Читаем без скачивания Сделай ставку - и беги, Москва бьет с носка - Семен Данилюк

Иван это понял.

- С этим всё ясно, - определился он. - Стало быть, Сергунчик у нас и есть тот самый женишок?

- Он студент. Мы с детства дружили. Я тебе рассказывала. Когда ты сбе...уехал, я ездила на родину. Мы вновь встретились. Сейчас он тоже учится в Москве. Снимает комнату.

- А живет на мою стипендию, - уголки губ Листопада брезгливо изогнулись. Он допускал, что одинокая девушка за столь долгое время могла завести кого-то. И даже приготавливал себя к снисходительности. Но, услышав воочию, что женщина, о которой мечтал годами, которой помогал в самые тяжелые для себя дни, собирается его бросить, почувствовал, как неконтролируемая ярость начала захлестывать сознание.

- Мы любим друг друга, Ваня! - выкрикнула Анжела.

- Как же-с! Понимаем. Большое чувство. Милый дружок, славный пастушок. Значит, пока со мной шуры-муры на этой койке крутила, ту любовь законсервировала.

- Не смей! Я ведь в самом деле думала, что смогу полюбить тебя. Мне даже одно время казалось...

- Еще бы не казалось, если от меня деньги отсасывала. А от кого сосешь, у того и сосешь. А теперь, стало быть, меня списала в тираж, и самое время прежней любви заново вспыхнуть. А чего ей здесь, в трехкомнатных хоромах, на всем-то готовом, не вспыхнуть? А? Как вам, кстати, моих переводов на двоих хватало? Или, притомившись рачком, прохаживались шутейно по поводу моей скупости? Де -мог бы и побольше подбросить на молодецкие забавы.

Анжела насупилась. Распрямилась оскорбленно.

- Ну, вот что. Говорить в подобном тоне, считаю, недопустимым. Повторяю, - я тебя не люблю. Потому прошу покинуть этот дом и не унижать себя и меня бесполезными препирательствами.

- Покинуть? Отличненько. С нашим удовольствием, - Листопад от клокочущей в нем ярости говорить в полный голос не мог. Он просто шептал, разбрызгивая слюну. Губы сошлись в полоску. Заметавшийся взгляд остановился на стоящей на трюмо сумочке. Приподнявшись, он сгреб ее и вывернул содержимое на стол.

- Что ты себе позволяешь?! - Анжела попыталась помешать ему. Но легким взмахом мужской руки оказалась отброшена к дивану.

- Так-с! Паспорт, документы на машину... Ага, теперь - ключи!

Бормоча, он запихал всё в карман пиджака. Повернулся к сидящей на полу женщине:

- Одного дня тебе хватит, шоб отсюда убраться?

- Мне?! Да здесь всё мое. Если немедленно не вернешь, я звоню в милицию.

Листопад расхохотался, - ненатурально и страшно.

- Твоё? Та у тебя насопельника собственного нет! Всё вот это, - он покрутил пальцем, как пропеллером, вдоль стен, ткнул в цепочку на шее девушки.- И это тоже...куплено на банковские "бабки". И "бабки" эти я остался должен бандюганам.

Анжела помертвела. Листопад мстительно подмигнул.

- А ты как думала? Ваню через бедро, а самой в шоколаде?

Вотушки! - он от души рубанул себя по сгибу локтя. - Тогда я тебя по любви заныкал, шоб не тронули. Но теперь шепну. А бандюганы - народ нервный и малограмотный. На всякие там свидетельства о собственности внимания не обращают. За своим тут же прискочут. И тебя маткой наружу вывернут, и милого дружка, славного пастушка. И пойдете отсюда, солнцем палимы! Забыла, как у тетки с голым задом ютилась?

Во входной двери провернулся ключ. Анжела обреченно сжалась.

- О! Легок на помине, - обрадовался Иван.

В коридор вошел стройный парень с длинными, волнистыми волосами. В приталенном джинсовом костюмчике он выглядел ладным и изящным, словно торреро. Увидев рассевшегося посреди гостиной незнакомца и подле - сидящую на полу Анжелу, он непонимающе уставился на обоих.

- Почему без хлеба?! - рассердился Иван.

- Простите, что?

- Конь в пальто.

Нежные щеки юноши принялись стремительно белеть, - по мечущемуся взгляду подруги он догадался, кто перед ним. Опасливо двинулся в комнату.

- Проходи, проходи, - поторопил Иван. Ревниво оценил. Подтолкнул локтем безучастную Анжелу. - А ничего ты себе трубадура подыскала. Как тебе здесь, Сергунчик? Парень усилием придал лицу строгости:

- Меня собственно Сергей зовут, если Вам угодно. И вообще хотелось бы не в таком тоне...

- Любишь боярыню? - строго вопросил Иван.

- Прекрати куражиться, - сдавленно попросила Анжела.

Сергей вскинул голову:

- Можете иронизировать сколько угодно, но мы действительно любим друг друга. И если Вы порядочный человек... - Еще бы! Уже я ли не порядочен? Уж я ли не благороден? Отпускаю с миром, дети мои, - Иван отер с глаза несуществующую слезинку. - Так шо помоги невесте собрать шмотки и - дуйте отсюда до ближайшего шалаша. Шоб я вас больше не видел!

Сергей тревожно стрельнул глазами на поникшую Анжелу.

- А ты как рассчитывал? С чем пришла, с тем и уйдет, - Листопад наклонился и бесцеремонно охлопал Анжелу по низу живота. - Как, подруга дней моих суровых? Готова в рубище, так сказать, за любимым? У него-то, похоже, тоже рубище. Чего зыркаешь? Гардеробчик, кстати, тоже на мои "бабки" образовался. Так шо долго собираться не придется.

- Сволочь! Какая же ты сволочь! - бессильно выдавила девушка.

- Не хочешь, стало быть, Золушкой заново? - по-своему расшифровал ее ругань Иван. Заметил, как подобрался и вскинул голову Сергей. - Кажется, женишок созрел шо-то нам сообщить высоким штилем. Ишь какой цаплей глядит. Ну, ну, удиви! - Не знаю, можно ли Вас чем удивить и пронять. Но, поймите, наконец, я люблю Анжелу, - объявил Сергей. - И не надо нас запугивать. Если уж на то пошло, готов взять ее без всяких денег!

- А деньги без неё?

Анжела обмерла. Сергей осекся.

- Что? - переспросил он.

- Тридцать тысяч долларов! - отчеканил Листопад. - И исчезаешь отсюда, как сон, как утренний туман.

- Что Вы себе позволяете?

- Тридцать пять.

- Я понимаю, что Вы обижены на Анжелу. Но чтоб настолько!..

- Сорок! Смотри, не проторгуйся. Еще раз вякнешь про любовь да обиды, ни цента не дам.

Сергей оскорбленно замолчал. Иван понимающе прищурился.

- То-то. Решайся, дурашка! Сороковник - это квартира в Москве плюс еще остается куча "бабок" на жизнь. Ты таких денег до конца жизни не заработаешь! А тут - одним касанием, - раз и в дамки! - змеем-искусителем зашептал Иван, не забывая исподтишка подмигивать затаившейся Анжеле. Сергей украдкой отер выступивший на лбу пот.

- Я полагаю, такой разговор в присутствии женщины оскорбителен и неуместен, - объявил он. - Нам, конечно, есть что обсудить как мужчинам. И, если Вы настаиваете, мы могли бы встретиться...

- Уже встретились! - Листопад отмел квелую попытку увильнуть от немедленного объяснения. - Решайся - здесь и сейчас. И кончай зыркать!

Сергей безуспешно искал взгляд девушки, но та упрямо смотрела себе под ноги. Сергей подошел к ней, опустился рядом на колено. Искательно заглянул в лицо.

- Анжелочка! - мягким, прерывающимся голосом произнес он. - Ты ведь знаешь, дороже тебя у меня никого. Но, может, тебе самой так лучше? Ведь всё разом потеряешь! А что я дам взамен?..Я, конечно, сделаю, что смогу. Но...

- Пошел вон! - обессиленно пробормотала девушка.

- Да ты не так поняла! - Сергей обиженно вскочил. - Я же о тебе только. Одно твоё слово!..

- Тебе ж сказано, - пошел вон! - Листопад грозно поднялся. - Или проводить?

Наступая на пятящегося жениха, выдавил его в прихожую. Ткнул в джинсу:

- Тоже, поди, на мои "бабки" куплено. Ладно, хрен с тобой, дарю. А вот ключ верни на базу.

Заторможенный и униженный, Сергей принялся копаться в карманах. Скосился на гостиную.

- Так когда мы могли бы?... - сдавленно произнес он.

- Шо могли бы? - Иван отобрал ключ.

- Ну, Вы ж предлагали... - он умоляюще показал глазами на кресло, за которым на полу затих предмет торга. И тут же испуганно вздрогнул, - Иван раскатисто, привлекая внимание Анжелы, загоготал.

- Ишь каков бойкий Сергунчик оказался! Чистый сутенер. Втянулся, похоже, за чужой счет жить. А за шо тебе давать? Я предлагал, шоб отступился. А ты ж не отступился. Это тебя послали. Стало быть, отступного не заслужил. Анжелк! А може, пожалеем, дадим чего-ничего на трамвай?!

- Гады, - сдавленно донеслось из гостиной.

- Слышал? Стало быть, не судьба, - Иван сожалеюще пожал плечами. - Так шо, пшел вон, гнида!

Короткая возня. Дверь захлопнулась.

Вернувшийся Иван подсел к рыдающей Анжеле.

- Полно тебе. Все они нынешние такие.

Теперь он чувствовал к оскорбленной, униженной девушке жалость и нежность. Приобнял. Под его рукой она выжидательно затихла.

- Вот и славно. Вот и снова вместе. Уж я-то тебя не обижу. Завтра покажу, какое колье привёз, - беспорядочно оглаживая плечи Анжелы, бормотал Иван. И уже, сопя, в нетерпении стаскивал с нее халат.

На амбразуру!

С возвращением Листопада деловая жизнь в институте забурлила.

Антон взвалил на себя техническую подготовку к аукциону.

Воспрянувший Петр Иванович, как и было договорено, беспрерывно ездил по банкам, выбивая кредит. Так что вскоре вся Москва знала, что директор ВНИИ РЭС повсюду ищет денег для выкупа собственных акций. И, кажется, готов согласиться на самые унизительные условия.