Михайлов младший слушал и как бы согласно кивал головой, что воодушевляло Проничева.
— Эдуард Самуилович, если вы считаете меня не достойным занимать это кресло, то хотя бы могли посоветоваться с Николаем Петровичем. Я знаю, что вы академик, но здесь вы не в академии наук, здесь вы всего лишь мой заместитель и не первый, позволю себе заметить. Из-за вас профессор Рябов и его отдел проработали месяц впустую. Кто вам сказал, что в реактор будут ставиться графитовые стержни в качестве замедлителей ядерной реакции, кто? Вы не знаете конечной цели и не должны ничего знать, кроме того, что я вам поручил. Вы не знаете и не будете знать, что мне поручено Президентом России. Не нравится — уходите сразу, но откровенного саботажа здесь я не позволю.
Слово саботаж произвело определенное впечатление, и Проничев понял, что за-пахло жареным, можно и в тюрьму угодить запросто. Этот Фролов, монстр безопасности, без церемоний упакует в камеру без суда и следствия.
— Извините, Дмитрий Николаевич, подобного больше не повторится.
— Хорошо, извинения приняты. Сроку вам — неделя, хоть ночами работайте, но не-деля. Сбор реактора прекратить, расчеты через неделю мне на стол. Спасибо, все свобод-ны.
Михайлов старший вышел в приемную и попросил Ирину зайти.
— Ты знаешь, Ира, как сейчас наш Дима отодрал этого Проничева! У того аж ру-чонки затряслись. Ну, молодец, не ожидал от сына такой эффективной прыти.
— Что стряслось-то?
— Проничев решил по-своему расчеты вести, не так, как было поручено. Ну и по-лучил по полной программе. Дима его вообще уволить хотел, но он вовремя извинился.
— А ты что молчал?
— А я что, я не генеральный директор — сын по существу говорил и правильно. Молодец!
Профессора Рябова окружили его сотрудники с естественными вопросами: что, как и почему, не понимая своего удаления с рабочего совещания. А он налил себе в круж-ку чай и молчал, как рыба. Немного потянув время и заставив поволноваться коллег, заго-ворил с сожалением:
— Опростоволосились мы, братцы, по полной программе, генеральный расчеты не принял, сбор установки приказал прекратить.
— Почему? Проничев же все проверил и утвердил. И вы не мальчик в этих вопро-сах, Василий Николаевич.
— Вы эти подковырки бросьте, други милые. Оказывается, Проничев нам совсем не ту задачу поставил, нас он не ругал, а на него сильно сердился, даже уволить хотел. Заново станем все расчеты делать, и срок нам недельный дан. Нужно рассчитать параметры реактора без учета водяного охлаждения. Генеральный собирается ставить в реактор замедлители из другого материала, способного выдержать температуру три тысячи и более градусов.
— Взорвется же все…
— Не взорвется. Он же поставит в реактор замедлители цепной реакции, поэтому распад управляемый и не достигнет критического уровня.
— Но никакой материал не выдержит такой температуры.
— В том-то и вопрос весь, что Проничев посчитал так же, за что и получил взбуч-ку. Есть такой материал. Представляете, ребята, реактор без охладителя? — Глаза профес-сора загорелись. — Это же многократно уменьшенный объем, увеличенная мощность и впереди никаких Чернобылей и Фукусим, никакой радиации и взрывов. Это мировое от-крытие, мужики. Все, хватит болтать, за работу, все за работу.
В приемной раздался звонок.
— Это дежурный оператор видеонаблюдения, наш КПП захвачен вооруженными людьми.
— Переключаю на Фролова, — мгновенно среагировала Ирина Петровна и побежала в кабинет Михайлова старшего.
— Коля, наш КПП захватили вооруженные бандиты, — взволнованно затараторила она.
— Фролов в курсе? — Спокойно спросил Михайлов.
— Да, я переключила на него дежурного оператора.
— Тогда иди и спокойно работай, Фролов разберется, сил и средств у нас достаточ-но, чтобы нейтрализовать любого противника. Никому больше не сообщай, Диме тоже, пусть не волнуется по пустякам. Если кто-то станет спрашивать, объясняй спокойно — идут плановые учения по отражению возможного нападения.
Фролов поднял роту бойцов по тревоге. От КПП до корпусов объекта ровно ки-лометр и солдаты заняли подготовленные заранее позиции на половине пути, обходя противника по замаскированным траншеям с флангов.
Генерал оценил ситуацию, наблюдая, как короткими перебежками приближались до тридцати человек. Чувствовалась спецподготовка нападавших, действовали слаженно и уверенно, прикрывая друг друга. Он обратился к нападавшим по громкой связи:
— Граждане бандиты, вы вторглись на запретную территорию военного объекта. Предлагаю немедленно сложить оружие и сдаться. В случае движения в любую сторону будете немедленно уничтожены.
Бандиты среагировали ответным автоматным огнем и продолжали движение к рабочим корпусам. Фролов приказал открыть огонь на поражение. Крупнокалиберные пулеметы прошивали бронежилеты нападающих насквозь, и они залегли, не ожидавшие такого отпора.
— Граждане бандиты, — снова обратился к нападавшим Фролов, — последний раз предлагаю сдаться. Оружие оставляете на земле и встаете с поднятыми руками. Даю на раздумье десять секунд, после этого открываем огонь на поражение.
Нападавшие стали медленно вставать, поднимая руки. Солдаты их обыскивали и отводили в сторону. Подошел Фролов и первым делом спросил:
— Солдаты на КПП целы?
— Да, товарищ генерал, — доложил командир роты спецназа ФСБ, — все живы, толь-ко помяли их ОМОНовцы немного.
— Почему ты считаешь, что это ОМОН?
— Форма на них и удостоверения при каждом, — ответил офицер.
— Ведите их, каждого держите отдельно, не давайте общаться друг с другом.
Фролов выругался трехэтажным матом и отошел в сторону. Достал телефон.
— Савелий Федорович, здравствуйте, это Фролов беспокоит.
— Здравствуйте, я перезвоню вам.
— Нет…
Но губернатор уже не слышал Фролова, в трубке раздавались короткие гудки. Только с третьего раза губернатор взял телефон снова.
— Я же сказал вам, что перезвоню сам, что за спешка, у меня совещание и…
— Так прервите его, черт бы вас там всех подрал. ОМОН только что пытался захва-тить наш объект. Позвоните начальнику УВД и выясните: не отправил ли он еще кого-нибудь на подмогу. Сами вместе с начальником УВД приезжайте на н-ский километр не-медленно. Вопрос серьезный, Савелий Федорович.
— Звоню и еду, — кратко ответил губернатор.
Он немедленно прервал совещание и позвонил начальнику УВД.
— Слушаю вас, Савелий Федорович.
— Ты что там, генерал, совсем охренел что ли? Твой ОМОН только что на воин-скую часть напал. Позвони своим, может они еще кого-нибудь на подмогу отправили, пусть вернут, а сам немедленно выезжай на н-ский километр, там встретимся. Все.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
