побежали по ступенькам вслед за Олдриком и Бернардом.
Амара повернулась к Ладье и обнаружила, что шпионка смотрит на нее широко раскрытыми глазами.
Курсор положила руку ей на плечо:
– Нам нельзя терять времени. Пойдем за твоей дочкой.
Ладья сморгнула слезы, ее лицо изменилось, наполнившись решимостью, и они с Амарой побежали по лестнице вверх.
Ладья распахнула дверь и устремилась дальше, но Амара немного помедлила, услышав звон стали над головой. Очевидно, Олдрик вступил в схватку со стражниками. Он был одним из трех или четырех лучших фехтовальщиков Алеры, бывший телохранитель принцепса Септимуса, именно по этой причине Аквитейны пригласили его к себе на службу. Однако разница между превосходным мастером меча и просто очень хорошими фехтовальщиками не так уж велика – шесть стражников, действуя совместно, способны справиться даже с Олдриком.
Сверху донеслись крики. Снизу послышался ответ. Но эхо отражалось от стен, и Амара ничего не смогла разобрать. Через мгновение она все поняла – стражники бежали вверх по лестнице и были уже довольно близко.
Амара выругалась. Ей следовало поднять клинок, выпавший из рук офицера, когда их шанс на то, что они незаметно проберутся наверх, стал равен нулю.
– Бернард! – закричала она.
Ее муж вернулся к ней с луком в руках.
– Бессмертные – рыцари Железа! – крикнул он Амаре. – У Олдрика проблемы, а я не могу сделать чистый выстрел!
– У него будет еще больше проблем, если его атакуют стражники снизу, – сказала Амара. – Ты должен их удержать.
Бернард кивнул, продолжая бесшумно спускаться вниз по ступенькам. Через мгновение она услышала пение тетивы и крик боли.
Амаре хотелось кричать от страха за мужа, за себя и людей, которые рассчитывали на успешный исход их миссии. Она стиснула зубы и побежала вслед за Ладьей.
На этом этаже находились богатые покои. Амара сразу попала в большую комнату – кабинет и библиотеку. Ковры ручной работы, гобелены, дюжина картин и несколько скульптур были очень хороши по отдельности, но собраны без малейшего чувства стиля, темы или общности. Таков характер Калара, решила Амара. Он понимал, что такое красота, но не знал, что в ней ценного. Его коллекция, большая и разнообразная, состояла из шедевров – остальное его не волновало; оболочка, демонстрация богатства и могущества, а вовсе не красота как таковая.
Калара она не интересовала. Он лишь использовал ее. И глупец не знал, зачем она нужна.
Амара поняла, почему Ладья выбрала именно такой способ проникновения в цитадель. В его защите имелась мертвая зона, а поскольку Калар контролировал свою цитадель гораздо тщательнее, чем любой другой консул, его собственные предрассудки и глупость лишь усугублялись, в том числе и из-за того, что ценность чего-то основывалась на внешней оболочке. Все привыкли к тому, что в цитадели постоянно появлялись новые рабыни, которых приводили для развлечения обслуги. На такую группу никто не обращал внимания, и все тут же о ней забывали.
Во всяком случае, так бы и произошло, если бы Олдрик не перерезал Эрегусу горло.
Ладья нахмурилась, когда прошла в следующую комнату. Дверь оказалась не заперта, и Ладья оглядела маленькую прихожую. Как и библиотека, та была лишена тепла обычного человеческого жилья.
Она приложила ладонь к дорогой деревянной панели и сильно на нее надавила. Появилась щель, Ладья отодвинула панель, там оказался небольшой тайник. Она быстро вытащила пару мечей – длинный клинок дуэлянта и обычный гладий. Ладья протянула оба клинка Амаре. Амара взяла более короткий меч.
– Этот оставь себе.
– Вы хотите, чтобы у меня было оружие, графиня?
– Если бы ты собиралась нас предать, у тебя было достаточно возможностей. Оставь клинок себе.
Ладья кивнула и переложила меч в ножнах в левую руку.
– Сюда, графиня. На этом уровне только его спальня и ванная комната.
Следующая дверь открывалась в такую же большую комнату, как кабинет и библиотека, здесь стояла кровать размером с небольшой корабль. Шкафы ручной работы из дорогих сортов дерева были открыты, внутри висели лучшие одеяния, какие только можно купить в Алере.
К каменному камину была прикована цепями пленница.
Госпожа Пласида сидела на полу, спокойно сложив руки на коленях, с царственным и вызывающим выражением лица. На ней была лишь легкая ночная рубашка, грубое железное кольцо стягивало шею, от кольца шла тяжелая цепь, пристегнутая к камину. Она смотрела на дверь, когда та распахнулась, и ее глаза широко раскрылись от удивления, когда она увидела Амару и Ладью.
– Мама! – раздался радостный крик, и девочка лет пяти-шести бросилась к ним через комнату.
Ладья с тихим стоном шагнула вперед и прижала ее к груди.
– Графиня Амара? – сказала госпожа Пласида.
Рыжеволосая женщина поднялась на ноги, но ей пришлось наклониться, цепь не позволяла ей выпрямиться.
– Сиятельная госпожа, – пробормотала Амара. – Я пришла, чтобы…
– Графиня, дверь! – воскликнула госпожа Пласида.
Но было уже слишком поздно, тяжелая дверь захлопнулась с такой силой, что это могло быть только результатом магического вмешательства. Амара бросилась к двери и попыталась ее открыть, но ей не удалось даже сдвинуть ручку.
– Это ловушка, – вздохнула госпожа Пласида. – Всякий может открыть ее снаружи, но…
Амара повернулась к ней:
– Я пришла, чтобы…
– Освободить меня, – кивнула госпожа Пласида. – Самое время. Свинья должна вернуться сегодня.
– Он появился несколько мгновений назад, – сказала Амара, подходя к ней. – У нас очень мало времени, сиятельная госпожа.
– Амара, всякий, кто освободит меня от этого маленького бездушного идиота, может называть меня Арией, – сказала та. – Однако у нас есть проблема. – Она указала на цепь, пристегнутую к кольцу на ее шее. – Это не замок. Цепь связана с кольцом при помощи магии. Ее нужно разрушить, и если вы посмотрите наверх…
Амара так и сделала и обнаружила смотревшие на нее сверху четыре каменные фигуры. Жуткие звери сидели на вершинах колонн, установленных в углах комнаты. Должно быть, каждая гаргулья весила несколько сот фунтов, и Амара знала: двигаются они не слишком быстро, но зато намного тяжелее и сильнее любого человека, что делало их смертельно опасными для всякого, кто вставал у них на пути. Человек не мог парировать удар каменного кулака гаргульи. Либо ты уклонялся от него, либо он тебя убивал. И никаких промежуточных вариантов.
– Если верить хозяину, – продолжала госпожа Пласида, – гаргульи оживут, как только почувствуют магию. – Потом она с горечью посмотрела на Ладью и маленькую девочку и добавила: – Более того, он заверил меня, что я буду не первой жертвой.
Амара стиснула зубы.
– Ублюдок. – (Со стороны лестницы донеслись новые крики, которые заглушала тяжелая дверь.) – Судя по всему, он идет сюда.
– Тогда у твоего отряда мало времени, – сказала Ария. –
