на Channel One в гости к Слаю. Shine Eyed Gal и General Penitentiary — я репетировал с ними эти песни, когда был с The Wailing Souls».
Майкл Роуз подтверждает это: «Когда я начал петь с Uhuru, это были я, Дакки и Гарт Дэннис. Мы репетировали на одной площадке во дворе Гарта».
Дэннис говорит, что Роуз – тогда его чаще называли Тони – принимал участие в группе The Jays, еще одном восходящем вокальном трио Уотерхауса. «Редди [Рудольф Рид], Эррол Уилсон и Скунер [Ллойд Раддок], брат Кинга Табби, – вот кто такие были The Jays. Скунер уехал в Штаты, так что Редди и Эррол продолжали петь, и они позвали на поддержку Майкла Роуза. Я видел их в программе Where It’s At, и я слышал, как они играли несколько концертов. Это было до того, как он стал солистом Black Uhuru».
Роуз утверждает, что на первых записях Black Uhuru поют он, Дакки Симпсон и Эррол Уилсон; они сделали мощные песни, Wood For My Fire и Rent Man, обе посвящены тяготам жизни в гетто. «Дэннис Браун, мы для него их записали, – говорит Роуз, – но по каким-то причинам Rent Man вышла на лейбле Джо Гиббса».
Прежде чем войти в Black Uhuru, Роуз выпустил серию сильных синглов как соло-артист, и стать лидером группы для него было естественным ходом вещей. Он говорит, что его братья и Слай Данбар сыграли большую роль в его музыкальном развитии. «Я вырос в районе Уотерхаус. Отец мой работал на шоколадной фабрике, потом в стекольной компании, делал различные виды стекла и бутылок. Мой брат Джозеф обычно пел дома, и я тоже загорелся пением. Другой мой брат, Рэп Роуз, тоже пел. Джозеф работал в Министерстве труда, и когда у них бывали выходные, они с Рэпом пели на корпоративах. Они записали We Three Kings, рождественский хорал, на одной из небольших студий в Уотерхаусе, SRS, – это студия Ньютона Симмонса, небольшой двухканальник. Ньютон работал в аэропорту, кажется, в смотровой башне. Слай – тот человек, кто записал трек; Слай хорошо знал моего брата».
Роуз дебютировал на записи как диджей, наложив свой тостинг на песню Энделла Форджи, основателя журнала Reggae Swing. «Раньше мы были со звуковой системой Sammy, пели под микрофон и диджеили. Там мы и придумали мелодию под названием Woman A Ginal Fi True, и ребята попросили меня что-то сделать под нее».
В 1974–1975 годах Роуз произвел более заметную работу с Найни и The Soul Syndicate. «Я начинал петь как Дэннис Браун, и люди узнали обо мне. Найни захотел трек, поэтому мы сделали Freedom Over Me и Clap The Barber. Последний будет переработан как Guess Who’s Coming For Dinner (она же Dreadlocks Coming For Dinner), давая выход разочарованиям молодых дредов; вскоре он станет одним из главных хитов Black Uhuru. «Растаман может увидеть девушку, но ему не проводить ее домой, потому что он человек, который отращивает волосы, – объясняет Роуз. – Другие люди могут этого не понимать».
Роуз также выпустил завораживающий трек Observe Life для Ли Перри и вскоре расширил свой музыкальный опыт, выступая по отелям Северного побережья.
В 1976 году Роуз выпустил волнующую Running Round, и из всех его сольных работ именно эта песня отчетливо говорит о влиянии на него Дэнниса Брауна. На ритм-треке, как обычно, отличился Слай Данбар, который под своим лейблом Taxi сделает также версию Кена Бута Artibella в исполнении Роуза. Крепкая связь Роуза со Слаем даст особенно замечательный результат в Black Uhuru; певец говорит, что дебютный альбом группы, записанный в 1977 году, был первоначально задуман как пластинка Taxi. «Love Crisis должна была стать пластинкой для Слая, но этого так и не случилось, потому что Слай был в турне с Питером Тошем. Мы так хотели записать эти мелодии, что когда Джемми сказал, что он может сделать альбом, мы просто сделали его для Джемми». Альбом сразу же создал им репутацию глубоко корневого трио, с текстами, сосредоточенными на ценностях растафарианства и соответствующих социальных проблемах; кроме того, альбом поставил Принца Джемми в ряд суровых корневых продюсеров.
Дабы со многих из этих треков появились на Prince Jammy In Lion Dub Style — альбоме, который подчеркивал индивидуальные навыки ремиксов Джемми, противопоставившему свой подход подходу Кинга Табби: он делал больший акцент на тарелках и клавишных, с отлично представленной высокочастотной сферой и с выверенным уравниванием всех частот (эквалайзинг). Яркий, передающий многие настроения даб Джемми на возвышенный альбом Хораса Энди In The Light, записанный у Харри Джи в 1977-м для нью-йоркского продюсера Эвертона Да Силвы совместно с Огастесом Пабло и басистом Майклом «Mайри» Тейлором, был другим его шедевром. Позднее Принц Джемми сделает миксы некоторых минималистических, с добавлением эха, дабов Пабло, в том числе на песню Хью Манделла Africa Must Be Free.
* * *
Табби и Джемми также помогли придать форму умопомрачительным дабам, придуманным Майклом Кэмпбеллом, человеком, который изменил вектор ямайского радио благодаря его ночной программе Dread At The Controls. Возвышающийся надо всеми человек-башня, Кэмпбелл, более известный как Майки Дред, скончался от опухоли мозга в 2008 году в возрасте пятидесяти четырех лет, но вплоть до своей неожиданной кончины он был активен как исполнитель и записывающийся артист. Со своей домашней базы в Майами Дред рассказал, что его интерес к радио и электронике начался, когда он был мальчиком. «Я жил между Порт-Антонио и Негрил, и в Негриле я осознал всю силу электричества и связи. Я и мои друзья сняли небольшой генератор с руля велосипеда и вертели его до посинения. Потом взяли батарейку, подключили к велосипедному фонарику, и тот загорелся. Когда мне было двенадцать, я снова приехал в Порт-Антонио. В средней школе Titchfi eld, где я сдавал экзамены, я всегда был влюблен в математику и физику».
В то же время притягательность саунд-систем была для него неодолимой. «Я еще подростком играл на звуке под названием Safari; играл некоторые опасные мелодии: Satisfaction Карла Докинза и You’ll Be Sorry Фредди Маккея. Потом я играл на другом звуке, он назывался Sound Of Music, и именно в эти годы, на саунд-системах, я привил себе любовь к трансляции. В конце концов мы с друзьями создали радиостанцию в нашей школе и назвали ее Radio Titchfi eld. Возможно, мы единственная школа на Ямайке, которая когда-либо имела лицензию на вещание. Радиус действия радиостанции составлял пять миль, и нам пришлось сжать кое-какие частоты, потому что богатые люди, которые возят детей в школу на машине, слушают Real Jamaican Radio, так что я просто изменил
