— У жителей Нового Сатурна есть что-то, что требует много энергии? — спросил мальчик.
— Получается, что да.
— А что это может быть?
— Не знаю.
Возвращались мы на Новый Сатурн уже с иным пониманием того, с кем нам предстоит столкнуться. Конечно же, точно сказать, что нас ждет, мы не могли, но теперь не осталось сомнений, что нам предстоит наладить контакт со сверхцивилизацией нашей вселенной.
Васечкин стоял на том, что они нас заметили в подпространстве и просто не питают к нам никакого интереса. Мы же с Катей считали, что у них просто нет таких технологий и что мы остались для них невидимы. Но разговоры об этом были не более чем способом скоротать время при перелете от Колец Дайсона обратно до планеты, потому как не было ни у нас с Катей, ни у Васечкина никаких фактов, говорящих о том, как эта цивилизация восприняла нас и восприняла ли вообще. Четыре часа полета к планете пролетели быстрее, чем такие же четыре часа полета к кольцам.
Прежде чем выходить из подпространства, мы решили, как и в случае с Гриндэем, облететь планету несколько раз. Начали с изучения темной стороны. По земному времени мы потратили на облеты ночного полушария более суток, но так ничего и не нашли. Когда мы спали, Элли продолжала поиски источников света с поверхности, свидетельствующих о наличии городов, но это полушарие в любой его точке представляло собой ледяную пустошь, над которой никогда в истории этой планеты не восходили солнца.
После завтрака мы отправились на дневное полушарие. Искать там города, конечно же, было сложнее, но зато увидеть косвенные признаки наземной распространенной по планете застройки было проще, ведь должны были быть дороги или еще какие конструктивные элементы коммуникаций между гипотетическими городами. Но и этого мы не обнаружили.
Васечкин сразу заявил, что цивилизация второго типа для перемещения по поверхности не использует дороги. Вероятно, им вообще не требуется физически что-либо перемещать, и вся деятельность их сосредоточена в онлайн-пространстве. Возможно, они даже освоили телепорт. И уж точно никому не надо никуда ездить, не надо переносить свое материальное тело, чтоб совершать какие-либо социальные дела. Я с ним согласен, но все же стоило исследовать поверхность. Одно дело теория, другое дело…
Как бы там ни было, мы не обнаружили ничего. Вся светлая сторона Нового Сатурна являлась практически мертвой песчаной пустыней. Почему я говорю «практически мертвой»? Потому что фауна все же там присутствовала в виде змей и насекомых, но распространена была не дальше нескольких сотен километров от полосы леса.
На изучение леса мы потратили несколько дней. Мы облетели планету по кругу сквозь лес и летели намеренно медленно. Мы были в восторге от обилия живых организмов в этом подобии земных тропиков. Жалко, Жоржа с нами не было! Я представляю его лицо при виде всего этого многообразия флоры и фауны! Жорж бы достиг настоящего катарсиса. Тут были и огромные хоботные, и приматы, и парнокопытные, и хищные кошки, и грызуны, и птицы, и пресмыкающиеся, в том числе и крокодилы, в реке плавали различные рыбы, а видов насекомых было не счесть. Эволюция жизни на этой планете шла тем же путем, что и на Земле. Все животные немного отличались от земных, но эти отличия были несущественны, и слон тут выглядел как африканский слон, разве что уши у него могли быть чуть меньше или цвет кожи светлее. Большие кошки, которых мы встретили, были почти как пантеры и тигры. Пантера была чуть худее земной, и силуэт ее напоминал изящного гепарда, а тигр имел черные полосы на коричневом теле и по пропорциям и размерам был как амурский тигр. Насекомые так вообще ничем не отличались от земных. Конечно же, здесь должны были быть и бактерии с вирусами. Это пугало нас больше, чем крупные хищники, но возможности уберечь себя от этой незримой угрозы у нас не было, и оставалось лишь надеяться на то, что наши организмы выстоят перед их атакой.
Мы пролетели над этой невероятной компьютерной платой все триста двадцать семь километров по ее длинной стороне. В ширину она составляла чуть более тридцати пяти километров — Элли нам все измерила. Некоторые сооружения мы пролетали насквозь, но не увидели там ничего принципиально нового. Различных видов роботов тут было бесконечно много: от огромных десятиметровых шагающих машин до созданий размером с цыпленка. Мы останавливались возле некоторых из них и рассматривали. К удивлению, мы не заметили у роботов ничего, что напоминало бы стволы оружия. Хотя как может выглядеть оружие цивилизации, которая строит Кольца Дайсона? Нужно ли им вообще оружие? Скорее всего, все эти создания были и правда ремонтниками и строителями. По крайней мере, их конечности-манипуляторы намекали на это.
Я принял решение уйти в лес и там уже выйти в пространство.
Сейчас Элли висела в нескольких метрах над землей, а до платы было не более двухсот метров. Сквозь просветы между деревьями было видно черные постройки, точнее элементы этого грандиозного компьютера. Слово «компьютер» мы тоже стали использовать, обозначая этот город, плату, огромную микросхему, макросхему, материнскую плату… В общем, как только мы это не называли!
— Выходим? — произнес я и окинул взглядом команду.
— Да, — сказал Саша.
— У нас нет выбора, нам придется наладить с ними связь, — сказала Катя.
— А мне страшно, — сказал Дима.
— Выйдем из подпространства, — начал я, — но к ним пойду только я. Вы ждите тут. Если что-то случится, то улетайте.
— Подожди, Юра! — Васечкин поднял указательный палец. — Что значит «что-то случится»? И куда улетать? Нужно разработать конкретный протокол действий на различные ситуации.
— Если они меня атакуют, — произнес я, — вы улетаете на следующую планету. Других вариантов нет. Скрыться за лесом от агрессивной сверх развитой цивилизации не выйдет. Если у них будет намерение истребить нас, то они это сделают, и игры в прятки вам не помогут. Не нужны никакие иные протоколы действий.
— Юра прав, — сказала Катя, — если сверхразум считает, что мы должны погибнуть, и начнет нас атаковать, глупо надеяться на то, что мы сможем как-то выжить на этой планете.
— Именно! Так что сразу уходите в подпространство и… ну, Элли маршрут знает.
— Хорошо, пожалуй, вы правы, — согласился Саша.
— Я пошел. Элли, выходи из подпространства.
— Выполняю.
В ту же секунду раздался оглушительный грохот, будто что-то взорвалось возле нас. Я почувствовал удар по телу. В ушах звенело. Элли, судя по всему, рухнула на землю, потому что я ощущал боль в левом колене, локте и в тазу, как после падения на бок с небольшой высоты на твердый пол. Каюту заполнил черный дым. Я невольно вдохнул его и начал давиться. Рядом кричали и кашляли мои друзья. За стенкой плакала Маша. Глаза резало. Пахло паленым пластиком. Я выполз на улицу и увидел, что наш корабль дымится, а крыша его пробита. Края полуметровой в диаметре пробоины оплавлены, словно по нам ударили чем-то с неба, со спутника. Лазером? Да, вполне может быть.
— Саша! — крикнул я.
Димка выпрыгнул из каюты и отбежал в сторону на несколько метров от Элли. Я вскочил, набрал воздуха в легкие и хотел зайти обратно, чтоб вытащить остальных, но в этот момент из корабля выскочила Катя с Машей на руках, а следом Васечкин. Я вспомнил, что в Элли есть антиматерия, которая постепенно расходуется и питает ее. Что, если сейчас произойдет аннигиляция? Я же понятия не имею, как там все устроено.
— Надо уходить! — крикнул я. — На всякий случай! Я боюсь, что Элли может взорваться!
Я не разобрал ответы, потому что в следующую секунду сзади раздался треск веток и скрежет металла. Оглянувшись, я увидел тянущееся ко мне сверху роботизированное щупальце. Оно обвилось вокруг моего тела и сжало до боли, но так, чтоб я все же мог дышать. Я оторвался от земли, издав стон. А дальше нечто на четырех ногах понесло меня сквозь лес к городу-компьютеру. Ветки били мне по лицу. Я слышал крики Кати, но не видел ее. Она была далеко. Я не понимал, что она кричит. Я кричал ей в ответ, чтоб она успокоилась, чтоб не тратила силы и что мы выберемся.
