не знал об этом, мне было бы достаточно результатов наблюдений. Ведь при любом кровотечении бани очень опасны, и причина этого очевидна: при нагревании кровь превращается в пар и газ, при этом приходя в движение и увеличиваясь в объеме. Кроме того, при горячих водных процедурах ткани становятся мягкими и слабыми. Как же им при этом не пострадать, если, с одной стороны, они стали более мягкими, а с другой — то, что может их разорвать, увеличилось в объеме и стало подвижнее? Именно по этой причине мы не используем горячие бани в качестве опустошающего средства для больных, у которых есть опасность разрыва вен из-за избытка крови. Теперь обратимся к оставшемуся третьему способу опустошения вен — к облегченной диете. Давайте выясним, что это такое, на примере трех видов этой диеты, указанных Эрасистратом. Первое — это скудная и нежирная пища. Второе — отсутствие всякой пище вообще. Третье — вызывание рвоты после еды. Ну, посмотрим теперь, как мы будем пользоваться такой облегченной диетой? Может, порекомендуем больному вызывать рвоту после еды? Но мы уже отказались от гимнастических упражнений из-за вызываемого ими напряжения; как же мы порекомендуем вызывание рвоты, которое сопровождается не меньшим напряжением? Ведь это очевидно даже для несведущего в медицине человека. Следовательно, нам остается или предписать полное голодание, или все же давать больному немного нежирной пищи. В последнем случае, даже если пища питает немного, она все же дает питательные вещества. А нам нужно не прибавлять, а убавлять количество вещества в сосудах. Итак, нам осталось прибегнуть, как к последнему якорю спасения, к средству скверному и мучительному — морить больного голодом. И после этого мы еще высмеиваем Аполлония и Дексиппа за то, что они морили голодом больных… Но я хотел бы напомнить тебе, что ты учил именно этому. Ведь ты и сам, как мне кажется, понимаешь, что голодание — не средство выведения лишнего вещества. Сначала я докажу свое положение, а затем приведу твои собственные свидетельства. Отсутствие пищи не принадлежит к разряду вещей сущих, так же как слепота или глухота: все это есть отсутствие чего-либо. Питание принадлежит к разряду вещей сущих, и назначение этой вещи — поступление в организм питательных веществ. Отсутствие же питания и само не является чем-то сущим, и назначение его ты не сможешь определить, как определяешь назначение потения, вскрытия вен и клизмы, то есть опорожнение, или назначение пищи, то есть питание. Так вот, голодание есть середина между тем и другим, то есть между опорожнением и питанием. Само по себе оно не питает и не опорожняет. Тогда почему, задает вопрос Эрасистрат, многие умирают от недостатка пищи? По нашему мнению, они умирают не от отсутствия пищи, иначе звери, которые зимуют в норах, не могли бы обходиться без пищи. Однако они обходятся без пищи, и Эрасистрат сам объясняет каким образом. Он говорит следующее: всякое живое существо способно дышать через поверхность тела, одно в большей степени, другое в меньшей, в зависимости от того, насколько пориста у них эта поверхность.
Существуют различные причины, увеличивающие или уменьшающие эту пористость, и не в последнюю очередь это состояние тела — теплота, холод, покой или движение. Когда окружающий воздух горяч, выделение через поверхность тела происходит наиболее интенсивно. При холодном воздухе и неподвижности животного поверхность его тела уплотняется и испарений через нее не происходит или они наблюдаются в малой степени. По этой причине зимующие и живущие в норах животные не нуждаются в пище. Их тело, находящееся в покое, становится холодным и вялым, а внешняя поверхность тела затвердевает от холода, поэтому в течение всей зимовки через поверхность ничего не выделяется. Так как не происходит никакого выделения, ничто и не нуждается в восполнении. Ведь это и есть функция питания, а животные нуждаются в питании, чтобы восполнить опорожнение. Итак, очевидно, что причина этой потребности — выделение с поверхности тела и необходимость восполнить выделенное пищей. Когда же устранена причина, по которой животное нуждалось в пище, то и сама потребность пропадает. Поэтому животные не нуждаются в пище во время зимней спячки, как не нуждаются в это время и в поступлении питательных веществ. Таким образом, совершенно очевидно, что не голодание является причиной опустошения, а пористость поверхности тела. Если же ты уплотнишь ее посредством холода и покоя, то какая польза будет от голодания? И, разумеется, если у пациента есть риск кровохарканья, надо остерегаться и физических упражнений, и любого перегрева тела. Ведь напряжение часто приводит к разрыву вен, то же относится к нагреванию и омовению. Итак, не нагревая тела, ты не выведешь из него лишнего вещества, а нагревая, упражнениями или омовениями, нанесешь большой вред, вызвав риск разрыва вен. Что же нам остается посоветовать таким больным, ведь голодание не может быть средством опорожнения без физических упражнений или разогрева тела в бане? Я думаю, следует, наконец, прибегнуть к вскрытию вен как к сильному средству очищения. Воистину, удивительно обилие способов опорожнения, которые можно применить вместо голодания. Использование одного этого метода мало помогает в нашем случае, ведь он не ведет к опорожнению. Если же использовать его в сочетании с другими методами, которые по природе своей приводят к опорожнению, то причиняемый таким лечением вред превысит пользу, приносимую опорожнением.
Комментарий
Трактат «О вскрытии вен, против Эрасистрата» небольшой, но крайне важный для Галена. Есть еще одно произведение, схожее по названию и смыслу, — «О вскрытии вен, против последователей Эрасистрата, живущих в Риме»[126]. Оба этих текста являются ценными источниками, так как в них, во-первых, представлен подробный рассказ об одной из важнейших составляющих клинической практики Галена и, во-вторых, содержатся сведения о взглядах Эрасистрата.
В начале сочинения «О вскрытии вен, против Эрасистрата» Гален говорит о том, что знаменитый александрийский врач не пользовался венотомией и никогда не описывал этот метод в своих трудах. Это заявление Галена может показаться довольно вызывающим, ведь он сам делает оговорку: Эрасистрат игнорирует венотомию, несмотря на то что «данный способ лечения, наряду с другими серьезными лечебными методами, был в большом почете у его предшественников» (1, 147 К).
Гален утверждает: «Почти ни в одном из его сочинений нельзя найти даже термин “вскрытие вен”. Лишь один раз он упоминает о нем вскользь, в труде “О кровотечении”» (1, 148 К). Обратим внимание, что Гален называет сочинение Эрасистрата, в котором тот все-таки говорит о венотомии. Далее великий римский врач поясняет, что к венотомии Эрасистрат относится негативно:
