и рывком выдернула на сушу, как тогда из Юнгфернзее выловили Талли. Упав навзничь на разбитую бетонную плиту, он взглянул на Шеффера. Плеск воды, звуки капель — в нескольких ярдах от него на берег вышел Эмиль.

Джейк закрыл глаза, с трудом сдерживая тошноту от боли, затем открыл их и снова взглянул на Шеффера.

— Прямо здесь меня и кончишь?

Шеффер растерянно посмотрел на него:

— Не будьте идиотом. Давайте помогу, — сказал он, потянувшись к нему.

Но взял Джейка не за ту руку. Когда Шеффер потянул его вверх, плечо залила горячая боль и он, не сдержавшись, закричал. Это было последнее, что он услышал, прежде чем окончательно, но уже с облегчением, не потерял сознание.

Глава двадцатая

Плечо ему вправили в офицерском лазарете, недалеко от «Хижины дяди Тома», по крайней мере так ему сказали на следующий день, когда он лежал, отходя от морфия, под розовым синельным покрывалом на Гельферштрассе. Люди приходили и уходили, навестил Рон, старуха снизу была за няню, все какие-то нереальные, просто фигуры в тумане, как и рука, в белой марлевой повязке и пластырях висевшая на перевязи — совсем не его, кого-то другого. Кто они все такие? Когда вернулась старуха, Джейк ее вспомнил — владелица дома, но вдруг, к своему смущению, понял, что не знает даже ее имени. Затем с ней зашел незнакомец в американской военной форме, сделал ему укол, и они опять исчезли. Вместо них он увидел плавающее в воде лицо Гюнтера. Вопросы исчерпаны.

Позже, когда он проснулся, лицо все еще стояло перед глазами, и он понял, что туман в голове — следствие не только лекарств, но и опустошения, капитуляции, потому что он все сделал не так.

Джейк сидел у окна и смотрел в сад, где хозяйка срезала петрушку, когда наконец пришла Лина.

— Я так волновалась. Меня бы не пустили в госпиталь. — Только для военных. А если бы он умер?

— Ты хорошо выглядишь, — сказал он, когда она поцеловала его в лоб. Волосы подобраны наверх, платье, которое он купил ей на рынке.

— Это для Гельферштрассе, — ответила она. Они переглянулись, и она слегка покраснела, довольная, что он заметил. — Посмотри, Эрих пришел. Говорят, все не так страшно, только плечо. И ребра. Тебя от лекарств в сон клонит? Боже, эта комната. — Она деловито подошла к кровати и поправила покрывало. — Вот так, — сказала она, и на мгновение он увидел в ней молодую версию старой хозяйки, берлинку, жизнь продолжается. — Смотри, что принес Эрих. Это была его идея.

Мальчик, не отрывая глаз от перевязи, передал ему половинку плитки шоколада «Херши».

Растроганный Джейк взял шоколад. У него даже пелена с глаз отступила.

— Так много, — сказал он. — Я оставлю на потом, ладно?

Эрих кивнул.

— Можно потрогать? — спросил он, показывая на руку.

— Конечно.

Он провел рукой по пластырю, с интересом изучая способ перевязи.

— У тебя легкая рука, — сказал Джейк. — Из тебя получится хороший доктор.

Мальчик покачал головой:

— Аллес ист капут.

— Когда-нибудь, — сказал Джейк, голова по-прежнему туманная, затем опять посмотрел на Лину, пытаясь сосредоточиться, восстановить ясность мысли. Что они тут вообще делают? Его здесь держит Шеффер? Лина все знает? Он повернулся к ней. Пора с этим кончать. — Они взяли Эмиля.

— Да, он приходил на квартиру. С американцем. Такая сцена, ты бы только видел.

— На квартиру? — спросил Джейк. — Зачем? — Ничего не ясно.

— Он что-то искал, — сказал Эрих.

Документы, даже сейчас.

— Нашел?

— Нет, — сказала Лина, отводя взгляд.

— Он злился, — сказал мальчик.

— Ну, теперь он рад, — сказала ему быстро Лина. — Не волнуйся. Он уезжает, так что ему тоже повезло. — Она посмотрела на Джейка. — Он сказал, ты спас ему жизнь.

— Нет. Там по-другому было.

— Да. Американец тоже так сказал. Ох, ты всегда такой скромный. Как с той кинохроникой.

— И в том случае было не так.

— Уф, — сказала она, отметая его возражения. — Ладно, все закончилось. Хочешь чего-нибудь? Есть можешь?

Снова став деловитой, она нагнулась за рубашкой на полу.

— Я не спасал его. Он пытался меня убить.

Лина, не успев распрямиться, замерла с рубашкой в руке.

— Что ты несешь? Это все от лекарств.

— Нет. Все так и было, — сказал он, стараясь говорить четко и ясно. — Он пытался убить меня.

Она медленно повернулась:

— Почему?

— Думаю, из-за документов. Может, решил, что сможет. Кто знает.

— Это неправда, — сказала она тихо.

— Неправда? Тогда спроси, откуда у него царапины на руке.

На мгновение воцарилась тишина. Наконец кто-то кашлянул.

— Ну, допустим, мы все это забыли, а? — В дверях стоял Шеффер, за ним — Рон.

Лина повернулась к нему:

— Так это правда?

— Знаете, в автомобильной аварии каждый может заработать несколько царапин. Посмотрите на себя, — сказал он Джейку.

— Вы же все видели, — сказал Джейк.

— Непонятную ситуацию типа этой? Я видел только фонтан брызг.

— Значит, правда, — сказала Лина, садясь на кровать.

— Иногда правда оказывается слегка преувеличенной, — ответил Шеффер. — И не всегда соответствует действительности.

— Куда вы его отвезли? — спросил Джейк.

— Не беспокойтесь, он в безопасности. Но не благодаря вам. Надо же было выбрать, где совершать заплыв. Бог знает что в этой воде. Док говорит, что прежде чем отправлять его в Крансберг, нам лучше напичкать его сульфамидом. Может оказаться заразным.

— Вы отправите его в Крансберг?

— А куда, вы думаете, я его отправлю — к русским? — Он сказал это так добродушно и бесхитростно, с такой улыбкой, что в голове у Джейка окончательно прояснилось. Нет, это явно не Шеффер. Кто-то другой.

— Скажите мне правду, — заговорила Лина. — Это сделал Эмиль?

Шеффер замялся:

— Он, скорее всего, немного переволновался, вот и все. Давайте не будет вспоминать об этом. Мы здесь подлечим Гейсмара, и все образуется.

— Ну да, прекрасно, — расстроенно сказала Лина.